1.Прежде всего, в так называемом «цифровом неравенстве».

Термин «цифровое неравенство» носит условный характер, его происхождение связано с другим словом – «цифровой разрыв», автором которого принято считать Саймона Мурса, одного из советников американского правительства во время правления Билла Клинтона. В своем интервью для информационного агентства Би-Би-Си в 1996 г. С.Мурс впервые употребил выражение «digital divide», переводимое на русский язык как «цифровой разрыв», для того, чтобы обозначить различия в возможности доступа к компьютерным технологиям и сети Интернет, а также неравенство в обладании навыками пользования новыми технологиями различных групп населения (48, 57-58).

Технологическое неравенство проявляется не только сопоставлением стран в технологическом развитии, но и уровнем информатизации внутри государств. Не является секретом, что в России разные субъекты федерации обладают абсолютно разным уровнем развития информационной инфраструктуры. Это обусловлено не столько отдаленностью отдельных территорий, сколько их экономическими и организационными возможностями. Например, Ханты-Мансийский автономный округ (Югра) и Приморский край весьма отдалены от центра России, однако они занимают по многим параметрам лидирующие места в рейтинге по развитию информационного общества.

В настоящее время проблема «цифрового неравенства» (или разрыва) проявляется не только и не столько технологическими, сколько экономическими, социальными, морально-этическими сторонами информационной цивилизации.

Смысл неравенства сводится к различию в уровне компьютеризации и внедрения информационных технологий в странах с разным уровнем экономического развития. Особенно это характерно для сопоставления стран Европы и Африки, США и Южной Америки. Нередко «цифровое неравенство» проявляется в одной стране с неравными внутренними социально-экономическими условиями. Контрастно выглядит, например, состояние информационной инфраструктуры и уровень развития высоких технологий в Индии. Известно, что индийские программисты занимают ведущее место в мире по темпам роста производства и продаж программных продуктов. Однако общий уровень бедности населения Индии не позволяет существенно развивать средства информатизации для массового индийского пользователя, хотя в отдельных компонентах, например, в доступности к сети Интернет страна занимает высокое место среди стран мира.

Проблема «цифрового разрыва» в социальном и этическом плане обостряется в связи с тем, что многие стороны современной жизни все больше и больше приобретают «электронно-технологический» характер (электронное правительство, электронное правосудие, электронный нотариат и т.д.), однако способность «включиться» в этот процесс для всех слоев населения все больше остается проблематичной в силу различных причин (экономического, физического, культурного, профессионального состояния человека и т.д.). (48, 58-59).

Кроме того, сверхактивное влияние информационно-технологического фактора связано с опасностью отрыва технологической сферы от реальностей жизни. Например, резкий отрыв информационных компаний в глобальном соперничестве бизнес-элит нередко носит искусственный характер, что проявляется в перепадах биржевых котировок, во взлетах и падениях высокотехнологичных компаний, в крахе «неинформированых» и неискушенных в крупных играх на биржевых площадках инвесторов.

Международные организации в связи с этим разрабатывают и стараются согласовать нормы, устанавливающие сдерживание монопольного влияния ведущих информационно-технологических держав, поощряющие поддержку слабых в экономическом отношении стран и таким образом обеспечивающие баланс технологического развития в мире в целом.