Учебный вопрос №2

Проблемное поле, цель и задачи философии науки.

Несмотря на то что сейчас наука и академическая философия отделены

друг от друга и кажется, что наука прекрасно обходится без философских учений, на самом деле вся научная деятельность насыщена философскими принципами и предположениями. Научный поиск вообще невозможен без

поддержки со стороны «живой», работающей философии, которую исполь¬зует любой ученый в своей деятельности, осознает он это или не осознает. Великий немецкий философ и ученый Г.В. Лейбниц указывал, что филосо¬фией пропитана буквально вся человеческая деятельность, что огромная масса понятий пришла из философии и что «именно из них состоят почти все наши рассуждения, и не только теологи и философы, но и политики и врачи после каждого третьего слова вынуждены употреблять нечто мета¬физическое и выходящее за пределы физических ощущений»1.

Каковы же функции философии в научном познании?

Прежде всего отметим, что философствование отнюдь не является про¬цессом произвольного и бездоказательного умствования. Наоборот, всякое философствование апеллирует именно к рациональным основаниям, аргу¬ментирует и обосновывает свои утверждения. Философские концепции, предлагаемые мыслителями, представляют собой абстрактные теорети¬ческие конструкции с внутренней взаимосвязью элементов и с собственной базой аргументации. Построение философской теории — это систематиче¬ское и последовательное развертывание какого-то первоначального допуще¬ния, исходной интуиции, взгляда на мир. С другой стороны, философские

конструкции никогда не принимаются философским сообществом на веру, без строгой оценки. Они подлежат рациональному обсуждению и должны выдержать концептуальную критику. Конечно, философские учения не опровергаются напрямую научными фактами (хотя опосредованно они все же должны быть совместимы с научными данными), но в философии в каж¬дую историческую эпоху действует свой собственный комплекс норм обо¬снованности и теоретической адекватности. Философские концепции, как и научные теории, можно критиковать, оценивать, сравнивать, отвергать, предпочитать одну другой, принимать какую-либо как наиболее разумную.

В мировой философской и методологической литературе философ¬ские компоненты научной деятельности принято называть метафизиче¬скими. В этом термине оживает первоначальное аристотелевское понима¬ние метафизики как учения о наиболее общих, абстрактных свойствах

существующего вообще, о предельных началах бытия и познания.

В первой половине XX в, в философии науки преобладала тенденция враждебного отношения к традиционной метафизике, т.е. антиметафи¬зические настроения. Эта тенденция сформировалась под влиянием т.н. позитивизма — философского учения, парадоксально направленного про¬тив самой же философии. Позитивизм провозглашал науку самодостаточ¬ным видом человеческой деятельности, а метафизику — собранием бес¬смысленных утверждений и антинаучных заблуждений (о позитивистской

программе мы будем говорить подробнее в § 0.2). Однако позже исследова¬телями были обнаружены весьма полезная роль метафизики в науке и, бо¬лее того, предельная насыщенность самой науки различного рода метафи¬зическими компонентами. Начиная с этого периода (который в философии науки связан со становлением т.н. постпозитивизма) отношение к метафи¬зике стало более уважительным и терпимым. Пришло понимание того, что

общий метафизический фон является необходимой и неустранимой пред¬посылкой научного познания вообще.

Какую роль играет философия в научном познании? Обычно говорит¬ся, что философия дает ученому базовые теоретические и методологиче¬ские принципы. Но это слишком общая характеристика. Она не раскрыва¬ет все богатство функций философии в реальной научной практике. На самом деле философские, или метафизические, составляющие научной

деятельности очень разнообразны и плодотворны. Так, к основным функ¬циям философии в научном познании относятся:

1) критическая;

2) предпосылочная;

3) обобщающе-экстраполирующая;

4) эвристическая;

5) ценностно-этическая;

6) интерпретирующе-коммуникативная;

7) проясняющая;

8) направляющая.

Опишем их подробнее.

