38. Русская живопись 16 века. Проблематика. Пути развития

16в – окончательное утверждение монархического строя, осознание богоизбранности нового русского царства, 1542 – русский митрополит Макарий занимает московскую кафедру (духовник Ивана 4), живопись утверждает концепции, искусство идеологизируется. Утраты предшествующих веков во имя чего-то нового (не может быть всегда прекрасно-идеальное). Ориентация на внутренний религиозный мир (эффект присутствия высших сил в повседневной жизни), реальность духовного начала. 1502 год: росписи Ферапонтово; 1508г, Благовещенский. Перестраиваются отношения с Европой, нет связующей Византии. Условно 3 этапа: Василий 3 (художники круга Диониссия, в 1510х-20х постепенная трансформация его идеалов, более плотный и резкий контур, нет прозрачности, нет крупных ансамблей, еще не устоявшаяся школа; в Новгороде своя концепция – Макарий, преобладает тонкость и миниатюрность письма). 1542г – отправная точка, наиболее плодотворный период (вероятно, ядро – новгородские иконописцы, 1547г подар в Мск, 1551г – 100гл собор (унификация, распространяются новые иконографические сюжеты, насыщенные богословско-идеологическим содержанием), ретроспективизм, в 1563г смерть Макария и начало Опричнины, драматизм, в обликах святых повышенная суровость, на смену яркости сдержанный колорит). Годуновский период (маньеристические направления, элитарное искусство, повышенная изысканность, грация, волнообразные очертания смягченный нежный колорит, стиль не получил широкого распространения на периферии. Логическое завершение – формирование Сторгановского стиля).

1эт: Евангелие, 1507г, мастер Феодосий, РНБ. Сын Дионисия, его единственная дошедшая вещь. Колорит миниатюры (евангелист Марк) можно сблизить с Ферапонтовскими фресками, вокруг изображения много сложных декоративно и архитектурно оформленных рамок. В целом, появляется какой-то маньеристическим привкус. Предельный идеализм и ясность Дионисия уходит, возвращается что-то более весомое, контрастное, но это не снижения качества.

Сергий Радонежский с житием, 1510е, Успенский в Дмитрове, музей древностей Рублева, Феодосий (?). Цвет меняется, уплотняется, глуше, нет нежности, в остальном, опора на Дионисия. Одна из центральных икон этого времени. По схеме ориентация на житийные иконы 2п 15в.; в клеймах гармония пропорций, замедленное движение, внизу и вверху нет разделений, сцены перетекают друг в друга.

«О тебе радуется», 1/3 16в, Успенский в Дмитрове, ГТГ. Видно, что системные качества и далее нарастают. Соборное моление праведников в раю, объединенных фигурой Богоматери. Плотность и эмалиевая прочность. На фоне сложного 5к собора.

Богоматерь Одигитрия, 1/3 16в, Успенский в Дмитрове, музей Рублева. Вновь возвращается пластика и элемент индивидуализации, хотя идеализм 15в еще не уходит. Дух монументализма и имперской торжественности, плотное письмо, нет нежных дионисиевских переходов.

Покров Богоматери, 1530е-1540е, из собрания Лихачева, ГРМ. Все святые засунуты в отдельные рамочки, то есть жесткая организация, но причудливо и подвижно. На фоне храма, колонки продолжаются, то есть это и разрез, и не разрез. Миниатюрность и тщательность письма, вытянутые дионисиевские пропорции, но легкие маньеристические изгибы, ощущаются традиции к15в (чеканность и утонченность форм, четкость линий, плавность контуров), важна не цель, а процесс (в символических сценах).

Похвала Богородицы с акафистом, Кирилло-Белозерский монастырь, сер16в, ГРМ. Лики разнообразны, остры. Встреча Марии и Елизаветы – каждому персонажу возвращается самоценность (в Ферапонтово они практически сливались). Оливковый фон, по центру в овале Мария на троне, над ней Эммануил, ей протягивают тексты со всех сторон.

Видение Лествицы и Притча о слепце и хромце, фрагмент северной двери иконостаса, 1530е-1540е, собрание Лихачёва, ГРМ. Оно становится 1 из сюжетов, есть еще группки людей, очень похоже на византийскую икону. Все на одной плоскости, но как будто несколько планов, несколько историй, но нет перегруза.

Иконостас Рождественского придела Софии Новгородской, к1540х. Деисус и праздники, большие фигуры по одной схеме, нежный колорит. Редкий пример сохранившегося иконостаса 16в.

