3.4. Конфликт между новой реальностью и традиционными представлениями о возрасте и «возрастном расписании» в различных этнокультурах

Это серьезнейший момент, который уже сейчас приводит к различного рода пограничным ситуациям. Вопросы брака, рождения детей, работы, отношений между различными возрастными группами — буквально все стороны жизни в данный момент переосмысляются обществами, которые столкнулись с увеличением продолжительности жизни, и, конечно же, появление новых реалий вызывает к жизни различные пограничные ситуации. Так, геронтологическое насилие — явление, встречающееся среди всех социальных групп, независимо от уровня дохода, образования, положения в обществе, к сожалению, присутствует как в домашних условиях (в отдельных семьях), так и в социально-медицинских лечебных учреждениях. Именно эта проблема сейчас широко освещается прессой и изучается исследователями. Разработана даже условная типологизация фактов насилия — физическое, эмоционально-психологическое, финансово-экономическое, пренебрежительное отношение, сексуально-геронтологическое и насилие, связанное со злоупотреблением медикаментозными средствами.

Каждый из людей старшего возраста в той или иной мере подвержен влиянию традиционных взглядов, выражаемых родственниками, СМИ, соседями и т. д. Также и культурные ориентации пожилых людей, сформировавшиеся в первой половине XX века, отличаются от культурных ориентации людей, родившихся в постиндустриальную эру высоких технологий (вторая половина XX века). Это выражается в служебной и производственной этике, семейных, религиозных, патриотических ориентациях.

Данный конфликт будет стираться по мере ослабления возрастной стратификации (об этом мы пишем в разделе 5 «Ослабление возрастной стратификации»), по мере развития университетов третьего возраста и внедрения в общественное сознание представления о людях старшего возраста как о реальной активно действующей силе, что, естественно будет все больше происходить по мере развития технологий оздоровления и омоложения.

Однако в каждой стране развитие активности пожилого населения идет по своему пути, и то, что подходит одной культуре и системе, не всегда может быть в неизменном виде перенесено в другую культурную среду. Можно только отметить эту тенденцию и изучать наиболее успешный опыт для приспособления его к конкретным нуждам общества.

Надо также заметить, что конфликт между новой реальностью и традиционными представлениями о возрасте и «возрастном расписании» не первый в истории человечества конфликт такого рода. Например, престижный возраст не всегда был одним и тем же − все периоды человеческой жизни при определенных условиях были таковыми. И момент смены принадлежности престижности был, конечно же, в той или иной мере конфликтом указанного типа. Но сейчас, невзирая на широко распространенные стереотипы о наиболее счастливой поре в молодости, можно смело утверждать, что любая пора жизни, в том числе и старость, может быть престижной. И такой подход необходимо широко культивировать в обществе, из него должны исходить властные структуры, определяя социальную политику по отношению к пожилым людям.

Также необходимо отметить, что, к сожалению, в современном обществе, ориентированном на молодежную культуру, сложились негативные стереотипы старости, которые отрицательно отражаются не только на самих пожилых и престарелых людях, но и на культуре общества в целом. Стереотипы старости определяются совокупностью упрощенных обобщений о лицах третьего возраста, позволяющей воспринимать их шаблонно и необоснованно. В результате во многих странах, в том числе и в России, развился так называемый эйджизм.

Термин «эйджизм» первоначально был введен британским исследователем Р. Батлером в начале 1960-х годов (Butler 1980). Он определялся как процесс стереотипизации и дискриминации, направленный против пожилых людей только потому, что они пожилые, аналогичный расизму и сексизму. Это негативное отношение к старшим поколениям, которое отражается на качестве жизни самих пожилых и престарелых людей, ограничивает возможности их участия в политической, экономической, социальной и культурной жизни общества, где третий возраст может проявить и выразить себя, использовать накопленные за годы таланты и знания.

Эйджизм существует во всех современных, а значит, быстро развивающихся, обществах. Видимо, это связано с тем, что отношения поколений никогда не носили гармонически-идиллического характера. В. В. Бочаров отмечает, что «в традиционных обществах отношение к старикам варьировалось от трогательной заботы до самого жестокого обращения, вплоть до убийства» (Бочаров 2000). Он же подробно аргументирует, что вопреки устоявшемуся мнению о гармонии отношений между поколениями в традиционной русской общине они характеризовались довольно сильной напряженностью, а иногда переходили в откровенный конфликт (Бочаров 2000: 169—184). Боязнь, неприятие старости пронизывают и современное российское общество.

Одним из важных направлений социально-педагогической и социально-культурной деятельности государства по вопросам преодоления влияния эйджизма, а также увеличения продолжительности жизни и улучшения качества жизни в старости, является формирование такой социальной системы, которая позволит старшим поколениям полноценно и активно участвовать в общественной жизни.

Для практического решения этих вопросов необходимы не только логический, статистический анализ и лабораторные исследования, но, прежде всего, теоретическая база и научное осмысление самого феномена старости, изучение механизмов старения и выработка на этой основе способов изменения стереотипов упрощенного восприятия людей третьего возраста, разработка методов и средств сохранения здоровья пожилых людей, увеличения продолжительности жизни, поддержания активного образа жизни в старости. Возможность социально-культурной активности в третьем возрасте — один из основных путей улучшения качества жизни лиц третьего возраста, преодоления негативных тенденций по отношению к старости. Этому в большой мере может способствовать реализация принципа социально-культурной активизации личности, главный постулат которого заключается в обеспечении вариативных возможностей для активной социально-культурной деятельности пожилых и престарелых людей.

Общества, столкнувшиеся с проблемой «поседения» населения вынуждены способствовать более активной интеграции пожилых и престарелых людей в экономическую, политическую, социальную и культурную жизнь общества, развивать и стимулировать программы и мероприятия, направленные на обеспечение социальных гарантий пожилым людям, развивать программы подготовки квалифицированных специалистов для служб, деятельность которых связана с удовлетворением потребностей и интересов лиц третьего возраста. По мере дальнейшего увеличения продолжительности жизни эти задачи становятся все более актуальными.