1. Критическая. Это, пожалуй, наиболее яркая, наиболее заметная

функция философии. В тех ситуациях, когда ученый производит пере¬смотр сложившихся представлений, переосмысливает сами устоявшиеся научные понятия и общепризнанные способы мышления, когда он пыта¬ется выйти за рамки традиционного и взглянуть на все это как бы со сто¬роны, он занимается именно философской деятельностью. Подвергнуть сомнению самое, казалось бы, привычное и отправиться в свободный ин¬теллектуальный поиск — это и есть философия в действии.

Пытаясь найти нужные ориентиры, ученый может отбросить современ¬ные ему научно-философские положения и вернуться к каким-то более ранним метафизическим системам. Он может черпать из них потенциал для критики имеющихся представлений. Например, именно это произошло в начале Нового времени (Х\Т>Х\Т1 вв.), когда были подвергнуты сомне¬нию устои аристотелевско-схоластической метафизики; в тот период уче¬ные в поисках более адекватного способа мышления и соответствующих критических аргументов обратились к античному учению об атомах —

к представлениям Демокрита, Эпикура, Лукреция.

Разумеется, значение критической функции философии резко возраста¬ет в периоды научных революций. Если во время относительно спокойного развития науки, когда преобладают процессы устойчивого накопления зна¬ний, наука кажется совершенно автономной по отношению к философии,

то в период смены научных представлений роль философии в области осно¬ваний науки становится весьма важной, иногда даже решающей.

2. Предпосылочная. Научная деятельность пронизана понятиями, перво-начально выдвинутыми в философском познавательном проекте. Это, например, такие фундаментальные, логико-методологические понятия, как причинность, взаимосвязь, отношение, сущность, элемент и многие дру¬гие. Философия обеспечивает научное познание базовыми интеллектуаль¬ными инструментами. Это понятийная, или категориальная, поддержка

науки. Кроме того, философия обеспечивает науку и определенными со-держательными представлениями, исходными тезисами.

Вообще для обозначения совокупности начальных допущений и предпо¬сылок используют специальный термин «предпосылочное знание». К пред-

посылочному знанию относятся общие представления об объективной ре¬альности и методологические принципы. Без предпосылочного знания невозможно выполнить даже относительно простые научные процедуры. Так, используя процедуру измерения скорости движущегося тела, мы в клас¬сической механике основываемся на том базисном допущении, что свойства часов и линеек являются абсолютными, не зависят от их скорости (а в реляти¬вистской механике, как известно, это допущение не проходит).

Философское предпосылочное знание существенно влияет на возмож¬ность достижения конкретных научных результатов. Философские уста¬новки могут помочь ученому и, наоборот, могут помешать ему совершить открытие. Это касается даже математики, при всей ее кажущейся само¬достаточности. Например, Р. Декарт, основываясь на разработанных им

философских идеях о познаваемых и непознаваемых объектах, ограничил

предмет геометрии лишь алгебраическими кривыми, что фактически по¬мешало ему выйти к новой области математических исследований; мета¬физические позиции Р. Декарта оказались для развития математики препят¬ствием, которое позже отбросили Г. Лейбниц и И. Ньютон. В то же самое

время у Г. Лейбница разработка дифференциального исчисления была существенно связана с его общими метафизическими представления¬ми о непрерывности.

Философские установки обеспечивают основу для качественной оценки проводимых научных исследований: значимости полученного материала, общей метафизической «привлекательности» выдвигаемых гипотез и т.п. Исходные предпосылки влияют даже на такую прозаическую вещь, как фи¬нансирование научных исследований. Ведь планирование исследований всегда производится в соответствии с определенными философскими со¬ображениями. Общая концепция, главенствующая в той или иной науке, формирует саму цель планируемых исследований, поэтому, как указывает М. Бунге, она оказывается даже более важным элементом, чем бюджет, т.к.

исходный философский фон будет отчасти определять и бюджетную сторо¬ну. Например, если ведущий теоретический принцип близок к эмпирической

философии, то исследование будет ограничено собиранием данных и фено-менологическими теориями. И наоборот, если философские соображения вы¬ходят за рамки эмпиризма, то будут поощряться поиски смелых теорий и т.п.'

