Эволюция цветного зрения

Человеческое цветное зрение развивалось независимо от такового у насекомых, птиц, рептилий и рыб. Мы разделяем наше трихроматическое зрение с человекообразными и другими обезьянами Старого Света, но не с прочими млекопитающими, и это наводит на мысль, что нашему цветному зрению 30–40 миллионов лет. У большинства млекопитающих дихроматическое зрение: у них только два типа колбочек, один с пиком чувствительности в сине-фиолетовой области и второй с пиком в зелёной (средневолновые колбочки). Думается, что трихроматическое зрение приматов произошло от дихроматического путем мутации, которая сдублировала ген и расщепила исходный средневолновой (зелёный) рецептор на два, причём новый был немного сдвинут в жёлтую сторону. Положение двух новых рецепторов было оптимальным для поиска желтоватых фруктов на фоне зелёной листвы.

Цветное зрение человека, похоже, эволюционировало сопряжённо с развитием яркости фруктов. Как заметил один учёный, «слегка преувеличивая, можно сказать, что наше трихроматическое зрение – это приспособление, внедрённое некоторыми фруктовыми деревьями для своего размножения».^[300] В частности, похоже, что наше трихроматическое цветное зрение эволюционировало вместе с некоторыми тропическими деревьями, у которых плоды слишком крупные для того, чтобы их могли унести птицы, и плоды эти в зрелом виде жёлтые или оранжевые. Такое дерево подает цветовой сигнал, видимый для обезьяны, но замаскированный листвой для остальных обитателей леса, обезьяна же выплёвывает неповреждённые семена на некотором расстоянии от дерева или выделяет их вместе с удобрением. Короче, обезьяны для окрашенных фруктов – то же, что пчёлы для цветов.

Непонятно, был ли переход от дихромазии к трихромазии постепенным или резким, в основном, потому, что, когда появился третий тип колбочек, потребовался дополнительный нервный аппарат для получения пользы от сигналов, приходящих от них. Однако ясно, что чувствительность к цвету не могла развиваться непрерывно от красного к фиолетовому концу спектра, как утверждал Гуго Магнус. На самом деле, если рассматривать отрезок времени в сотни миллионов лет, развитие шло прямо противоположным путём. Самый древний тип колбочек, появление которого уходит во времена до млекопитающих, это тот, у которого пик чувствительности на сине-фиолетовом краю спектра и совсем нет чувствительности к жёлтому и красному свету. Второй по времени появления тип колбочек – с зелёным пиком, продвинувший чувствительность глаза дальше к красному краю спектра. И самый молодой тип колбочек, которому от 30 до 40 миллионов лет, имеет пик чувствительности немного дальше в красную сторону, в жёлто-зелёном, и ещё больше усиливает чувствительность глаза к длинноволновой части спектра.

Фотошоп в мозгу

Насколько я знаю, всё, что говорилось до сих пор о колбочках в сетчатке, верно. Но если у вас сложилось впечатление, что это действительно объясняет наше чувство цвета, то вы обманываетесь. Колбочки – всего лишь первый уровень в очень сложном и до сих пор малопонятном процессе нормализации, компенсации и стабилизации – мозгового эквивалента функции «мгновенное исправление» (instant fix) программ для редактирования изображений.

Вы никогда не задумывались, почему дешевые камеры постоянно искажают цвета? Почему, например, когда вы снимаете ими при искусственном свете в помещении, все цвета вдруг оказываются не теми? Почему все становится неестественно жёлтым и почему синие предметы теряют своё великолепие и сереют? Так вот, это врет не камера, а ваш мозг. В желтоватом свете ламп накаливания объекты действительно становятся более жёлтыми, а синие действительно сереют – или, по крайней мере, это покажет любой объективный измерительный прибор. Цвет любого объекта зависит от распределения длин волн, которые он отражает, но длины отражённых волн, естественно, зависят от длины волн источника света. Когда в освещении увеличена доля света на определённой длине волны, например, больше жёлтого света, объекты неизбежно отражают свет с увеличенной долей жёлтого. Следовательно, если бы мозг принимал сигналы от колбочек в тех пропорциях, в которых они поступают, мы бы воспринимали мир как серию снимков с дешевого аппарата, а цвета объектов всё время менялись бы в зависимости от освещения.

