Муниципальные библиотеки России – на пути в информационное общество

     До 17 января 1995 года, когда был принят Федеральный закон «О библиотечном деле», муниципальные библиотеки официально назывались государственными массовыми (до октября 1917 года в России были публичные, народные, общественные или земские библиотеки). Ныне, в соответствии с порядком учреждения и формами собственности, библиотеки, учрежденные (и соответственно финансируемые) органами местного самоуправления, именуются муниципальными.      Библиотеки двух столичных городов – Москвы и Санкт-Петербурга, являющихся субъектами РФ, формально не подходят под этот новый статус. Они находятся в собственности городов федерального значения и соответственно финансируются из городского бюджета. Но по всем другим основаниям, касающимся содержания работы и заявленной в книге темы, эти библиотеки вполне соответствуют определению «Муниципальные». Поэтому мы позволим себе, с некоторой долей условности, называть их приравненными к муниципальным.      До 1995 года системы районирования Москвы и Санкт-Петербурга были сходны. Сейчас они различаются: если Москва поделена на административные округа, а те – на районы, то Санкт-Петербург, напротив, поделен на районы, а те, в свою очередь, на муниципальные округа.      Если в Москве на территории одного округа работают две-четыре ЦБС, чьи филиалы размещаются в нескольких муниципальных образованиях (районах), то в Санкт-Петербурге в одном районе работает только одна ЦБС, имеющая филиалы также в нескольких муниципальных образованиях (округах). Ситуация в Санкт-Петербурге более логична и проще с точки зрения установления контактов библиотек с местными администрациями.      Отличие столичных библиотек от библиотек регионов дает им определенное преимущество, увеличивая общее число потенциальных источников финансирования: город – бюджетное; район, округ, район РФ – дополнительное. Но добиться этого непросто: библиотекам приходится прикладывать значительные усилия, чтобы завоевать внимание местных властей и получить от них дополнительные средства.      По данным ГИВЦ МК РФ (См.: Общедоступные библиотеки Российской Федерации в цифрах. За 1998 год. М., 1999), на 1 января 1998 года библиотечная сеть насчитывала 49 092 библиотеки. Из них 10 131 – городские, 38 961 – сельские муниципальные (и приравненные к ним) библиотеки. Число их читателей достигало практически 50 млн человек.      Большинство этих библиотек объединены в централизованные библиотечные системы. Централизация массовых библиотек осуществлялась в 70-е годы по единой принципиальной схеме. Варианты объединения (и разъединения), действительно представляющие интерес, появились только сейчас. Объединяются детские муниципальные и школьные библиотеки, взрослые и детские библиотечные системы; возникают библиотечные комплексы; некоторые библиотеки-филиалы выходят из своих ЦБС и переходят либо на более низший уровень (сельских администраций), либо – на более высокий (городские библиотеки). Наряду с централизованными библиотечными системами, получающими различные названия (муниципальное объединение библиотек, муниципальное учреждение, муниципальная библиотечная система, система муниципальных библиотек, муниципальная информационная библиотечная система), полноправно существуют библиотеки с особым статусом, выделившиеся из их структуры (например, Московская городская деловая библиотека). Некоторые московские ЦБС выходят с инициативой преобразования своей центральной библиотеки в окружную библиотеку.      По справедливому мнению заместителя начальника отдела библиотек Минкультуры России Т. Маниловой, для библиотек до недавнего времени был характерен примат государственных интересов; сейчас же должен установиться примат интересов общества и личности как потребителей библиотечных услуг. Очевидны две линии реформирования: «От государственной к муниципальной» и «От массовой к публичной». Первая линия предполагает приведение ресурсов и услуг в полное соответствие с потребностями местного сообщества и муниципального образования. Вторая учитывает, что понятия «Массовая» и «публичная» не синонимичны. «Нам представляется, что между массовой и публичной библиотекой, если говорить образно, такая же разница, как между массой (безликой толпой) и публикой (совокупностью личностей). Сходство между ними заключается в том, что они относятся к числу общедоступных». (Манилова Т. Л. Меняются правилы игры // Библиотека. 1999. № 12. С. 19)      Доктор педагогических наук М. Дворкина, опираясь на словарные статьи, пояснила, почему при определенной смысловой близости эти термины все же различаются: «Словарь С. И. Ожегова в дефиниции «Массовый» подчеркивает предназначенность для широких масс, т.е. массовый как бы противопоставляется элитарному, особому (применительно к массовой библиотеке это ориентация на типичные потребности, пропаганду массовых идей и неумение учесть и удовлетворить личностные потребности). А в слове «публичный» словарь фиксирует значение «Открытый», «Общественный», т.