60)Отечественная педагогическая наука во второй половине 20 века

Большое внимание в послевоенный период уделялось созданию обобщающих педагогических трудов. К ним можно отнести работы Николая Кирилловича Гончарова (1896—1955) «Основы педагогики» и «Вопросы педагогики», работы Ивана Андреевича Каирова (1893—1978) «Современные проблемы педагогической науки и роль научных исследований», его учебник «Педагогика», первое издание которого вышло еще в предвоенные годы, книга Ф.Ф. Королева и В.Е. Гмурмана «Общие основы педагогики», «Школоведение» под редакцией А.Н. Волковского, учебники по педагогике И.Т. Огородникова, Т.А. Ильиной и многие другие труды, пополнившие фонд педагогической литературы. Значение этих работзаключалось в том, что в них систематизировалось все то, что было накоплено советской педагогической наукой в предыдущий период. В области дидактики широкую известность получили работы, систематизировавшие педагогические представления о содержании и процессе обучения и образования. Вышли в свет такие капитальные труды, как «Дидактика» Михаила Александровича Данилова (1899—1973) и Бориса Петровича Есипова (1894—1967), «Дидактика» под редакцией Б.П. Есипова и его книга «Самостоятельная работа учащихся на уроках»; такие работы Михаила Николаевича Скаткина (1900— 1991), как «Совершенствование процесса обучения», «Дидактика средней школы» и «Проблемы современной дидактики». Эти и многие другие работы оказали существенное влияние на развитие педагогики в нашей стране. На их основе создавалась учебная литература, намечались программы дальнейших научных исследований, получили теоретический фундамент разработки в области частных методик преподавания различных предметов.

Нельзя не обратить внимания на возросший в послевоенные годы интерес к истории педагогики и школы. Особое значение в это время имело создание серии книг по истории педагогики, охвативших временной период от древнейших времен до середины 80-х гг. XX в. Стремление составить наиболее полное представление о процессе развития школы и педагогики отвечало общей тенденции развития российской педагогической науки в послевоенный период. В отличие от аналогичных работ предвоенного периода нельзя не отметить фундаментальности и тщательности в решении научных задач.

Не менее значимым событием был выход в свет серии «Антологий педагогической мысли народов СССР» ( 1985— 1990) с древнейших времен до начала XX в., включивших в себя наиболее важные произведения отечественных педагогов, мыслителей и уникальные документы.

В послевоенный период российскими педагогами была проведена колоссальная работа по сохранению педагогического наследия прошлого. Впервые вышли в свет собрания сочинений К.Д. Ушинского, П.Ф. Лесгафта, С.Т. Шацкого, А.С. Макаренко и др.

В серии «Педагогическая библиотека» были изданы избранные труды Я.А. Коменского, Ж.-Ж. Руссо, И.Г. Песталоцци, Л.Н. Толстого, П.Ф. Каптерева, В.И. Водовозова, П. П. Блонского и многих других зарубежных и отечественных педагогов.

В послевоенный период российскими педагогами был проведен ряд серьезных исследований в области истории школы и педагогики. На их основе в 50—70-е гг. были опубликованы такие книги, как «Очерки по истории средней школы» Николая Александровича Константинова (1894—1958), «Очерки по истории средней школы в России второй половины XIX века» Шолома Израилевича Ганелин (1894—1974), «Основы и система дидактики К.Д. Ушинского» Василия Яковлевича Струминского (1880— 1967), «Очерки по истории начального образования в России» НА. Константинова и В.Я. Струминского и др.

После второй мировой войны в России внимание ученых привлек проблемный подход к историко-педагогическим исследованиям. Проблемный подход в отличие от биографического, сводившегося чаще всего к пересказу педагогических взглядов отдельных педагогов, мыслителей, а то и просто общественных деятелей и частных лиц, потребовал от исследователей целостного анализа научных проблем. Результаты такого исследования имеют несравнимо более высокую научную значимость. Можно назвать такие работы, как «Теория и практика трудовой школы в Германии» А.И. Пискунова, «Трудовое обучение в Англии» К.И. Салимовой, «Школа и педагогика США до Второй мировой войны» Л.Н. Гончарова, «Теория образования в России начала XX века» С.Ф. Егорова и большое количество диссертационных исследований проблемного характера.

В российской педагогике второй половины XX в. разрабатывались и новые для данного периода проблемы. Так, широкое распространение приобрели исследования в области развивающего и воспитывающего обучения. Идея совершенствования обучения как средства воспитания и развития ребенка давно вошла в число наиболее распространенных в педагогике, но в нашей стране она приобрела новое звучание применительно к дидактике начальной школы. Такие работы, как «Наглядность и активизация учащихся в обучении» Леонида Владимировича Занкова (1901—1977), «Психология обучения младшего школьника» Данила Борисовича Эльконина (1904—1984), «Проблемы развивающего обучения» Василия Васильевича Давыдова (1930— 1999), продолжают оставаться актуальными и пользуются популярностью как у исследователей, так и у педагогов-практиков. В них были раскрыты психолого-педагогические закономерности влияния процесса обучения на развитие и воспитание личности, предложены и обоснованы подходы к отбору содержания и организации полноценного обучения младших школьников.