В эволюционной перспективе легко увидеть, почему это не очень полезный признак. Если бы плод на дереве днём казался окрашенным в один цвет, а вечером в другой, то от цвета было бы мало помощи для узнавания – скорее, он бы даже мешал. А, значит, на практике мозг проделывает очень много работы по компенсации и нормализации, чтобы создать для нас относительно стабильное ощущение цвета. Когда сигналы с сетчатки не соответствуют тому, что он хочет или ожидает, мозг нормализует их своей функцией «мгновенного исправления», которая называется «цветопостоянство». Этот процесс нормализации, однако, значительно сложнее, чем механический «баланс белого» в цифровых фотоаппаратах, потому что он полагается на общее знание мозга о мире и, в частности, на хранящиеся в нём воспоминания и привычки.

Например, было доказано, что долгосрочная память и опознание объекта играют важную роль в восприятии цвета.^[301] Если мозг помнит, что некий объект должен быть вот такого цвета, он будет стараться изо всех сил, чтобы уверить вас, что вы действительно видите этот объект в этом цвете. Интереснейший эксперимент, демонстрирующий такой эффект, был проведен в 2006 году группой учёных в Гиссенском университете в Германии. Они показывали участникам картинку на экране: несколько случайных пятен определённого цвета, скажем жёлтого. У участников в распоряжении были четыре кнопки. Их попросили менять цвет на картинке, нажимая эти кнопки, пока все пятна не станут серыми, без следа жёлтого или прочих спектральных цветов. Неудивительно, что оттенок, на котором они останавливались, был действительно нейтральный серый. То же самое потом повторяли, но на этот раз не со случайными пятнами на экране, а с картинкой узнаваемого объекта, например, банана. Участников опять же просили довести оттенок нажатиями кнопок, пока банан не станет серым. На этот раз, однако, истинный цвет, на котором они останавливались, был не серым, а чуть голубоватым. Другими словами, участники заходили слишком далеко в другую сторону от нейтрального серого, пока банан не становился для них действительно серым с виду. Получается, что, когда банан уже был объективно серым, он всё ещё казался им желтоватым! Значит, мозг полагается на свой запас воспоминаний о том, как выглядят бананы, и сдвигает ощущение цвета в этом направлении.

Вовлечение языка в обработку зрительной цветовой информации, вероятно, происходит на этом уровне нормализации и компенсации. А пока неясно, как это конкретно работает, можно допустить, что понятия цветов в языке и привычка различать их добавляются к хранящимся в мозгу воспоминаниям, которые мозг привлекает, когда создает ощущение цвета.

29

Gladstone 1877, 388.

(обратно)

30

Gladstone 1858, 1:13.

(обратно)

31

Wemyss Reid 1899, 143

(обратно)

32

Труд (фр.)

(обратно)

33

Myers 1958, 96.

(обратно)

34

«Mr Gladstone’s Homeric Studies», in The Times, 12 August 1858.

(обратно)

35

John Stuart Blackie, in The Times, 8 November 1858.

(обратно)

36

John Stuart Blackie, Horae Hellenicae (1874). E. A. W Buchholz’s Die Homerischen Realien (1871) посвящалась demeifrigen Pfleger und Förderer der Homerischen Forschung.

(обратно)

37

Письмо герцогу Аргайльскому, 28 мая 1863 (Tennyson 1897, 493).

(обратно)

38

John Stuart Blackie, in The Times, 8 November 1858. О реакции на работы Гладстона по Гомеру см.: Bebbington 2004.

(обратно)

39

Письмо Маркса Энгельсу, 13 августа 1858.

(обратно)

40

Morley 1903, 544. Илион, Уилуса и историческая основа «Илиады»: Latacz 2004; Finkelberg 2005.

(обратно)

41

Gladstone 1858, 2:178; см. также 2:153.