3. Обобщающе-экстраполирующая. Эту функцию можно считать част¬ным случаем предыдущей, однако стоит подчеркнуть ее особую важность для научного проекта.

Установка на выдвижение общих принципов, далеко выходящих за

пределы наличного опыта, была выработана в традиционной философии.

Ученые привыкли использовать эту установку почти не задумываясь. Ученый в своих выводах постоянно выходит за рамки полученного эмпи¬рического материала. Действительно, на каком основании исследователь, выполнивший определенную серию экспериментов в лаборатории, осме¬ливается перенести результаты на более широкую область, которая им в реальности не изучалась и, более того, говорить об обнаружении им ка¬кой-то закономерности? Ведь на самом деле наука реально занимается лишь ограниченными фрагментами мира; она опирается на конечные об¬ласти данных наблюдений и экспериментов. Впервые достаточно четко это было показано великим немецким философом И. Кантом.

Но если бы наука только фиксировала то, что она непосредственно полу¬чила из опыта, она никогда не сформулировала бы ни одного закона из раз¬розненного эмпирического материала, из данных единичных наблюдений. Все эмпирические данные так и остались бы разрозненными. Тем более наука никогда не могла бы ничего сказать о «мире в целом», связать знания о нем в какую-то единую картину. Именно И. Кант блестяще показал вели¬кую роль метафизики (или «теоретического разума») в науке, позволяющей обобщить полученные данные и сформулировать научные законы, а от них подняться на еще более высокую ступень общности — к фундаментальным

принципам. И если мы сегодня говорим, например, о неуничтожимости мате-риального движения, об эволюционном процессе в живой природе, о симмет-риях в мире элементарных частиц и т.п., то все эти выдающиеся обобщения (принцип движения, принцип эволюции, принцип симметрии) являются именно метафизическими положениями. Мы никогда не сможем исследо¬вать весь мир, все его пространственно-временные области. Но мы убежде¬ны, что неисследованные области подчиняются тем же самым фундамен¬тальным законам, которые мы приписываем изученным фрагментам мира.

Можно сказать, что наука как таковая вообще основана на далеко иду¬щих обобщениях. Привычные и естественные для ученого представления о том, что природа как целое единообразна, постоянна и проста в своих фундаментальных основаниях, это на самом деле не следствия продви¬жения науки, а предпосланные ей метафизические гипотезы, обладающие

предельно общим, экстраполирующим характером1.

4. Эвристическая. Философия является неистощимым поставщиком ценных идей, регулятивов, теоретических сюжетов для ищущего новые пути ученого. Те или иные ходы философского мышления могут подска¬зать ученому решение научных проблем или направить его мышление

к осознанию важнейших закономерностей строения мира. Например, по¬мощниками в теоретических исканиях Вернера Гейзенберга, одного из творцов квантовой механики, являлись произведения Платона.

Выдвижение плодотворных идей и придание им важного культурного

смысла является одной из основных функций философии вообще. Так,

Н.В. Мотрошилова отмечает: «Можно сказать, что главнейшей функцией философии как специфической формы человеческого знания, культуры... является рождение и обогащение поистине бессмертной сокровищницы всеобщезначимых идей»2.

Подхваченные наукой плодотворные философские идеи и концеп¬ции со временем естественным образом оказываются в составе научных

теорий, как, например, это случилось с умозрительной атомистской концепцией. В итоге знание, относившееся к традиционной метафизи¬ческой области, может постепенно включаться в науку. Известный за-падноевропейский философ К. Поппер, один из первых обративший внимание на позитивную роль метафизики в науке, называет этот про¬цесс «движением от мифа к науке».

Кроме того, философия оказывает серьезную помощь развитию науки, давая единое понимание различных методологических принципов и подхо¬дов, которые приложимы к разнообразным областям познания. По мнению В.А Фока, выдающегося отечественного физика, одной из основных задач философии в области специальных наук как раз является перенесение новой методологии, полученной в одних науках, в другие научные дисциплины.