Преображение, 1540е, из Нередицы, Новгород. Ощущение мира, находящегося в вечном состоянии метаморфозы. Мягкая обволакивающая экспрессия форм. Основные – охры, силы – зеленые.

Вознесение, 1542г, церковь Нового Вознесения, Псков. Композиция более конструктивна, симметрична, но есть то же бурление мира (и на эмоциональном, и на иконографическом состоянии). Псковские черты: обильный золотой асист, плотное и темное письмо ликов, насыщенный колорит, изысканность пропорций, эффектность статуарных поз.

Евангелие Исаака Биреева, 1531г, Т-С Лавра, РГБ. Проповедь Христа, необычная иконография. Западный (стилизованный готический) архитектурный фон (хотя рукопись московская), кто-то соотносит ее с началом календарного года. Плотные, драгоценные, эмалевые цвета. Статичная композиция, но потенциальное действие. В ликах частичное обращение к классическим формам.

Распятие из иконостаса Николы со Усохи, Псков, ок1535г. Откровенное копирование западной иконографии, хотя она и помещена в византийский контекст. Готическая архитектура Иерусалима, зубцы, шпили, шатры. Композиция – провисшее тело, падающие пряди, падающая Богородица, ее пряди выбиваются из-под мафория – явное цитирование. Заостряется выразительность композиции. Остальные иконы имеют традиционную иконографию, только в Распятии видные западные элементы (они вообще эмоционально нагружают тему страстей).

2эт: 1570 - карательный поход на Новгород, живопись мрачного периода крайне драматична.

Христианская топография Козьмы Индикоплова, 1540е, Новгород, РГБ. Это другое направление, предельное усложнение, особенно проявилось в Новгороде при Макарии. Изложение представлений о вселенной. Ключевая особенность этого времени – желание изобразить все во времени и в пространстве. Очень цветная, сложная в графическом решении живопись. Осада Иерихона – историческая миниатюра. Многолюдная, пространства как такового нет, все вынесено на первый план. Иллюстрации быстрые и графичные, везде множество, нет пустоты.

Росписи Благовещенского собора Московского Кремля, 1547-1551г. Раньше думали, что это и есть живопись Феодосия 1508г, но выяснили они после пожарные, плохо дошли. В пышности есть экспрессия, она выводит на землю царствие небесное. Это актуализация Палеологовского искусства (которое Руси уже забыла). Псковичи и новгородцы, изысканный рисунок, взаимные рефлексы и тонкие сочетания, нет эмоций – величественное созерцание. Главная тема – многочисленные сцены Апокалипсиса. В скуфье центральной главы помещено погрудное изображение Господа Вседержителя, ниже - 8 архангелов, между окнами - праматерь Ева, праотцы Адам, Авель, Ной, Енох, Сиф, Мелхиседек и Иаков (все в рост), в основании - 12 медальонов с изображением сыновей Иакова - «Колен Израиля». В сев.-вост. главе - «Богоматерь Знамение», ниже - полуфигуры пророков с развернутыми свитками. Основой для этой композиции, возможно, послужила «Похвала Богоматери». Скуфью юго-вост. главы занимает изображение Саваофа (одно из наиболее ранних в рус. живописи) в окружении херувимов. В парусах центральной главы написаны евангелисты, на подпружных арках - пророки в рост. Нетрадиционно изображение прор. Моисея с пышными волосами и короткой бородкой, облаченного в царские одежды, с чашей в руках.