(обратно)

42

Учёные, предшественники Гладстона, начиная со Скалигера в 1577 году, комментировали малочисленность описаний цвета у древних писателей (см. Skard 1946, 166), но никто до Гладстона не понимал, что различия между нами и древними заходят дальше случайных отличий во вкусе и моде. В XVIII веке, например, Фридрих Вильгельм Дёринг писал (Doering 1788, 88), что «ясно, что в древности и греки, и римляне могли обходиться без многих названий цвета, от которых никак нельзя было воздерживаться в позднейшие эпохи, когда бесконечно разрослись инструменты роскоши. Ибо аскетическая простота таких безыскусственных людей питала отвращение к тому великому разнообразию цветов, используемых для одежды и зданий, которое позже смягчилось, и более утончённые люди стали заниматься им со рвением». (Hoc autem primum satis constat antiquissimis temporibus cum graecos tum romanos multis colourum nominibus carere potuisse, quibus posterior aetas, luxuriae instumentis in infinitum auctis, nullo modo supersedere potuit. A multiplici enim et magna illa colourum in vestibus aedificiis et aliis operibus varietate, quam posthac summo studio sectati sunt molliores et delicatiores homines, abhorrebat austera rudium illorum hominum simplicitas.)

А Гёте в своём «Учении о цвете» (Goethe 1810, 54) объяснял про древних, что Ihre Farbenbenennungen sind nicht fix und genau bestimmt, sondern beweglich und schwankend, indem sie nach beiden Seiten auch von angrenzenden Farben gebraucht werden. Ihr Gelbes neigt sich einerseits ins Rote, andrerseits ins Blaue, das Blaue teils ins Grüne, teils ins Rote, das Rote bald ins Gelbe, bald ins Blaue; der Purpur schwebt auf der Grenze zwischen Rot und Blau und neigt sich bald zum Scharlach, bald zum Violetten. Indem die Alten auf diese Weise die Farbe als ein nicht nur an sich Bewegliches und Flüchtiges ansehen, sondern auch ein Vorgefühl der Steigerung und des Rückganges haben: so bedienen sie sich, wenn sie von den Farben reden, auch solcher Ausdrücke, welche diese Anschauung andeuten. Sie lassen das Gelbe röteln, weil es in seiner Steigerung zum Roten führt, oder das Rote gelbeln, indem es sich off zu diesem seinen Ursprunge zurück neigt.

(обратно)

43

В английском переводе используется слово wine-dark, т. е. буквально «тёмное, как вино». Эпитет «виноцветное» из русского перевода Н. Гнедича, напротив, не маскирует, а подчёркивает цветовое несоответствие, о котором идёт речь.

(обратно)

44

Maxwell-Stuart 1981, 10.

(обратно)

45

Christol 2002, 36.

(обратно)

46

Blackie 1866, 417.

(обратно)

47

«Mr Gladstone’s Homeric studies», in The Times, 12 August 1858

(обратно)

48

Пер. В. Вересаева.

(обратно)

49

В русском переводе В. Вересаева железо называется «синим».

Илиада 23.850; «фиалково-тёмное» руно: Одиссея 9.426; «фиалково-тёмное» море: Одиссея 5.56.

(обратно)

50

У Вордсворт. Прелюдия. Часть 1: Детство. Пер. Т. Стамовой.

(обратно)

51

У. Шекспир. Бесплодные усилия любви. Пер. Ю. Корнеева.

(обратно)

52

: Goethe. Beiträge zur Chromatik.

(обратно)

53

Gladstone 1858, 3:483.

(обратно)

54

Здесь и далее пер. Н. Гнедича.

(обратно)

55

Илиада 2.455-80.

(обратно)

56

Илиада 8.306.

(обратно)

57

Пер. Н. Гнедича.

Илиада 7.64.

(обратно)

58

Gladstone 1858, 3:459.

(обратно)

59

Gladstone 1858, 3:493.

(обратно)

60

Gladstone 1877, 366.

(обратно)

61

Gladstone 1858, 3:488.

(обратно)

62

Gladstone 1858, 3:496.

(обратно)

63

Gladstone 1858, 3:488.

(обратно)

64

Gladstone 1877, 388.

(обратно)

65

О современности анализа Гладстона см. также: Lyons 1999.

(обратно)

66

Лекция Гейгера: «О чувстве цвета в первобытную эпоху и его эволюции» («Über den Farbensinn der Urzeit und seine Entwickelung») (Geiger 1878).