5. Ценностно-этическая, На первый взгляд, деятельность ученого вы¬глядит «чистым познанием», свободным от субъективного отношения уче¬ного к изучаемому объекту, от индивидуальных предпочтений и оценок. Во многом этот идеал верен. Он является внутринаучным регулятором позна¬вательного продвижения. Однако в более широком контексте проблема взаимоотношения знания и ценности намного сложнее. На самом деле науч¬ное познание вообще было бы невозможно без ценностно-личностной

включенности ученого в область исследовательской деятельности: так, для

занятий наукой он должен видеть в ней высокий смысл и ценность, ради

которых стоит тратить время собственной жизни. Без определенного цен¬ностного отношения ученый вообще не смог бы выбрать тот или иной

объект исследования. Ценностные аспекты играют важную роль также на институциональном уровне научной деятельности. Как известно, этико-

социальные проблемы взаимоотношений ученых и общества являются

всегда актуальными и непростыми. По роду своей деятельности ученые ока¬зываются вовлеченными в сложный контекст социальной ответственности.

Сказанное означает, что научная деятельность пронизана многообраз¬ными ценностными отношениями. Но ценностные отношения как таковые находятся опять же в русле общих метафизических представлений о добре и зле, о допустимом и неприемлемом, о непреходящем и суетном. Обсуж¬дая все эти вопросы, мы оказываемся в сфере философствования.

6. Интерпретирующе-коммуникативная. В наш век узкой специали¬зации и взаимонепонимания философия может выступать и действитель¬но выступает средством общения для различных областей знания:

1) философия оказывается посредником для ученых смежных или более отдаленных специальностей, решающих проблему, общую для их обла¬стей деятельности. В этом случае базовые, предельно общие рамки обсуждения помогают ученым выделить главное в их совместной про¬блеме, наладить полноценное междисциплинарное общение;

2) она позволяет преодолеть разрыв таких существенно различных науч¬ных областей, как естествознание и гуманитарная наука. Австрийский

физик и философ Ф. Франк утверждает, что вообще важнейшей функ¬\ цией философии науки должно являться «наведение мостов» между естественно-научным и гуманитарным знанием1; 3) общение ученых и представителей других сфер деятельности тоже осу¬ществляется «на территории» философии (хотя чаще непрофессиональ¬ной); общение ученых и деятелей искусства, ученых и прессы, а также современные социально-политические и этические дискуссии о науке тоже проходят (или по крайней мере должны проходить) именно в поле

общефилософской аргументации, свободного концептуального диало¬га. Надо сказать, что, по сути дела, общество и видит науку во многом через призму той философии, которая интерпретирует научные знания, адаптирует их к общественному сознанию, включает в современное ей мировоззрение через различные образы, метафоры, ключевые идеи, а также дает экстраполяции, социальные прогнозы и т.п. 7. Проясняющая. Сегодня становится весьма актуальной задача по¬нять саму научную деятельность, ведь наука становится все более развет¬вленной, дифференцированной, перегруженной фактической информа¬цией. Иногда легче самому поставить эксперимент, чем найти нужные данные о его выполнении другими учеными, об иных его версиях. Часто научные журналы, будучи не в силах овладеть потоком информации, ра¬ботают только с ограниченным кругом источников: два журнала могут ссылаться только друг на друга. Все это производит известное впечатле¬ние хаоса. Научная деятельность в таких условиях выглядит утрачиваю¬щей свой смысл. Понимать, что же действительно происходит в данной конкретной области, группе наук, современной науке в целом, — очень важная задача, и эта задача философская в широком смысле слова.

Важнейшим видом проясняющей деятельности является работа в об¬ласти т.н. оснований той или иной науки. М. Бунге именует этот непрек¬ращающийся процесс прояснения содержания теоретических систем «до¬машней уборкой». Исследования в области оснований важны не только в период критического переосмысления науки (во времена научных револю¬ций), и в относительно спокойные периоды тоже должна проводиться «теку¬щая уборка» имеющегося научного знания. Известный логик А.С. Есенин-

Вольпин называет такие исследования фундаменталистикой, настаивая на том, что вообще в любой области знания должна быть собственная

сфера оснований, ставящая своей целью не расширение или применение

знаний, а их обоснование, шлифовку, повышение строгости доказа¬тельств, изгнание всех некритично воспринятых утверждений2. Достоин ства такого упорядочения очевидны; содержание же деятельности фунда-менталистики оказывается логико-философским: здесь выявляются скры¬тые допущения, изучаются способы аргументации, осуществляется про¬верка непротиворечивости, полноты теории, внутренних связей между ее первичными и производными понятиями. В идеале результатом такой ра¬боты должна стать аксиоматизация данной научной области.

