8. Общая характеристика представлений о государстве и праве в эпоху модерна.

9. Общая характеристика представлений о государстве и праве в эпоху постмодернизма.

10. Отношение иудаизма к государству и праву.

Иудейское право является одной из религиозных правовых систем, существующих в современном мире. Его изучению уделяется определенное внимание как в зарубежной, так и отчасти в отечественной литературе. Однако с учетом его глубокой исторической значимости не только для еврейского народа, но и для ряда других, соседних народов, его огромного влияния на их общую и правовую культуру, а также на экономическую и социально-политическую жизнь, правовую теорию и правоприменительную практику это представляется крайне недостаточным. Необходимость глубокого и разностороннего изучения иудейского права наряду с другими правовыми системами и семьями обусловливается не только причинами философского или религиозно-этического порядка, о чем периодически упоминается в научных исследованиях. Наряду с этим существуют причины сугубо прикладного, прагматического плана.

Речь идет, в частности, о том, что без глубокого понимания сущности и содержания иудейского права, его социальной роли в жизни древнего еврейского общества практически невозможно до конца понять современное израильское право, особенно семейное, которое создавалось и развивалось на основе многовековых религиозных, национальных, исторических и социальных традиций и обычаев. Невозможно также обстоятельно понять и другой, более широкий, значительно выходящий за рамки рассмотрения иудейского права, но традиционно обсуждаемый во многих странах мира так называемый “еврейский вопрос”. Все говорят о еврейском вопросе, писал по этому поводу еще в первой половине XX в. граф Д. Граббе – переводчик книги “Евреи и Талмуд”, написанной известным французским исследователем Ф. Бренье, “все трактуют его вкривь и вкось, мало кто знает, в чем же состоит этот вопрос и что же представляет из себя этот еврей, которого так ненавидят”. Думаю, заключал автор, “чтобы понять еврея, надо хотя бы вкратце ознакомиться с его историей и его мировоззрением”. По аналогии можно сказать: чтобы понять современную правовую систему Израиля – право исторической родины у евреев, необходимо хотя бы вкратце ознакомиться с правовой системой древних иудеев – ее исторической и религиозно-этической предшественницей. В свете сказанного весьма трудно согласиться с позицией Р. Давида, К. Жоффре-Спинози и ряда других авторов-компаративистов, выделяющих среди “основных систем современного права”, наряду с англосаксонской, романо-германской и социалистической правовой семьей, мусульманское и индуистское право – религиозные системы права, и в то же время “оставляющих в стороне” иудейское право лишь на том основании, что сфера его влияния “значительно уже” (“куда более ограниченна”), чем сфера влияния других правовых систем и семей. Развивая свою мысль, авторы поясняют, что “интернациональная солидарность евреев, в той мере, в какой она существует, никогда не выражалась в стремлении поставить иудейское религиозное право выше, чем действующее право страны, в которой они обладают влиянием. В этом плане иудейское право не играет такой роли, как, например, мусульманское право.

С последним нельзя спорить, если принимать во внимание лишь современные и к тому же “количественные” параметры правовых семей и систем – степень охвата ими современных стран и народов. Однако подобную позицию трудно воспринять, если исходить из “качественных параметров” иудейского права, рассматриваемого в историческом аспекте, а именно – из беспрецедентной длительности его исторического существования и глубины его непрерывного влияния в течение этого времени на различные страны и народы. Чем конкретно отличается иудейское право от других правовых систем? Чем оно выделяется среди них? Какие черты и особенности характеризуют иудейское право по сравнению с другими системами права? Не претендуя на исчерпывающий ответ на эти и другие им подобные вопросы, обратим внимание лишь на следующие наиболее характерные особенности и черты иудейского права.

Во-первых, на весьма длительный и противоречивый по сравнению с другими религиозными правовыми системами период становления и развития этого права, сопряженный с его многочисленными изменениями, далеко не однозначными толкованиями содержащихся в нем норм, принципов и положений, с весьма разнообразными, сообразующимися с духом того или иного исторического периода дополнениями.

В научной литературе существует несколько вариантов и критериев деления всей истории развития еврейского общества, государства и соответственно иудейской правовой системы на различные периоды, стадии и этапы. Мы не будем касаться обстоятельно данной проблематики, поскольку это дело историков, этнографов и других специалистов. Отметим лишь: а) что проблема периодизации иудейской общественно политической и правовой жизни далеко не простая и далеко не маловажная для понимания сущности и выполняемой иудейским правом роли в жизни еврейского сообщества и б) что наиболее распространенными критериями периодизации процесса становления и развития иудейской правовой системы являются не столько “чисто” юридические, сколько “смешанные” с правовыми социально-политические критерии. Так, в работе 3. Фалька “Иудейское семейное право” предпринимается попытка подразделения истории развития правовой системы еврейского общества, в центре которого стоят семья и ее правовой статус, на различные периоды в зависимости от характера и других особенностей религиозно-этических и правовых отношений, складывавшихся в то или иное время в иудейской семье и в иудейском обществе. Одновременно Д. Рид и ряд других авторов за основу периодизации истории развития иудейского общества, государства и права берут лишь сугубо религиозные и идеологические критерии.

Д. Рид, например, подразделяет всю “историю Сиона” на пять периодов. Первый – “эпоха левитов” – служителей религиозных культов у древних евреев. Именно в этот период, а точнее, в 612 г. до н.э., по мнению автора, левиты закончили составление “своего писаного закона”, получившего название Второзакония, или “Моисеева Закона” – “законодательной” основы иудейского права и “прочли его народу в Иерусалимском храме.

Второй период – это “эпоха фарисеев” – представителей общественно-религиозного течения в Иудее (II в. до н.э. – II в. н.э.), выражавших преимущественно интересы средних слоев населения. Период фарисеев в значительной мере совпал с римским управлением завоеванной Иудеей и закончился вторым разрушением Иерусалима и рассеянием по миру последних иудеев. Фарисеи стремились по-своему истолковать применительно к новым социально-экономическим условиям жизни еврейского общества такой важнейший источник иудейского права, как Тора – первые пять книг Библии (Пятикнижие). В различных изданиях Евангелия фарисеев неизменно называли лицемерами. Третий период – это “эпоха талмудистов”. Он длился, по мнению Д. Рида, вплоть до конца XVIII в. и отличался строгостью в отношении соблюдения правил и положений, содержавшихся в Талмуде – собрании догматических, религиозно-этических и правовых правил и положений иудаизма, евреями, проживавшими не только на территории самой Иудеи, но и в других странах мира. Особое внимание при этом уделялось, согласно исследованиям автора, нормам и положениям, препятствовавшим ассимиляции евреев-единоверцев с народами тех стран, на территории которых они проживали. Наконец, четвертый и пятый периоды – соответственно “промежуточный” период эмансипации евреев (XIX в.) и “эпоха сионизма” (с начала XX в. и по настоящее время), как это следует из работы Д. Рида, связаны с дальнейшим развитием иудейского права по пути не только его традиционного толкования и приспособления старых религиозных догм к новым социальным условиям, но и его более активного применения раввинскими иудами, а также воздействия его на современное израильское право.