6. Глава 2. Переплетение рыцарской и религиозной тематик в эпической поэме «Песнь о Роланде».

7. 2.1 Отсылки к Библии

В «Песне…», как в эпическом произведении религиозной направленности, присутствую отсылки к Библии.

Например, как я уже выше написала, Роланд и 12 пэров – это может быть отсылкой к Иисусу и 12 апостолам, непредавшим его.

Помимо всего прочего, присутствуют и прямые отсылки к Библии. Например, отсылка на сказание о Трех Отроках в пещи огненной из Ветхого завета, Книги пророка Даниила, 1:7, а также на эпизод из Евангелия от Иоанна, XI, 43-44 (Кто Лазаря из мертвых воскресил) и на эпизод из той же Книги Пророка Даниила, VI, 22 (Кем был от львов избавлен Даниил).

Также в одной из тирад идет подражание пользовавшейся большой популярностью песни Давида на смерть Сеула и Ионафана (Библия, Вторая Книга Царств, гл. 1, ст.21):

В краю, откуда этот нехристь родом,

Хлеб не родит земля, не светит солнце,

Не льется дождь, не выпадают росы,

Там черен даже каждый камень горный.

LXXVIII тирада

Упоминаются персонажи из все той же Библии. Например, Авирон с Дафаном- мятежники, которых по библейскому преданию («Числа»,XVI,3-32), за неповиновение Моисею поглотила земля. Примесь книжных влияний порождает порою в «Песни о Роланде» самую причудливую и неожиданную фантастику (XСIV тирада).

Также, упоминаются архангелы Гавриил и Михаил с херувимами, которых отнес душу Роланда в Рай. Этот эпизод описывается так:

Он правую перчатку поднял ввысь.

Приял ее архангел Гавриил.

Граф головою на плечо поник

И, руки на груди сложив, почил.

К нему слетели с неба херувим,

И на водах спаситель Михаил,

И Гавриил - архангел в помощь им.

В рай душу графа понесли они.

CLXXV тирада

8. 2.2 Противоборство христианства и враждебного ему мира.

При анализе данного теста, следует помнить, что текст написан на сторофранцузском языке во время Первого Крестового похода. То есть, написан он скорее всего, христианином для поддержания духа французских христиан во время войны с маврами. Из этого следует, что автор не стремился документально рассказать и показать об обычаях и традициях мусульман. Он вообще ничего не мог знать порядках, которые царили в этой вере. Например, при дворе Марсилия христианские (граф, герцог, барон) титулы и мусульманские титулы (аль-галиф, альмасор) здесь идут вперемешку.

Основная цель произведения, как я уже писала: поддержание духа французских христиан во время войны с маврами, убедить, что воины-христиане сражаются за правое дело.

Именно поэтому некоторые из мусульман-язычников (у автора эти два понятия тоже идут вперемешку благо враждебны христианству), после битвы в Ронсевальском ущелье, уже начинают думать, что их Бог и их идолы в корне неверны, в отличие от христианского Бога, святых и икон. Жена Марсилия – Брамимонда, начинает ненавидеть лживых богов, ради которых пострадал ее муж, что ярко изображено в 186 и 194 тирадах:

«Вопит его супруга Брамимонда,

Над ним рыдает и от скорби стонет.

Вопят с ней двадцать тысяч царедворцев,

Клянут владыку Франции жестоко.

Стоял там Аполлен, их идол, в гроте.

Они к нему бегут, его поносят:

«За что ты, злобный бог, нас опозорил

И короля на поруганье бросил?

Ты верных слуг вознаграждаешь плохо».

Они сорвали с идола корону,

Потом его подвесили к колонне,

Потом свалили и топтали долго,

Пока он не распался на кусочки.

Карбункул с Тервагана ими сорван,

А Магомет повален в ров глубокий.

Его там псы грызут и свиньи гложут.»

Когда в 194 тираде послы говорят:

«Пусть Магомет всесильный, в чьей мы власти

И Терваган, и Аполлен наш грозный

От бед избавят короля с женою».

То Брамимонда им тут же отвечает:

«Вздор вы сказали, - молвит Брамимонда.

- Изменники и трусы наши боги:

Нам в Ронсевале не пришли на помощь,

В бою не защитили наше войско,

Не сохранили моего сеньера

- Проститься с правой кистью был он должен.