(обратно)

67

Многие из этих идей, как, например, дискуссия о независимых изменениях звучания и значения, которая предвосхитила произвольность знака Соссюра, или систематическое обсуждение развития семантики от конкретного к абстрактному, обнаруживаются в работах Гейгера 1868 года и в посмертном издании 1872 года. См. также: Morpurgo Davies 1998, 176, про идеи Гейгера об ударениях в индоевропейских языках. Об оценке жизни и работы Гейгера см.: Peschier 1871, Keller 1883, Rosenthal 1884.

(обратно)

68

Кажется, однако, что Гейгер неверно понял один из аспектов анализа Гладстона, так как он вроде бы думал (Geiger 1878, 50), что Гладстон верил в легенду о слепоте Гомера, в то время как мы видели, что Гладстон в открытую возражает против этой легенды.

(обратно)

69

Geiger 1878, 47.

(обратно)

70

Как указывали разные исследователи от Делича (Delitzsch 1878, 260; 1898, 756) и до самого Гейгера (1872, 318), в Ветхом Завете есть одно туманное упоминание, в Исходе, 24:10 (которое также перекликается с Иезекиилем, 1:26), которое вроде бы, пусть и не прямо, сравнивает небо с лазуритом. В Исходе, 24, Моисей, Аарон и семьдесят старейшин Израиля поднялись на гору Синай, чтобы увидеть Яхве: «И увидели они Бога Израиля. Под Его ногами было нечто вроде мозаичной мостовой из лазурита, и как само небо, ясное». Здесь два описания «мостовой» под ногами Бога: сначала про эту поверхность говорится, что она как будто выложена брусчаткой из лазурита (в русском синодальном переводе – из сапфира. – Прим. пер.), а потом – что она ясная, «как само небо». Само небо не сравнивается напрямую с лазуритом, но трудно избежать впечатления, что эти два описания основаны на тесной связи между небом и этим синим полудрагоценным камнем. Интерпретацию этого пассажа см.: Durham 2002, 344.

(обратно)

71

Большинство переводов Библии сглаживают странности вроде «зелёного золота» (Псалом 67:14) и переводят прилагательное ירקרק как «жёлтый». Но этимология этого слова восходит к растениям и листьям, как и chlôros Гомера. (Прим. авт.) В русском синодальном переводе слово «зелёный» также опущено. В переводе Танаха это слово фигурирует как «зеленовато-жёлтый» (Псалом 68:14).

(обратно)

72

Geiger 1878, 49, 57, 58.

(обратно)

73

Гейгер не уверен, считать ли чёрный и белый настоящими цветами и как они соотносятся с более общими понятиями тёмного и светлого. В этом отношении его анализ на шаг отстает от мастерски доказанного предположения Гладстона о первичности тёмного и светлого в языке Гомера. (Прим. авт.)

Вероятно, Гейгер допускал, что чёрный и белый можно считать цветами, только если у них есть отдельные названия – кроме «тёмного» и «светлого». Это может объяснить его непонятные (и явно противоречивые) утверждения о положении белого относительно красного. В своей лекции (Geiger 1878, 57) Гейгер говорит: Weiß ist in [den ächten Rigvedalieder] von roth noch kaumgesondert. Но в оглавлении второго (незаконченного и опубликованного посмертно) тома его «Ursprung und Entwickelung der menschlichen Sprache und Vernunft» (Geiger 1872, 245) он использует обратный порядок: Roth im Rigveda noch nicht bestimmt von weiß geschieden. К несчастью, текст неоконченного тома заканчивается до искомого раздела, так что невозможно убедиться, что именно Гейгер хотел сказать по вопросу о белом цвете.