4ч частная икона, Благовещенский, 1547-1551г, Останя, Яков, Михайла, Якушко, Семен Высокий Глаголь. Создана для собора, но до 100гл собора. Создание этой иконы – часть большой программы по обновлению. Характерное для времени техническое название, по особенностям живописи – псковичи (есть и в летописях), работали у себя, работы в Мск присылали. Вкус к сложным сюжетам, их изобретениям, это именно придумка, причем не без помощи москвичей (возможно даже Макария). 4 равноправные части, читать можно в разном порядке. По часовой стрелке слева вверху. Многосложное искусство, но есть жесткое системное деление. Картина истории мира, начиная от его сотворения, до сегодняшнего состояния с проекцией на будущее. Сотворение мира («И почи Бог в день седьмой…») – подчеркивается уже финальная точка сотворения. Центральное изображение – Саваоф, почующий на ложе. Четко делится на две части – земную и небесную. На земной история Адама и Евы, их сыновей после изгнания. В верхней половине много цитат из западной иконографии (Христос в виде обнаженного юноши, которого Господь посылает на землю – помазание мессии, серафимы закрывают наготу). Еще сцена – Господь сидит на престоле и держит перед собой крест с распятым Христом, того прикрывают серафимы. Мотивы говорят о том, что крестная жертва была предопределена еще с момента сотворения мира. Когда все это создавалось, и было главным явлением культуры, такое нравилось не всем (дьяк Резковатый, например, был сильно против). «Единородный Сын и Слово Божие». Песнопение посвящено воплощению Бога-слова. Наверху Ветхий Днями, Христос в мандорле нисходит (его спускают ангелы), Не рыдай меня Мати. Слева внизу врата Ада, ангел добивает сатану, бесы кучкуются – это новое. Между двумя пещерами мертвые тела, которые поедают животные. Еще слева, вообще то, это триумф смерти – Христос в образе воина сидит, свесив ноги на кресте. Чем больше триумф смерти, тем выше сила Христа, это еще и прообраз Страшного Суда. Композиция устроена иначе: яснее выделен центр, лаконичнее схема, но все также много деталей и текстов. Искусство базируется на маньеристическом понимании формы (которая восходит к палеологовскому периоду). Например, птицы, которые клюют мертвых, явно скопированы с какой-то гравюры, причем сделано это очень хорошо (они прорисованные, объемные). Это искусство замечательных рисовальщиков, хотя есть и пластика и богатые, сложные цветовые решения. «Во гробе плотски…». Песнопение посвящено крестной жертве: второе лицо Троицы одновременно пребывает во гробе, в раю с разбойником, в аду, на престоле с отцом (Христос и принимает жертву, и является жертвой). Композиция устроена рационально. Разделена на почти равные почти клетки. Три яруса, на верхнем три сцены, на двух других по две. «Придите, люди, Триипостасному Божеству поклониться…». Богоявление воспринимается как манифестация Троицы, сонм людей. Но есть модель общества и мира. Святые здесь как представители за мир, элита. Ниже люди на коленях. Слева клирики во главе с архиереем, справа люди во главе с юным государем. Есть своего рода намек на политические реалии русского общества (Ивану 4 в это время 17 лет). Как член правящего рода изображен Василий 3 в образе монаха (перед смертью принял монашество). Каждая композиция населена множеством персонажей, это искусство очень наполнено идеями, как политическими, так и догматическими. Хотя здесь вообще нет официозной холодности, но некоторые элементы обладают повышенной экспрессией. Очень тонкая живопись, масса цветовых переходов и нюансов, много человеческого и подвижного. Есть человеческая окраска. Жесткое системное мышление.

«Достойно есть…», 1550е-1560е, Преображенский Соловецкого, Кремль. 4 дополнительно разработанные части, есть нагруженность (более структурированная). Одна из самых крупных икон данного сюжета. Иллюстрируется одно песнопение, каждой части соответствует одна композиция. Один принцип – изображена Богородица во славе в окружении различных святых (в третье композиции она помещается в ангельские силы). Песнопение таково, что его нельзя проиллюстрировать повествовательно, нудно показать явление. Это изображение контакта между божественным и человеческим. Есть принцип повторения (есть незыблемый закон существования мира), но есть и нюансы (стадии углубления молящегося). Масштабно, но понятно, что направлено на мир индивидуализированного человека.

Богоматерь Неопалимая купина, сер16в, Успенский Кирилло-Белозерского. Вариант Спаса в Силах в изображении Богородицы. Композиция не так ясна, как у Спаса. Есть элементы, которые вообще не понятно, зачем тут нужны.

Распятие со сценами Страстей, сер16в, Благовещенский. Множество персонажей, общий процесс.

Спас Вседержитель с Радонежским и Варлаамом Хутынским и притчами, сер16в, Благовещенский. Каждая притча еще из нескольких эпизодов (это повествование). Хутынский и Радонежский в ногах у Христа, сильно меньше. Потрясающая живопись, нюансировка великолепна – то есть люди мыслили не в рамках одного направления, а широко. Всегда есть ощущение, что перед нами явление миру чего-то большего.

Распятие с деяниями, 15506 1570е, Успенский и Воскресение Христово с деяниями, 1560е 1570е, ГТГ. Обе они из Успенского, вообще. Это был цикл из 22 подобных икон. Характерно: большой сюжет, выразительный лаконизм центральной сцены, в клеймах мельтешение. Идея энциклопедичности.

Богоматерь Молебная с Зосимой и Савватием, житием и притчами, 1545г, Преображенский Соловеского, Кремль. Они молятся Марии, она Христу. Иерархизированный мир, налажен канал общения, смягчена цветность, статуарные позы.

Преподобный Александр Свирский и житием, сер16в, Успенский. Рекордсмен по клеймам. В среднике маленькая поясная фигурка, нужно было дать доказательства святости (новый святой, еще жили люди, которые его знали). Кстати, ему являлась не только Богородица, но и святая Троица.

