2.2. Дьяки и их особое положение в приказах
Судные дела в приказах записывали подьячие. Затем подьячий судное дело передавал на подпись дьяку. Судьями при этом могли быть боярин или окольничий, думной человек, или дьяк, а также какой-то иной судья.
Социальное положение дьячков было самым различным. Среди них можно было встретить и свободных, и даже рабов. При этом свободные занимались не только письменными делами, но и преподавали грамотность. Богатые же люди могли себе позволить держать дьяков-рабов. К их категории также принадлежало и большинство княжеских дьяков. Однако, в дальнейшем, все чаще рабам дают свободу. Именно такие записи встречаются в духовных завещаниях московских князей в отношении распоряжения об отпуске на волю «казначеев, тивунов, посельских и дьяков, которые ведали прибыток князя». Однако, отмечают историки, зачастую, дьяки, получившие таким образом свободу, не всегда же уходили от наследников своих прежних хозяев. В дальнейшем они оставались служить и у их преемников, правда, уже в качестве свободных людей.
Видимо с этой целью в XV и XVI веках был введен термин введенного дьяка, по аналогии с боярами введенными, в таких введенных дьяках были вольные люди, которые были введены во дворец.
Поскольку первоначальные приказы создавались в пределах дворца, то потому и дьяки, которым они поручались, именовались «дворцовыми». Со второй половины XV века положение дьяков резко меняется, поскольку они становятся привилегированным классом. По меткому выражению В.И. Сергеевича: «Великий князь Иван Васильевич и его братья, удельные князья, подмешивали уже дьяков к боярам еще до издания Судебника 1497 года».18
При этом деятельность дьяков не ограничивается участием в центральном суде бояр и окольничих. Они впоследствии посылаются и в области с наместниками и воеводами, но только в важнейшие города: в Новгород Великий, в Нижний, на Вологду, в Кострому, в Казань, Астрахань и др.
Дьяки начинают принимать участие в вынесении приговора. Без его мнения приговор уже не мог состояться.
В XVII веке дьяки еще больше приобретают популярность и набирают вес. Особенно это стало ощущаться в период развития приказной системы, где они становятся непременными членами приказов. При этом ни дворяне, простые и думные, ни стольники, ни окольничие, ни даже бояре не являлись непременными членами приказов. Более того, были созданы приказы без бояр, без окольничих, без дворян и стольников, но вместе с тем, не было ни одного, где бы не присутствовал дьяк. Бояре, окольничие, дворяне встречаются в приказах только в единственном числе, дьяков же там насчитывается и два и три человека. Также были приказы, где были лишь одни дьяки. Именно такой состав был в не игравшем большой роли Панафидном приказе, но и в таких значимых, как Счетный, Посольский и Приказ тайных дел. Вот что описывает Г.К. Котошихин о Приказе тайных дел: «А в нем сидит диак да подьячих с 10 человек, и ведают они и делают дела всякие царские, тайные и явные. И в тот приказ бояре и думные люди не входят и дел не ведают, кроме самого царя. А посылаются того приказу подьячие с послами в государства, и на посолские съезды, и в войну с воеводами для того, что послы в своих посолствах много чинят не к чести своему государю, в проезде и в разговорных речах... а воеводы в полкех много неправды чинят над ратными людми, и те подьячие над послы и над воеводами надсматривают и царю приехав сказывают. И которые послы или воеводы, ведая в делах неисправление свое и страшась царского гневу, и они тех подьячих дарят и почитают выше их меры, чтобы они, будучи при царе, их, послов, выславляли, а худым не поносили. А устроен тот приказ при нынешнем царе для того, чтоб его царская мысль и дела исполнялися все по его хотению, а бояре б и думные люди о том ни о чем не ведали».19
В.И. Сергеевич отмечает, что один дьяк и десять подьячих определены для наблюдения за деятельностью всех высших чинов в государстве. О результатах своих наблюдений они докладывают прямо царю, помимо бояр и думных людей.20
Однако кроме доклада царю, дьяки принимают и прямое участие в решении судебных и правительственных дел. Они это делают в качестве членов приказов.
Г.К. Котошихин так описывает деятельность дьяков: «А на Москве и в городех в приказех с бояры, и окольничими, и думными, и ближними людми, и в посольствах с послами бывают они (дьяки) в товарищах и сидят вместе
и делают всякие дела, и суды судят».21
Ни одно сколько-нибудь важное дело не обходится без участия дьяка.
Более того, даже в переговорах с иностранными послами дьяки так же говорят речи, как и бояре. На смотрах служилым людям дьяки также принимают активное участие наравне с боярами, окольничими и иными чинами. Дьяков посылают в XVII веке в походы товарищами воевод.
В.И. Сергеевич отмечает, что дьяки везде: на суде, в посольствах, при сборе и расходовании государевой казны, в войсках. Дьяки непрестанно находятся и при государе. В важных случаях они говорят именем его речи.
Дьяки делают царю доклады по всяким делам. В поездках государя из Москвы его сопровождают дьяки. Они служат посредниками в сношениях московских приказов с царем. Дьяки объявляют царские указы. Думные дьяки приглашаются в государеву думу и суть члены боярской судной коллегии.22
Вот что говорит Г.К. Котошихин о месте, которое занимают они в царской думе: «И как царю лучится сидети с теми бояры и думными людьми в думе о иноземских и о своих государственных делех, и в то время бояре и окольничие, и думные дворяне садятца по чинам, от царя поодаль, на лавках, бояре под боярами, кто кого породою ниже, а не тем, кто выше и преж в чину, окольничие под боярами против того ж, под околничими думные дворяне потому ж, по породе своей, а не по службе, а думные дьяки стоят, а иным временем царь велит им сидеть, и о чем лучитца мыслити, мыслят с царем, яко обычай и инде в государствах».
Всего в списке бояр и других чинов на 1676 год, отмечает В.И. Сергеевич, их насчитывается 35, но по 35 приказам было 68 дьяков.
Таким образом, суд эпохи реформ середины XVI в. представлял собой суд губных и земских старост. Новым видом судебных инстанций, получивших особое развитие в XVII веке, стали приказы. Легальной основой приказного суда стал Судебник Ивана IV, но дальнейшее развитие они получили в Соборном уложении. Судебные приказы были высшей инстанцией. Чтобы до них дойти, необходимо было пройти разбирательство в местном суде. Именно таков порядок был заложен в Соборном уложении.
Социальное положение дьячков было самым различным. Со второй половины XV века положение дьяков резко меняется, поскольку они становятся привилегированным классом. В XVII веке дьяки еще больше приобретают популярность и набирают вес. Особенно это стало ощущаться в период развития приказной системы, где они становятся непременными членами приказов. Ни одно сколь-нибудь важное дело не обходится без их участия.