(обратно)

74

В «Der Urpsrung der Sprache» (1869, 242) он пишет, что Daß es sich auf niedrigen Entwickelungsstufen noch bei heutigen Völkern ähnlich verhält, würde es leicht sein zu zeigen. А в посмертно опубликованных заметках он открыто рассматривает возможность того, что язык отстает от восприятия (Geiger 1872, 317-18): [Es] setzt sich eine ursprünglich aus völligem Nichtbemerken hervorgegangene Gleichgültigkeit gegen die Farbe des Himmels… fort. Der Himmel in diesen [Texten wird] nicht etwa schwarz im Sinne von blau genant, sonder seine Bläue [wird] gänzlich verschwiegen, und ohne Zweifel geschieht dies weil dieselbe [die Bläue] nicht unmittelbar mit dem Dunkel verwechselt werden konnte… Reizend ist es sodann, das Ringen eines unklaren, der Sprache und Vernun. überall um einige wenige Schritte vorauseilenden Gefühles zu beobachten, wie es… hie und da bloß zufällig einen mehr oder weniger nahe kommenden Ausdruck leiht.

(обратно)

75

в расцвете лет (лат.).

(обратно)

76

Крушение в Лагерлунде: Olsén 2004, 127ff., Holmgren 1878, 19–22, но критический обзор см. Frey 1975. Опасность для железных дорог со стороны персонала, страдающего цветовой слепотой, была показана двадцатью годами раньше Джорджем Уилсоном (Wilson 1855), профессором технологии в Эдинбургском университете, но его книга, похоже, не произвела должного эффекта.

(обратно)

77

В скобках указан источник иллюстрации.

(обратно)

78

Эта тема долго не покидала страницы газет: например, New York Times, «Colour-blindness and its dangers» (8 July 1878); «Color-blindness: How it endangers railroad travelers – some interesting experiments before a Massachusetts legislative committee» (26 January 1879); «Color-blindness of railroad men» (23 May 1879); «Color-blind railroad men: A large per centage of defective vision in the employees of a Massachusetts road» (17 August 1879); «Color-blindness» (17 August 1879). См. также: Turner 1994, 177.

(обратно)

79

На самом деле, Магнус опубликовал две более-менее одинаковые монографии в том же году (Magnus 1877a, 1877b), одну более академичную и другую более популярную.

(обратно)

80

По описанию Делича (Delitzsch 1878, 256).

(обратно)

81

Magnus 1877b, 50.

(обратно)

82

Magnus 1877a, 19. См. также: Magnus 1877b, 47.

(обратно)

83

Magnus 1877a, 9.

(обратно)

84

По Turner 1994, 178, между 1875 и 1879 годами литература о противоречии Магнуса разрослась до более чем 6 % от всех публикаций о зрении.

(обратно)

85

Ницше о цветном зрении греков: Nietzsche 1881, 261. В работе Orsucci 1996, 244ff, показано, что Ницше продолжает дебаты о книге Магнуса в первом томе журнала «Космос».

(обратно)

86

Гладстон о Магнусе: Gladstone 1877.

(обратно)

87

Wallace 1877, 471 n1. Уоллес, однако, в следующем году изменил своё мнение (Wallace 1878, 246).

(обратно)

88

Лекция Геккеля от 25 марта 1878 года (Haeckel 1878, 114).

(обратно)

89

Перевод А. Юдиной.

Lamarck 1809: 256–257. (Рус. изд. – Ламарк Ж. Б. Избранные произведения в двух томах. М.: Издательство Академии наук СССР, 1955, 1959.)

(обратно)

90

Уоллес о шее жирафа: Wallace 1858, 61.

(обратно)

91

В действительности ситуация была даже ещё более парадоксальной. В 1830–1850 годах в биологии решительно возобладали представления о неизменности видов, и теория Ламарка, хотя и была известна натуралистам, почти не имела сторонников.

Громкий успех «Происхождения видов» ознаменовал окончательную победу эволюционных взглядов – что породило волну интереса к трудам ранних эволюционистов и предопределило огромную популярность различных версий неоламаркизма в 1860–1890 годах.

(обратно)

92

Darwin 1881, 257. Дарвин также одобрительно цитирует Brown-Sequard’s famous expertments («Знаменитые эксперименты Браун-Секара») на морских свинках, которые были затеяны, чтобы доказать, что результаты операций на определённых нервах матери передадутся будущим поколениям.

(обратно)

93

Mayr 1991, 119. Оценку Вейсмана см.: Mayr 1991, 111.

(обратно)

94

Еще при жизни Дарвина сомнения в возможности наследования приобретённых признаков высказал (и попытался экспериментально обосновать) его двоюродный брат Фрэнсис Гальтон – учёный-энциклопедист, значительно повлиявший на развитие многих областей естествознания.