е. акцент делается не на какой-либо ангажированности, а на открытости для каждого». (Дворкина М. Я. От массовой библиотеки – к публичной//От массовой к публичной библиотеке. М., 1993. С. 8) Нас такая трактовка вполне устраивает.      В основном переориентация библиотек в сторону усиления информационной составляющей их работы произошла в последнее десятилетие – с постепенным внедрением в работу библиотек рыночных, маркетинговых принципов, когда они уже не ориентировались только на запросы реальных читателей, а стали строить свою работу с учетом также потребностей потенциальных пользователей.      Поскольку нет абстрактных потребностей в абстрактной информации, можно даже достаточно точно назвать рубеж, когда библиотеки начали реально осознавать себя информационными центрами. Это 1993-1994 годы.      Именно тогда достигли своего апогея стремительно набравшие силу отраслевые специализации библиотек (например, у Екатеринбургской МИБС и ЦБС «Кунцево» – библиотечные центры искусств, «здоровье», «Дом семьи», культурно-образовательный центр, библиотеки «Детектив", «Истоки», «Тинейджер»). Активизировалась организация досуговой сферы жизни населения (библиотека-клуб, библиотека семейного чтения). Вариантов библиотечных специализаций было множество. Это было модно и, видимо, своевременно.      Тогда же появились первые информационные специализации. Это были деловые (бизнес) библиотеки. Назывались они по-разному: информационно-деловой центр, бизнес-центр, деловой информационный центр, агентство деловой информации. Впервые массовые библиотеки выдвинули понятие «Информационный» на первый план, сблизив его с понятием «Библиотечный».      Именно в связи с этой специализацией, способной, как полагали библиотекари, принести им дополнительный доход, в полной мере вошли в библиотечный обиход такие понятия, как информационные потребности населения и платежеспособный спрос на библиотечные услуги. Именно тогда библиотекари осознали, что пользователю все чаще нужен не документ (за исключением произведений, имеющих абсолютную ценность), а некое знание, или иначе – информация, и что при определении информационной специализации библиотечного подразделения стоит ориентироваться не на фонд, а прежде всего – на потребности населения.      В 1993 году нас часто спрашивали библиотекари, желавшие создать бизнес-библиотеку: с чего начинать. А мы сами толком не знали. И спросили голландского студента, проходившего стажировку в ВГБИЛ. Он ответил, не задумываясь: «С изучения потребностей населения». И все тут же встало на свои места.      В том же году специалисты НВЦ «Библиомаркет» по просьбе управления культуры Западного административного округа создали на базе Центральной библиотеки ЦБС «Киевская» первый в Москве Информационно-деловой центр «Кутузовский» (зная о существовании Делового информационного центра в Екатеринбурге, но не подражая ему).      В начале 1994 года вышла книга «Библиотека и бизнес». В ее основе лежало представление о библиотеке как об информационном центре. В этом же издании были опубликованы первые анкеты потребителей деловой и социально-бытовой информации, а также план-проспект (для того времени еще преждевременный) «программы создания и эксплуатации муниципальной (городской, районной) службы социально-бытового и делового информирования малообеспеченных слоев населения (на основе бесплатного доступа)".      Проследить движение муниципальных (ранее – массовых) библиотек к «Информационной идее» можно, прочитав – с учетом нынешних знаний – выступления участников ежегодной Международной конференции «Библиотеки и ассоциации в меняющемся мире: новые технологии и новые формы сотрудничества» (Крым, 1994-2000 гг.). А как это происходило на практике, можно представить, обратившись к публикациям журнала «Библиотека» за последнее десятилетие.      В 1994 году на конференции прозвучали доклады специалистов ЦГБ имени А. Пушкина г. Евпатория (где еще в 1988 году был создан кабинет научно-технической информации в помощь производству, спрос на которую постепенно шел на убыль). Представители НВЦ «Библиомаркет» А. Пурник и И. Михнова дали общее представление о месте публичной библиотеки в информационно-деловой среде мегаполиса. В качестве перспективных направлений были выделены информационное обеспечение учебного процесса и работа с деловой информацией; работа с научно-технической информацией была признана не перспективной для публичных библиотек. (Идеи, звучавшие в докладах представителей НВЦ «Библиомаркет», а затем ЦБС «Киевская» на крымских конференциях в последующие годы, вошли в эту книгу.)      В 1995 году была организована секция «Бизнес-информация и информационный менеджмент». Своими намерениями (пока не осуществленными) создать в Кемерово муниципальную автоматизированную информационную библиотечную сеть поделился представитель ЦГБ. В следующем, 1996 году заявил о себе Центр деловой информации Новосибирской ОЮБ. О проекте создания сети залов информационной поддержки образования, или залов делового чтения, рассказала директор МОДБ Екатеринбурга. Систему читальных залов для делового чтения подростков представила директор Саратовской ОБДЮ. В одном из докладов говорилось о создании на базе Ленинградской ОДБ Детского библиотечного компьютеризированного центра. О месте центральной городской библиотеки в библиотечно-информационной инфраструктуре крупного города (прежде всего, в связи с проблемами автоматизации) говорила представитель МГПБ имени Н. Некрасова.      