Вопрос 8. Особенности развития правового позитивизма в России.

Школа русского юридического позитивизма, представленная именами известных юристов С.В. Пахмана, А.X. Гольмстена, Д.И. Азаревича, Н.Д. Сергеевского, Н.М. Коркунова, Н.И. Палиенко, Г.Ф. Шершеневича, составила важный этап в развитии буржуазной правовой мысли в России. Сформировавшись к началу 80-х годов XIX в., эта школа была вызвана потребностями капиталистического развития России. Ее появление было связано со стремлением буржуазии закрепить буржуазные правовые принципы путем разработки позитивного правового материала и создать стабильную правовую систему. Эти задачи определили социальную функцию юридического позитивизма в условиях превращения России в буржуазную монархию1.

Для правовой теории русского юридического позитивизма характерна чрезвычайно тесная связь с философским позитивизмом. Быть позитивистом в юриспруденции значило для представителей этого направления быть последователем позитивной философии.

Представители русского юридического позитивизма проявляли глубокий интерес к проблемам методологии изучения права. И эти проблемы они разрабатывали в полном соответствии с основными началами позитивной философии, объявив себя сторонниками метода точных наук для изучения правовых явлений. Так, А.X. Гольмстен писал: «Мы берем известные явления, производим над ними дифференцирование и интегрирование, а делая это, мы не только находим общие свойства и соотношения, но и систематизируем». «Математический элемент,— указывал С.В. Пахман, — лежит в основе всей юридической науки в собственном смысле», — так как «все отношения, рассматриваемые правом, могут быть рассматриваемы только с точки зрения меры, т. е, пространства, объема, величины и т.п. как отмеренная сфера свободы»1.

Несмотря на некоторые различия точек зрения этих авторов, все они,рассматривали анализ, синтез, классификацию, юридическую конструкцию и создание определений как основные приемы при разработке правового материала. По существу они тем самым стремились доказать, что догматический метод изучения правовых явлений должен быть ведущим в юриспруденции. Ведь стремление к логико-математическим операциям при анализе нормативного материала, отвлечение от конкретно-исторического анализа и составляют содержание этого метода. Даже Г.Ф. Шершеневич, который указывал также и на необходимость применения исторического, социологического и критического методов, основным в конечном счете считал догматический; исторический метод рассматривался им в качестве «вспомогательного для догматики средства»; социологический же, по его словам, вообще не должен влиять на «метод догматики», потому что он, «строго говоря, не есть метод правоведения»2.

Исследуя правовые явления с подобных методологических позиций, русские юристы-позитивисты рассматривали право в полном отрыве от экономического базиса, а потому и не смогли выяснить его подлинной сущности. Они объявили, что формальные признаки права, а не его постоянно изменяющееся содержание должны быть предметом изучения..

Формально-догматический метод был применен русскими позитивистами при определении понятия права. С.В. Пахман предложил следующее определение (целиком поддержанное также А.X. Гольмстеном и Д.И. Азаревичем): «Право есть мера свободы в общежитии: вот его существо, вот его внутренняя природа». Слова «существо» и «внутренняя природа» не должны вводить в заблуждение: определение меры свободы, как подчеркивал и сам С.В. Пахман, сводится к чисто количественному моменту; мера свободы изучается только с точки зрения пространства, объема, величины1.

Некоторыми юристами-позитивистами (С.В. Пахманом, Д.И. Азаревичем) было критически воспринято выдвинутое Иерингом понятие права как защищенного интереса. Однако Коркунов своеобразно использовал понятие интереса при определении права. Он определил право как нормы разграничения интересов.

Таким образом, различие тех или иных определений права, выдвигаемых сторонниками юридического позитивизма, не является существенным, так как во всех этих определениях в абсолют возводятся формальные признаки права (в первую очередь его нормативный и принудительный характер), причем не раскрывается ни классовый характер принуждения в праве, ни классово-волевое содержание правовых норм2.

Традиционным для всей теории юридического позитивизма являлось отождествление права и нормы права, т.е. так называемое определение права с объективной стороны. «Право есть всегда правило, или, иначе выражаясь, норма», — писал Г.Ф. Шершеневич. Неразрывной считалась связь государства и права.

Однако на рубеже XIX—XX вв. буржуазное государство оказалось перед необходимостью активно защищаться от пролетарской идеологии—марксизма, изучение одной догмы права перестало отвечать интересам господствующих классов. К этому периоду Россия, как и остальные капиталистические государства, стала империалистической державой.

В этих условиях претерпела определенные изменения и доктрина юридического позитивизма. Ее представителями была сделана попытка использовать буржуазную социологию и изучать право не только с точки зрения его систематизации, но и во взаимосвязи с другими общественными факторами. В обществе «обнаружились классовые противоречия, когда оно стало неоднородно по образованию и состоятельности», — констатировал Г.Ф. Шершеневич. При этом право рассматривалось как средство, которое может сбалансировать эти противоречия. Тем самым внушалась иллюзия, что право и государство «необходимы для защиты интересов всех членов общества»1.

В условиях все расширяющегося влияния марксистской идеологии стало уже невозможным замалчивать значение экономического фактора для права. Поэтому юристы-позитивисты, как и сторонники других буржуазных правовых теорий, предприняли попытку противопоставить свое понимание этого явления марксистскому, доказать «ошибочность» марксистской идеологии,

Составивший существенный этап в развитии русской буржуазной правовой мысли, юридический позитивизм на рубеже XIX—XX вв. перестал быть ведущей, правовой доктриной и уступил первенство новым направлениям в правовой идеологии империализма — доктрине естественного права в новой, реакционной оболочке (E.H. Трубецкой, П.И. Новгородцев, В.М. Гессен), социологическому направлению (Н.А. Гредескул, Ю.С. Гамбаров, Е.В. Спекторский), психологической теории права Л.И. Петражицкого.