(обратно)

95

Мчатся три слепых мышонка

За фермершей следом, которая им

Хвосты отрубила ножом пребольшим.

А ты смог бы выглядеть храбрым таким,

Как эти три глупых мышонка?

(Пер. Д. Скирюка.)

(обратно)

96

Shaw 1921, XLIX. Похоже, что Шоу испытывал сильное отвращение к неодарвинизму и страстно верил в эволюцию по Ламарку.

(обратно)

97

Пер. Ю. Корнеева.

(обратно)

98

Weismann 1892, 523, n1, 514, 526–527.

(обратно)

99

Например, в 1907 году Оскар Хертвиг (Hertwig 1907, 37), директор Института анатомии и биологии в Берлине, ещё предсказывал, что, в конце концов, окажется верным механизм по Ламарку. См. также: Mayr 1991, 119ff.

(обратно)

100

Gladstone 1858, 426, и похожая формулировка через несколько лет (Gladstone 1869, 539): «приобретённое знание одного поколения становится в своё время наследственным признаком другого».

(обратно)

101

Явная приверженность Магнуса ламаркистской модели: Magnus 1877b, 44, 50.

(обратно)

102

Критика Магнуса: самым ранним и красноречивым из критиков теории Магнуса был Эрнст Краузе, один из первых последователей и популяризаторов Дарвина в Германии (Krause 1877). Дарвин и сам чувствовал, что в сценарии Магнуса есть слабые места. 30 июня 1877 года Дарвин пишет Краузе: «Я был очень заинтересован вашим обоснованным возражением против веры в то, что чувство цвета лишь недавно обретено человеком». Другим открытым критиком был популяризатор науки Грант Аллен (Allen 1878, 129–132; 1879), который заявлял, что «есть все причины думать, что восприятие цвета – это дар, который человек разделяет со всеми высшими представителями животного мира. Никак иначе мы не могли бы постичь разные оттенки цветков, плодов, насекомых, птиц и млекопитающих, каковые все как будто развивались как привлечение глаз, направляя взгляд к еде или противоположному полу». Но аргумент о ярких цветах у животных был слаб именно в том месте, где он был нужен более всего, потому что окраска млекопитающих, в отличие от птиц и насекомых, чрезвычайно обеднена, в ней преобладают чёрный, белый и оттенки серого и коричневого. В то время было довольно мало прямых доказательств того, какие животные могут видеть цвет: было показано, что пчёлы и другие насекомые реагируют на цвет, но когда доходило до высших животных и, особенно до млекопитающих, чувство цвета у которых развито менее, чем у людей (см. Graber 1884), ручеёк доказательств пересыхал. См. также Donders 1884, 89–90 и детальный отчет по дискуссии Hochegger 1884, 132.

(обратно)

103

Delitzsch 1878, 267.

(обратно)

104

Игра слов: il rosso по-итальянски «желток», это обозначение происходит от rosso – «красный».

(обратно)

105

Игра слов: orange по-английски значит и «оранжевый», и «апельсин».

(обратно)

106

Allen 1879, 204.

(обратно)

107

Magnus 1877c, 427. См. также: Magnus 1880, 10; Magnus 1883, 21.

(обратно)

108

С 1925-го эта часть улицы была переименована в Будапештер-штрассе.

(обратно)

109

Rothfels 2002, 84.

(обратно)

110

Virchow 1878 (Sitzung am 19.10.1878) и Virchow 1879.

(обратно)

111

Gatschet 1879, 475.

(обратно)

112

Bastian 1869, 89–90.

(обратно)

113

Дарвин, к примеру, предлагал в письме к Гладстону (de Beer 1958, 89), что следовало бы убедиться в том, что у «низших дикарей» есть названия оттенков цвета: «Я должен был ожидать, что нет, и это было бы очень примечательно, потому что у индейцев Чили и Огненной Земли есть невероятно подробные названия для всех едва заметных мысов и холмов».

(обратно)

114

Gatschet 1879, 475, 477, 481.