8. Направляющая. Из обзора предыдущих функций мы увидели, что метафизика оказывает существенную помощь науке, является важным ин-теллектуальным инструментом для решения научных задач. Но значение метафизики для науки не исчерпывается инструментальными функциями. Соотношение метафизики и науки гораздо глубже. Несколько неожидан¬ный поворот этой темы предлагает западный философ и историк науки

Джозеф Агасси. Он переворачивает принятые представления о помощи науке со стороны метафизики. Дж. Агасси утверждает, что следует, наобо¬рот, считать науку средством решения метафизических проблем. Действи¬тельно, факты из истории науки показывают, что критерием выбора тех или иных научных проблем часто является их значение для метафизики. Осо¬бенно, конечно, это касается фундаментальных исследований. В науке мы

занимаемся преимущественно теми проблемами, которые важны и инте¬ресны именно с метафизической точки зрения и которые могут подтвер¬дить и систематически развернуть фундаментальные метафизические идеи о структуре и основаниях мироздания. Это означает, что метафизика играет в науке направляющую роль, координируя сам процесс научного поиска, сти¬мулируя научный интерес. Метафизика не просто помогает науке в ее само¬стоятельном поиске, но она «ведет» за собой науку в общей исследователь¬ской стратегии. Метафизика задает науке устойчивые ориентиры, являясь для

науки, по словам Дж. Агасси, «программой будущего научного развития»1.

Следует говорить не только о том, что значение философии для науки возрастает в периоды научных революций, когда философия становится инструментом критики; ее роль более значительна: она часто является и движущей силой самих научных революций. Приведем пример. Исто¬рик науки А. Койре показывает, что научная революция ХУ1-ХУП вв.,

ознаменовавшая собой собственно рождение новой науки, была связана прежде всего с революцией метафизической — с изменением глобаль¬ных представлений о Вселенной вообще. «Метафизическая революция»

прежде всего отвергла схоластически-аристотелевское понимание Кос¬моса; она заменила старые представления о Космосе как о конечном

иерархическом мире новым представлением о бесконечной и гомогенной Вселенной. Причем интересно, что в основаниях науки Нового времени лежали совсем не новые опытные данные: А. Койре показывает, что сами опыты XVII в. по измерению ускорения были совсем не точны, для

того чтобы они были действительно значимы, их надо было бесконечно

экстраполировать, и если они должны были якобы доказать реальность инерциального движения, то ведь эта инерциальность в строгом смысле в реальных условиях вообще невозможна. Поэтому ведущим фактором в построении математической механики явились не непосредственные экспериментальные данные, а именно изменение философской установ¬ки, «инфинитизация Вселенной»1.

Резюме. Таким образом, философское знание выступает предпосыл¬кой научного исследования, создает ему необходимый концептуальный

фон; оказывает непосредственное влияние на сам процесс исследования, задавая критерии для качественной оценки той или иной гипотезы или теории; экстраполирует полученные данные и обобщает их до уровня фундаментальных научных принципов; интерпретирует научные резуль¬таты и опосредует диалог различных областей знания; выступает важным эвристическим средством; служит инструментом критики в период ста¬новления новых научных представлений; становится непосредственной движущей силой научных революций, меняя глобальные представления о миропорядке; направляет научный поиск и формирует фундаментальный интерес ученых к решению важнейших метафизических проблем; осмыс¬ливает общие ориентиры ценностных отношений, связанных с научной дея-тельностью; проясняет основания и содержание научного знания, спо¬собствуя самопониманию науки. Это разнообразие функций показывает,

что научная деятельность от начала и до конца пронизана философским содержанием. Указанные функции пересекаются друг с другом, образуя

единую «равнодействующую» присутствия метафизики в научном позна¬нии. Предельно обобщая значение философии для науки, можно сказать,

что роль философии в науке прежде всего мировоззренческая и методо-логическая. Философия задает науке мировоззренческий и методологи¬ческий базис, необходимый для исследовательской деятельности.

