Маркирование тела: вербальное и визуальное (тату, боди-арт и т.Д.)

Маркированными оказываются:

• голова (хайр, хаир волосы, фэйс лицо),

• руки – хэнды (веняки вены и их повреждение—покоцанные вены),

• телесный низ (гениталии и органы выделения) и их отправления (в основном, экскременты).

Значим и общий облик: субтильный, астенический, без выраженных признаков пола в субкультурах, связанных с традицией хиппи, - и мускулистое, крепкое тело, культивируемое в среде скинхедов или футбольных фанатов.

Символическая схема, матрица тела.

Телесный код как элемент знаковой системы.

Символика тела: его облика, действий, состояний.

Символическая матрица и практики тела: приведение к образцу.

Питание: спортивное, диеты (веганство, религиозные правила).

Качалки.

Тело и питание

Пищевые ограничения как условие духовного продвижения: посты, вегетарианство (у кришнаитов и в ряде других ориенталистских культов).

Веганство, полный отказ от всех продуктов животного происхождения (в том числе и молочных, допустимых другими вегетарианскими диетами).

Движение стрэйт-эдж (straight edge), практикующее веганство в ряду других форм здорового образа жизни. Веганство как протест и «прямое действие» против «экологически агрессивной» современной цивилизации – в контексте борьбы против «спешизма» (т.е. дискриминации животных видов) и связанного с ним употребления в пищу и для изготовления одежды продуктов и материалов животного происхождения.

Пищевые ограничения у панков-веганов - как форма отказа от насилия по отношению к природе.

Веганская пища считается здоровой пищей, а поддержание здоровья своего тела – формой борьбы за свое и планеты будущее.

Ограничения в питании являются и следствием самого образа жизни, характерного для некоторых субкультур.

Нарративы автостопа: когда в путь без денег.

Телеги (рассказы) – о скудости пищи на трассе (в пути) и вписках (в местах временного жительства путешественников).

Пища - хавка (что выдает ее непритязательность) и ништяки (буквально – остатки еды на тарелках в общепите).

Литаться ништяками бывалые хиппи не советуют, во избежание проблем со здоровьем, хотя наличие этого термина в сленге говорит о бытовании соответствующей реалии (особенно в условиях трассы, бездомности и беспрайсовости, т.е. безденежья).

Жидкий чай: вторяки, друганчик (т.е. вторично заваренный на старой заварке), белые ночи, киндерпис (от нем. Kinder — ребенок и рус. ‘писать’),

Плохое вино: косо’рыловка, вайн (от англ. wine), ботл (от англ. bottle, бутылка), дринк (от англ. drink — питье) и т.д.

То и другое имеет скорее коммуникативную, чем питательную функцию: вино может стать центром случайной компании в скверике или на вокзале; чай — поводом к знакомству (являясь на флэт, можно не сразу проситься на ночлег, а сказать — “чаю зашел попить” и выложить пакетик чаю, а потом уже на ночь остаться).

На вокзалах заходят в диспетчерскую — “попросить кипятка”, а по пути норовят разговориться и пристроиться в попутный товарняк. А. Кротов, описывая питание на трассе (т.е. во время путешествия стопом), упоминает торпеду – пластиковую бутылку из-под лимонада, наполненную крупой.

Пища и вино в традиции хиппи источник не столько телесного, сколько духовного насыщения. Дао плавает в стакане,

Дао плавает везде:

И в Неве, в Оке и в Рейне,

В пиве, водке и портвейне (СПб, 1987 г.).

Заботиться о еде не принято: Бог даст.

Впрочем, навязчивое желание поесть тоскливо проступает в афоризмах типа: “И вечный Пост, кулич нам только снится” (“Сорока”, 9.06.1997).