(обратно)

115

Almquist 1883, 46–47. При настойчивых расспросах чукчи также выдавали другие термины, но те вроде бы были неодинаковыми. В Берлине Рудольф Вирхов пришёл к сходному заключению о цветовой терминологии у некоторых «нубийцев» (Virchow 1878, 353).

(обратно)

116

Magnus 1880, 8.

(обратно)

117

Virchow 1878, 351n1.

(обратно)

118

Magnus 1880, 9.

(обратно)

119

Magnus 1880, 34ff.; Magnus 1881, 195ff.

(обратно)

120

Жизнь и работа Риверса: Slobodin 1978.

(обратно)

121

Зигфрид Лорейн Сассун (1886–1967) – английский поэт, герой Первой мировой войны, приобрёл известность своими резкими антивоенными выступлениями.

(обратно)

122

Whittle 1997.

(обратно)

123

Lévi-Strauss 1968, 162. (Рус. изд. – Леви-Стросс К. Структурная антропология. М.: ЭКСМО-Пресс, 2001.)

(обратно)

124

Haddon 1910, 86.

(обратно)

125

Rivers 1901a, 53.

(обратно)

126

Rivers 1901b, 51. См. также: Rivers 1901b, 46–47.

(обратно)

127

Rivers 1901a, 94. Риверс также пытался экспериментально показать, используя прибор под названием тинтометр Ловибонда, что для туземцев пороги, при которых они могут отличить очень светлое голубое стекло, выше, чем для европейцев. На серьезные проблемы в его экспериментах указали Woodworth 1910b, Titchener 1916, Bancro 1924. Не так давно двое британских учёных (Lindsey & Brown 2002) предложили идею, сходную с идеями Риверса, предположив, что люди, живущие ближе к экватору, сильнее страдают от УФ-излучения, отчего их сетчатка утрачивает чувствительность к зелёному и синему. Крайняя сомнительность этого утверждения была показана Режье и Кеем (Regier & Kay 2004).

(обратно)

128

Rivers 1901a, 94.

(обратно)

129

Corbett & Morgan 1988.

(обратно)

130

C. Darwin к E. Krause, 30 June 1877.

(обратно)

131

Pitchford & Mullen 2002, 1362; Roberson et al. 2006.

(обратно)

132

Kuschel & Monberg 1974.

(обратно)

133

Личи, или китайская слива, – традиционный китайский фрукт с сочной желеобразной мякотью, обладающей кисловато-сладким, немного вяжущим вкусом.

(обратно)

134

Обзоры по Риверсу: Woodworth 1910b, Titchener 1916, Bancro 1924.

(обратно)

135

Lambert 1960, 244. Существующая копия этой таблички – поздняя, из библиотеки Ашшурбанипала (VII в. до н. э.). Но хотя более ранних копий именно этой пословицы до сих пор не найдено, шумерские пословицы в целом восходят, по крайней мере, к периоду Древнего Вавилона (2000–1600 гг. до н. э.).

(обратно)

136

Parkinson 1996, 649.

(обратно)

137

Пер. А. Артюшкова.

(обратно)

138

Пер. по «Латинско-русскому и русско-латинскому словарю крылатых слов и выражений» под ред. Я. М. Боровского.

(обратно)

139

Фразу Донатуса упоминал его ученик св. Иероним в своём комментарии к Экклезиасту (Migne 1845, 1019): Comicus ait: Nihil est dictum, quod non sit dictum prius, unde etpræceptor meum Donatus, cum ipsum versiculum exponeret, Pereant, inquit, qui ante nos nostra dixerunt.

(обратно)

140

Francis 1913, 524.

(обратно)

141

Woodworth 1910a, 179.

(обратно)

142

Woodworth 1910b.

(обратно)

143

Пер. Е. Кубряковой и В. Мурат.

Bloomfield 1933, 140. (Рус. изд. – Блумфилд Л. Язык. М.: Прогресс, 1968.)

(обратно)

144

Пер. Ю. Лекомцева.

(обратно)

145

Hjelmslev 1943, 48. (Рус. изд. – Ельмслев Л. Пролегомены к теории языка // Новое в лингвистике. М., 1960. Вып. 1.)

(обратно)

146

Ray 1953; см. также: Ray 1952, 258.

(обратно)

147

Беллонезийская цветовая система: Kuschel & Monberg 1974.