Само понятие науки многозначно. Так, принято различать следующие

разновидности:

1) наука как система знаний;

2) наука как деятельность;

3) наука как социальный институт;

4) наука как культурно-исторический феномен.

Поэтому столь сложный предмет, каким является наука, изучают во многих плоскостях. Но можно выделить два наиболее общих контекста, к которым с известной долей условности можно свести изучение научной деятельности. Это когнитивный и социально-культурный контексты науч¬ного познания.

К когнитивной плоскости (от лат. ^ПІЇЮ — «познание») относят круг тем, охватывающих внутренние концептуальные вопросы науки. Сюда тра¬диционно включают теоретико-познавательные (или эпистемологические, от греч. episteme — «знание, познание»), методологические и логические аспекты. Однако анализ научной деятельности не исчерпывается только изучением его когнитивно-концептуального содержания. Ведь для науч¬ной деятельности характерны также сложные взаимосвязи с социальными, историческими и культурными факторами. Эти взаимосвязи относят к социально-культурному контексту анализа научного познания.

Следует отметить также, что наука изучается не только на обобщенно-философском уровне. Она является предметом и специальных дисциплин: социологии, экономики, психологии, истории и других, где формируются соответствующие разделы (социология науки, экономика науки и т.п.). Сегодня существует обширное комплексное направление, объединяющее различные дисциплины вокруг многостороннего изучения науки — науковедение. Ведущую роль в нем играют наиболее общие, т.е. философ¬ские, дисциплины. Однако непроходимой пропасти между философией

науки и специальными науковедческими направлениями нет. Философия науки активно использует материал конкретных исследований, и, соот¬ветственно, специальные дисциплины существенно связаны с исходными установками и концепциями философии науки.

Точно так же не существует резкой границы между когнитивным и со¬циально-культурным контекстами анализа научного познания. Важной тен¬денцией последних десятилетий является как раз их неуклонное сближение. Когнитивный и социально-культурный контексты переплетаются сложным образом как в самой науке, так и в описывающих ее философско-науковед¬ческих концепциях. В настоящем курсе в Дидактических целях материал

будет излагаться раздельно: в первой части курса будут обсуждаться вопро¬сы, относящиеся преимущественно к науке как системе знаний и когнитив¬ной деятельности, во второй — вопросы, относящиеся преимущественно к науке каксоциальному институту и культурно-историческому феномену. Однако изолировать указанные два контекста невозможно; мы увидим в по¬следующем изложении, как они будут в некоторой степени переплетаться.

Собственно философия науки как самостоятельное направление ис¬следований оформилась примерно во второй половине XIX в. У ее исто¬ков стояли такие крупные ученые, как Г. Гельмгольц, Э.П. Дюгем (Дюэм),

Э. Мах, К. Пирсон, А. Пуанкаре и др. Становлению этой области фило¬софского анализа способствовал ряд предпосылок: в это время наука при¬обретает серьезную социальную значимость, расширяет масштабы своей деятельности, разворачивает собственные учреждения, совершает серию

фундаментальных открытий. Одновременно происходит гигантское услож¬нение научного знания, снижается наглядность научных положений; приоб¬ретает особую остроту проблема обоснования знания, анализа и осмысления

его методологии. Так, с начала XX в. в связи с созданием специальной тео¬рии относительности и становлением физики микромира возникает кризис классической физики и связанного с ним мировоззрения. Тема науки, ее оснований, структуры и методов становится весьма острой.

В последующем развитии философии науки выделяют следующие этапы.

1. Важной программой философии науки в первой половине XX в.