Богоматерь Тихвинская и чудесами, 1547-1551г, Благовещенский. Развитие житийной иконы. Чудеса – это житийный цикл именно иконы. В нижнем ряду поклонение мира иконе, нарушается расположение по клеймам. Зеленый фон.

Росписи палат Кремлевского дворца, сер16в. Грановитая и Золотая. Нужно было поновление, составлены все списки, Золотая палата не сохранилась как здание. Главная идея – плотно наполненная фигурами поверхность. Основа программ – сложнейшие сцены символического и аллегорического плана, визуализация абстрактных идей (сотворение мира, обустройство мироздания). Циклы работали на идею царства, не ограничивались церковной тематикой. Идея, что Четвертого Рима не будет, так как будет уже второе пришествие. Были и исторические сцены (Крещение Руси).

«Благословенно воинство Небесного Царя…» (Церковь воинствующая), 1550е, Успенский, ГТГ. Растянутая картина процессии. Не знаем практически ничего, была в Успенском рядом с местом царя. Прославляются мученики, и в их лице вся Церковь. Три кавалькады. Слева скиния – первая христианская церковь – палатка. Справа, тоже в медальоне, горящий город: антитеза, возможно даже Иерихон, образ побежденного греха (это не Казань). Сонм безымянных воинов отмечен несколькими ключевыми фигурами, через которые прочитываются этапы мировой истории. Первый – архангел Михаил в медальоне, апокалиптический всадник, готовый биться с Сатаной. Образ конного архангела был в Византийском искусстве (несколько прецедентов), но такой образ изобрели на Руси во время Грозного. Далее на черном коне еще один всадник, держит красное знамя (не Иван Васильевич), это Иисус Навин. Он – военный вождь избранного народа. Дальше на черном коне воин в царских одеждах посреди массы безымянных людей, Константин, он еще и крест держит (пытались отождествлять и с Мономахом, и с Грозным). Третью группу возглавляет Владимир, Борис и Глеб. То есть постепенно показана еще и вся история религии. С последней группой и Русь входит в мировую христианскую религию и историю. В Иерусалиме (Раю) воинство ждет Богородица с младенцем. Это искусство не очень маньреистическое. Здесь сохраняется гармония, в том числе и в цвете. Хотя все равно это нагруженная композиция.

Лицевой летописный свод, к1560х-1580х, ГИМ, РНБ, Академия наук. Не дописан до конца, несколько томов и тысячи миниатюр. Много стилизаций, архитектуры, локальная раскраска. Есть и житийные сцены, и исторические (про Македонского, предсмертная молитва Василия 3 только рисунок). То есть сначала мировая история, потом она плавно перетекает в русскую. Есть например, Рублев и Даниил, расписывающие Владимирский Успенский. Конечно, тут не надо искать портретных черт, все условно. В целом, вкус к высокой графической культуре.

Лоджия Архангельского Московского, 1560е, Страшный суд и житие Владимира. Это оформление входа. Интересно, что Суд не внутри, а снаружи. На склонах арки сцены с житием Владимира (выбор веры и все, что с этим связано; по летописи Владимир окончательно склонился к христианству после рассказа о Страшном Суде). На западной стене символы веры (то есть то, от чего отталкиваются и во что верят). Так же множество святых и погребенных в соборе, фигуры предков. Роспись 17в, но повторяет раннюю. В конхе центральной апсиды – София, Премудрость Божья. То есть правители идут к ней, и подтверждают свою причастность.

Святитель Василий Пирский и Василий 3 (Варлаам), надгробная икона, ¾ 16в, Архангельский, ГИМ. Князь в монашеских одеждах, святой – его покровитель. Фон был золотой, сейчас зеленый. По центру маленькая фигурка Богоматери, младенца и двух ангелов. Изображение князя – это не то, чтобы натурализм, но искусство великолепно. Образ содержит откровенное драматическое содержание (глаза, нахмуренный лоб). Они обращаются друг к другу.

Богоматерь Боголюбская, 1560е-1570е, Боголюбов монастырь. В 16в в Мск свозятся святыни, развивается копирование.

Это список в меру и подобие. Живопись повторяется первую иконографию –темный фон, она со свитком, молится.

Иоанн Предтеча, Лествичник и Стратилат, 1560е 1570е, из Николы от Торга, Псков. Они на полях, это святые царевичи. Острый индивидуализированный облик. Явно список, но все усиливается, крупный лик, подчеркиваются углы. Иоанн Предтеча Ангел Пустыни, ¾ 16в, Махрищские монастырь, музей Рублева. Другая иконография, закономерности все же есть (краски, лики и др). Вариант жертвы Христовой – держит чашу со своей головой, много драматизма.