(обратно)

148

Заявления о случайности понятий цвета до 1969-го: см. Berlin & Kay 1969, 159-60n1.

(обратно)

149

Sahlins 1976, 1.

(обратно)

150

Newcomer & Faris 1971, 270.

(обратно)

151

Цветовые фокусы носителей цельталя: Berlin & Kay 1969, 32. Дальнейшие подробности (из неопубликованных работ Берлина) см.: Maclaury 1997, 32, 258-59, 97-104.

(обратно)

152

Мнимый универсальный статус пяти фокусов: заявления Берлина и Кея об универсальности фокусов скоро получили подтверждение от психолога из Беркли Элеанор Рош Хайдер (Heider 1972), которая утверждала, что фокусы имеют особый статус для памяти, из-за чего их легче запоминают даже носители языков, у которых нет для этих цветов отдельных названий. Однако интерпретация Рош Хайдер своих результатов была сомнительной, а позднее повторить эти опыты не удалось (Roberson et al. 2005).

(обратно)

153

Фокусы, которые уклонялись от предсказаний Берлина и Кея: Roberson et al. 2000, 2005; Levinson 2000, 27.

(обратно)

154

Кей и Маффи (Kay & Maffi 1999).

(обратно)

155

Roberson et al. 2000, 2005; Levinson 2000; Regier et al. 2005; Kay & Regier 2006a, 2006b. Сходные дебаты о категоризации цветов младенцами: Özgen 2004; Franklin et al. 2005; Roberson et al. 2006.

(обратно)

156

В 2007 году три исследователя – Терри Режье, Навин Кетарпал и Пол Кей (тот самый) – сделали осторожное предположение о природе этих анатомических ограничений. Они начали с идеи, что понятие обусловлено природой, если оно сгруппировывает вещи, которые нам кажутся сходными, и заявили, что природное деление цветового пространства предполагает, что оттенки внутри каждой цветовой категории как можно более сходны друг с другом и отличаются от тонов в других категориях настолько, насколько это возможно. Или, точнее, природное деление максимизирует воспринимаемое сходство между оттенками внутри каждого понятия и минимизирует сходство между оттенками, принадлежащими к разным понятиям. Можно было бы предположить, что любое разделение спектра на протяжённые сегменты в этом отношении будет одинаково природным, потому что соседние оттенки всегда выглядят похоже. Но в реальности случайные особенности нашей анатомии делают наше цветовое пространство асимметричным, поскольку наша чувствительность к свету на одних длинах волн выше, чем на других. (Более подробно см. приложение.) Из-за этой асимметрии некоторые деления цветового пространства лучше, чем другие, усиливают сходство внутри одного понятия и снижают его между разными понятиями. (Прим. авт.)

(обратно)

157

Модель с природными ограничениями: Regier et al. 2007; см. также Komarovaa et al. 2007. В некоторых областях цветового пространства, особенно около синего-фиолетового, оптимальные деления, согласно модели Режье, Кетарпала и Кея, регулярно не совпадают с действующими в большинстве мировых языков системами. Это может происходить как из-за несовершенства их модели, так и из-за преобладания культурных факторов.

(обратно)

158

Красный как возбуждающий цвет: Wilson 1966, Jacobs & Hustmyer 1974, Valdez & Mehrabian 1994.

(обратно)

159

Во многих языках название красного цвета действительно происходит от слова «кровь». И, как обычно, над этой лингвистической связью размышляли поколения толкователей Библии, ведь касалось это не кого-нибудь, а самого праотца человечества. Согласно библейской этимологии, Адам получил своё имя от красной глинистой почвы – адамА, – из которой был сделан. Но адамА происходит от семитского слова «красный», адам, которое, в свою очередь, произошло от слова дам – «кровь». (Прим. авт.)

(обратно)

160

Gladstone 1858, 3:491.

(обратно)

161

Gladstone 1877, 386.

(обратно)

162

Conklin 1955, который не ссылается на Гладстона. О сходстве между древними греками и хануну см. также Lyons 1999.

(обратно)

163

MacLaury 1997; см. также Casson 1997.

(обратно)

164

Gladstone 1858, 3:426.

(обратно)

165