явился т.н. логический позитивизм (или неопозитивизм). Особенно влия¬тельными были идеи неопозитивизма в 30-40-е гг. XX в. Среди его деяте¬лей наиболее известны К. Гемпель, Р. Карнап, О. Нейрат, Г. Рейхенбах, М. Шлик, Г. Фейгл. Организационно движение неопозитивистов связывают прежде всего с Венским кружком и Берлинской группой философов науки.

Основное убеждение неопозитивистов состояло в том, что наука име¬ет жесткую логико-методологическую структуру. Неопозитивисты бази¬ровались на весьма сильных допущениях. С их точки зрения, существует единый научный метод, общий для всех наук, и соответственно, един¬ственно возможная наука. Научная деятельность однозначно определена

следующей логико-методологической структурой:

ФАКТЫ -+ МЕТОД -* ТЕОРИЯ.

Это означает, что существует нейтральный базис фактов; эти факты

доставляются наблюдением и экспериментами; существует однозначный методологический стандарт работы с эмпирическим материалом; благо¬даря применению научного метода происходит правильная обработка фактов; конечным результатом деятельности является научная теория как достоверное, обоснованное теоретическое знание; теория является адек¬ватным описанием и систематизацией эмпирического материала.

Такую совокупность представлений можно считать некоей идеальной моделью научности. Ошибки и заблуждения в науке с этой точки зрения всегда являются лишь следствием отхода от идеальной модели научно¬сти. Своими задачами неопозитивисты считали выявление, подробное изу¬чение и точное изложение идеала научности и всех относящихся к нему

компонентов и характеристик. Неопозитивисты собирались прояснить,

уточнить и представить в виде строгих формулировок, что же такое науч¬ный метод и логически безукоризненная теория, а также выделить и опи¬сать логические структуры объяснения, обоснования, верификации. Глав¬ным средством для реализации неопозитивистской программы являлся логический анализ языка науки.

2. Однако в ходе логико-методологических исследований исходные допущения неопозитивистов ослаблялись и размывались. Так, было осоз¬нано, что невозможно достичь идеала полного обоснования научной гипотезы, что научные понятия не имеют четкого содержания, которое может быть исчерпывающе определено и т.п. Иными словами, проведение в жизнь программы сильной модели научности столкнулось с многочис¬ленными трудностями.

Постепенно исходная концепция научности стала подвергаться крити¬ке, в т.ч. и самими неопозитивистами. Примерно с 50-х гг. XX в. начина¬ется пересмотр неопозитивистских принципов. Но полное крушение этой программы происходит в 1960-е гг. В это время было достигнуто гораздо более сложное видение науки, включавшее отрицание нейтральности эмпирического базиса, единственности научного метода, незыблемости научной теории. Новый период философии науки, начавшийся в 1960-е гг., носит название постпозитивистского.

Важную роль в критике исходных неопозитивистских положений и в установлении нового взгляда на науку сыграли У. Куайн, Т. Кун,

У. Селларс, П. Фейерабенд и др. Давним оппонентом неопозитивизма

был также Карл Поппер, чьи идеи приобрели в постпозитивистский пе¬риод существенное влияние.

3. В общей постпозитивистской перспективе, установившейся с тех лет,

можно также выделить период, который уместно назвать современным. Он начинается примерно в 80-е гг. XX в. Если в непосредственно предшествую¬щие десятилетия (1960-1970-е гг.) исследователи были сосредоточены в основном на критике неопозитивизма, то новейший этап — это пора осознания результатов этой полемики, а также понимания сложности новых проблем, стоящих перед философией науки. Усилиями исследовате¬лей-науковедов обрисован чрезвычайно сложный и многогранный образ

науки. Сейчас наряду с концепциями классиков философии науки обсужда¬ются также идеи таких исследователей, как Р. Гир, Ф. Китчер, Н. Кэртрайт, Л. Лаудан, У. Ньютон-Смит, Б. ван Фраассен и многих других.

В последующем изложении мы в той или иной связи будем более под¬робно обращаться как к программе неопозитивистов, так и к главным ориентирам их оппонентов.