Росписи Преображенского Спасского монастыря, Ярославль, 1563-1564г. В композиции много деталей. Есть участки, где экспрессия сгущается. Господь Саваоф, именно Бог-отец, а не Ветхий днями. Звездчатый нимб соотносится с миротворением. Жесткая глубокая проработка лица. Есть экспрессия и порыв – изгнание торгующих из храма. Это островок стабильности, не тронутый Грозным. Благородный и просветленный колорит, удлиненные пропорции.

Апостол, Иван Федоров, 1564г, РНБ. Лицевое изображение евангелиста Луки. Орнаментальные вещи напоминают ренессансные мотивы. Лука помещен в хорошую ренессансную рамку, много готических мотивов.

Сборник из собрания Егорова, деяния Михаила, 1560е, РГБ. Архитектурные фоны (сказочные кулисы), реминисценции готики, сложный живой контур. Сцена волхв Варлаам перед царем Моава (не просто диковинка, собрали образ мира и осмыслили его).

3эт, 1584-1605г: новый гуманизированный стиль, эффект постоянного присутствия Бога, желание раствориться в стихии.

Святитель Николай Чудотворец с житием, 3/3 16в, город Боровичи, Новгород. Есть определенное напряжение, тяготение к экспрессии. Камерные формы, красивая жизнь, каллиграфичность, нет усиленной динамики, но нет и абсолютного спокойствия, спокойный тона.

Святой князь Борис, Феодот Киринейский, ария Магдалина и Ксения Римляныня (патрональные святые семьи Годунова), 158-1589г, Софийский Новгородский, Псков. Годунов вообще периодически не изображал Глеба, за что его ругали. Это официоз, хотя он фактически еще не царь. В ликах трепетное, глубокое религиозное чувство. Мягкий натурализм, хотя он и ненавящевый. Позы воспринимаем уже не столь символическими, сколь понятными.

Рождество Богоматери, к16в, Рождественский собор Мурома, музей Рублева. Переданы этапы детской жизни Марии. Интересны акценты, воспринимается уже камерно. Иногда люди ведут себя церемонно и жеманно, но в этом есть и подлинная красота. Хотя от середины века что-то остается – архитектура, любовь к каллиграфии. Теперь лики круглее, более мягкие и индивидуализированные, эмоции не так выпирают. Делится на 2яр.

Деяния святой Троицы, Створки киота иконы Рублева,1599, Т-С Лавра. Пластичные лики, деликатные чувства. Именно это является новацией по сравнению с временем Грозного. Это искусство открывает мир живых форм. Плавный рассказ.

Иконостас и фрески Новодевичьего монастыря. Иногда довольно пространственные композиции, какая-то часть московских художественной среды к16в открыла искусство Палеологов на уровне пространственных отношений, мягкая выпуклость фигур, они почти «вываливается» в нашу сторону (Рождество Богоматери, Введение во храм).

Росписи Смоленского Новодевичьего, ок1598г: целостность стилистических принципов, стенопись – декоративный ковер, обилие всего, в куполе Саваоф на престоле с младенцем. Важны не столько сюжеты, сколько движение масс. Росписи Успенского собора Богородицкого монастыря в Свияжске, ок1605г. Это гипермонументализированный вариант, хотя не выходит за пределы общего развития искусства. Основная часть – богородичные сюжеты, цельное впечатление, строгая регламентация всех художественных средств, нет места индивидуальному переживанию.

Строгоновская школа: условное название, небольшие личные иконы тонкого письма, рафинированное драгоценное искусство. Композициям присуща асимметрия, выразительность – противопоставление хрупкого силуэта и свободного фона. Краски яркие и плотные, много охр.

Никита воин, 1593г, Прокопий Чирин, Благовещенский Сольвычегодский, ГТГ.

Святитель Петр, митрополит Московский, с житием, н17в, Истома Савин, ГТГ. Еще есть серебряный оклад. 3 части, центральная физически выделяется.

Учение трех святителей, н17в, Никифор Савин, ГТГ. Много персонажей, есть фоны – не традиционно для школы.

Чудо мученика Феодора Тирона о змие, н17в, Никифор Савин, ГРМ. Очаровательное чудовище, но тоже и люди, и пейзаж.

Благовещение, 1610е, Назарий Истомин Савин. Пейзаж есть, но он не превалирует, все очень тонко.

Симеон столпник