В педагогике послевоенного периода имели место исследования в области проблемного и программированного обучения. В 60—70-х гг. пользовались популярностью такие работы, как «Проблемное обучение» И.Я. Лернера, «Проблемное обучение. Основные вопросы теории» М.И. Махмугова, «Теоретические проблемы программированного обучения» Н.Ф. Талызиной и др. Следует заметить, что при использовании педагогической литературы советского периода, включая Д.Б. Эльконин его послевоенный этап, необходимо еще раз напомнить о ее крайней политизированности и идеологизированности, что находило отражение, как в отборе фактического материала, так и в его интерпретациях. Многие оценочные суждения, трактовки причинно-следственных связей явлений, определения, термины и т.д. могут быть сильно искажены и не соответствовать более поздним представлениям.

На рубеже веков сложно не только оценить, но и просто перечислить течения, наметившиеся в отечественной педагогике в последнем десятилетии XX в. Проблема заключается в том, что эти на­правления развития педагогики только начали формироваться, и говорить об их особенностях пока рано. Но процесс этот продолжается с нарастающей силой. Логика развития педагогической науки в России в XXI в., скорее всего, будет совпадать с той, которая займет превалирующее положение в мире. Общие устремления к миру, гуманности и открытости, несомненно, повлияют на цели воспитания, его теорию и практику. Педагогика накопила немалый научный потенциал, который необходимо использовать как в дальнейших исследованиях, так и в практике обучения и воспитания. Образование как важное направление социальной деятельности человека, воспитание и обучение как профессиональная деятельность специалистов требуют развития научных основ.

Шалва Александрович Амонашвили – один из педагогов-новаторов, провозгласивших педагогику сотрудничества. Гуманная педагогика принимает ребенка таким, какой он есть, соглашается с его природой. Она видит в ребенке его безграничность, осознает его космичность и ведет, готовит его к служению человечеству на протяжении всей жизни.

Она утверждает личность в ребенке путем выявления его свободной воли и строит педагогические системы, процессуальность, которых предопределяют учительская любовь, оптимизм, высокая духовная нравственность. Она поощряет педагогическое творчество и призывает к педагогическому искусству. В традиционной педагогике педагогическое мышление двухмерно, все строится на поощрении и наказании: ведет себя ребенок хорошо - поощряем, плохо - наказываем; учится - отлично, не учится - плохо и т.п. А педагогическому процессу, по Амонашвили, присуще «четвертое измерение в педагогическом мышлении» - духовная устремленность вверх, принятие ребенка таким, каков он есть.

Ш. Амонашвили считает, что эффективное осуществление системы воспитания и обучения детей младшего школьного возраста всецело зависит от личности учителя. Он обращает внимание на следующие личностные качества, которые представляются ему самыми главными.

Во-первых, любить детей такими, какие они есть. Надо одинаково любить и шалуна, и послушного, и сообразительного, и тугодума, и ленивого, и прилежного. Доброта и любовь к детям не позволят грубо обращаться с ними, ущемлять и самолюбие и достоинство, не радоваться успехам каждого.

Во-вторых, уметь понимать детей, то есть стать на их позицию, принимать их заботы и дела как серьезные и считаться с ними. К этим заботам и делам нужно проявлять не снисхождение, а уважение. Понимать детей – значит не подчинять их нашей власти, а, опираясь на их сегодняшнюю жизнь, взращивать ростки их завтрашней жизни. Понимая движения души и переживания сердца ребенка, его чувства и устремления, педагог сможет заняться глубинным воспитанием, когда сам ребенок становится его соратником в своем же воспитании.

В-третьих, необходимо быть оптимистами, верить в преобразующую силу воспитания. Речь идет не о филантропическом оптимизме, когда, сложа руки, педагог с надеждой ожидает, когда ребенок поумнеет, проявит способности соображать, чтобы потом заняться его воспитанием, приступить к развитию его сознания. Речь идет о деятельном оптимизме, когда педагог глубоко вникает во внутренний мир ребенка – и в зависимости от этого ищет пути воспитания, обучения и развития.

В-четвертых, учителю должно быть присуще все лучшее, что людям нравится в человеке: и улыбка, и строгость, и сдержанность, и скромность, и чуткость, и искренность, и интеллигентность, и общительность, и любовь к жизни.