Отрублена он Роландом гордым.

Весь край испанский Карл захватит скоро.»

Именно данный эпизод и свидетельствует о том, что Брамимонда в душе уже христианка. И не удивительно, что в конце она принимает христианство. Данный эпизод в конце описывается так:

Король:

«С собой привез я полонянку в Ахен.

Ее здесь долго вере поучали.

Крещение она принять желает,

Чтоб спас ее от вечных мук создатель».

Все молвят: «Восприемниц ей назначьте,

Двух знатных дам и добрых христианок».

У Ахенских ключей народ собрался,

И в них крестилась королева мавров,

И восприяла имя Юлианы,

И добровольно христианкой стала.

Данный эпизод происходит в самом финале и обладает определенной символичностью: Брамимонду подвела вера её мужа, она в ней усомнилась. А раз человек усомнился в своей вере, то значит она – неправильна. Она подвела верующего. И верующий имеет право поменять свою религию на ту, которая будет непоколебимой всегда – христианство.

В то время, как автор демонстрирует полную неосведомленность в мусульманской вере, в христианстве все происходит с точностью до наоборот. Все отсылки к Библии точны и не вызывают недомолвок, присутствует многократный символизм и т.д.

Например, поскольку Роланд изображен не только как вассал короля, но и как вассал веры, то в конце он перед смертью протягивает Господу, как сюзерену, свою перчатку.

Важным образом в контексте религии является французский архиепископ Турпин, который одной рукой благословляет на бой французских рыцарей и отпускает грехи умирающим, а другой сам поражает врагов, олицетворяя единение меча и креста в борьбе с «неверными». Можно сказать, что через образ Турпина показывается образ всему институту Церкви в целом. Если «своим» ты готов все простить, то «чужакам» - нет.

Также в поэме присутвуют реальные элементы религиозно-светской жизни.

Например, упоминание некой священной книги (Евангелие, Коран и т.п.), на которой в Средние века обычно торжественно клялись. Или же останки святых (мощи) и другие реликвии высоко ценились как защита от смерти или ранения в бою; поэтому их часто вправляли в рукоятки мечей.

Или же упоминание христианских религиозных праздников (День святого Михаила, который особенно чтился во Франции, до конца XI в. Праздновался 29 сентября, позже -16 октября).

В то же время, присутствует гиперболизация положительных черт хрисьтианства. Например, список Роландовых завоеваний в CLXXI тираде для Карла Великого сильно преувеличен:

«Мой светлый Дюрандаль, мой меч булатный,

Как ты на солнце блещешь и сверкаешь!

Ты в Морианском доле дан был Карлу

- Тебя вручил ему господний ангел,

Чтоб ты достался лучшему вассалу,

И Карл меня с тобою препоясал.

С тобою Мэн и Пуату я занял;

С тобой смирил Прованс, и Аквитанью,

И всю Романью, и страну ломбардцев;

С тобою бил фламандцев и баварцев;

С тобой ходил к полякам и болгарам;

С тобой Царьград принудил Карлу сдаться;

С тобой привел к повиновенью саксов,

Ирландцев, и валлийцев, и шотландцев,

И данниками Карла сделал англов

Анжу, Пуату, Мэн, Прованс, Аквитания и Фландрия – наследственные владения Карла Великого, Ломбардия ( бывшее королевство лангобардов) была завоевана им в 771 г. Бавария была окончательно покорена в 814 г. Нормандии как особого государства совсем не было: норманны заняли названную их именем часть северной Франции только в 912 г., то есть через сто лет после смерти Карла Великого. Интересно, что из всех названных земель лишь Нормандия снабжена почетным эпитетом «вольная»; очевидно, внимание к Нормандии объясняется местным патриотизмом певца (язык Оксфордской редакции близок к англонормандскому наречию). Бретани Карл не смог покорить, хотя успешно воевал с нею. Романьюон не захватил сам, а закрепил за папой. Саксов Карл действительно покорил после многочисленных войн. Покорение Венгрии, Полыпи, Болгарии, Англии, Шотландии, Уэльса, Ирландии и Константинополя – чистейшая фантазия.

Все это может говорить также и о плохом знании автора истории Франции. Несмотря на это, персонажи со стороны христиан – реальные, в то время как религиозный мир мавров – абсолютно вымышлен и создавался с целью образования некоего общего врага христианской католической веры.