В 1997 году по-прежнему мало внимания уделялось проблемам обеспечения информационных потребностей пользователей, а значит, усиления информационной функции библиотеки в ее сегодняшнем понимании. Выделялись только деловая, образовательная, информационная ориентации и привлечение молодежи к компьютерным технологиям. Фактически только в 1998 году в связи с организацией в рамках конференции семинара «Библиотека, муниципальная и краеведческая информация: опыт работы» публичные библиотеки громко заговорили о своих возможностях выполнять функции информационных центров для населения.      Главное же внимание на конференции в первые годы уделялось именно автоматизации, а затем компьютеризации библиотечных процессов, электронным каталогам, сетевым, мультимедийным и Интернет-технологиям. И очень мало – информационным ресурсам, а тем более информационным потребностям и информационным специализациям библиотек, которые в сферу внимания ГПНТБ – идеологов и устроителей конференции – не входили.      Общественное внимание к проблемам не автоматизации, а именно информатизации библиотечного дела было привлечено выступлением Е. Кузьмина на конференции «Крым-96". Мы бы выделили два положения его доклада:      «Одним из важнейших условий развития образования, науки и культуры в России, ее социально-экономического прогресса является возможность оперативного, беспрепятственного по-лучения нужной информации, которая может быть обеспечена только через систему общедоступных библиотек при развитии и внедрении в них новейших электронных технологий обработки, хранения и поиска информации, обмена ею по современным надежным каналам связи. Информатизация библиотечного дела в России имеет не только профессиональное, но и ярко выраженное политическое значение, так как ныне, когда возрастает децентрализация и происходит регионализация жизни в такой громадной стране, как наша, информационные взаимосвязи между регионами и центром во многом должны взять на себя компьютерные библиотечные сети». (Кузьмин Е. И. // Библиотеки и ассоциации в меняющемся мире: новые технологии и новые формы работы: Материалы междунар. конференции. М., 1996. С. 10-11)      А теперь посмотрим, как, судя по публикациям журнала «Библиотека», проходило становлении муниципальной (массовой) библиотеки как информационного центра для населения за де сять лет, прошедших с момента выхода «положения о новом хозяйственном механизме», которое от крыло дорогу платным библиотечным услугам. Итак, вспомним, какими мы были, о чем размышляли.      1989 год. В официальном разделе сообщалось, что в декабре 1988 года на заседании комиссии МК СССР был рассмотрен вопрос о ходе перестройки библиотечного дела и задачах органов культуры по совершенствованию деятельности библиотеки. В выступлениях как позитивное явление отмечалось массовое создание на базе массовых библиотек новых типов библиотек. Констатировалось отставание материально-технической базы этих библиотек от мировых стандартов на 15-20 лет.      В одной из статей описывался опыт Кировоградской ОЮБ, оснащенной компьютерной техникой открытие там клуба «Компьютер» и ставился вопрос о необходимости оснащения юношеских библиотек компьютерами.      В письме Лениногорской ЦБС (Каз. ССР) высказывалось мнение о том, что массовая библиотек, не может предоставлять на своих фондах и СБА справочно-информационные услуги ни платно, ни бесплатно. Оренбургская ОУНБ, напротив, полагала, что библиографическая работа может приносить доход.      Литовские библиотекари выступили с предложением отказаться от малоэффективных форм работы, например от бюллетеней новых поступлений. Вместо этого они публиковали списки в газетах а в одной из библиотек для информирования о новых поступлениях уже использовались телефоны автоответчики.      Б. Володин сделал общий для всех вывод: беда библиотечного дела в том, что у значительной части населения нет потребности в информации, в библиотеке. И пока эти потребности не сформируются, у нее будет низкий статус. И не все зависит от библиотеки.      На прошедшем в Туле совещании директоров республиканских, краевых, областных библиотек говорилось о том, что главным условием начала перестройки библиотечного дела в 90-х годах должны стать автоматизация информационного поиска и библиотечные технологии, механизации основных библиотечных процессов.      В одном из номеров был опубликован проект «Концепции развития библиотечного дела в РСФСР до 2005 года» (группа РНБ). В нем прозвучало суждение: директивный подход привел к необоснованному возможностями преувеличению научно-информационной работы массовые библиотек в ущерб другим функциям. И отмечалось новое ее качество – центр духовного межличностного общения и культурного досуга.      1990 год. В этот период общественность беспокоили три проблемы, связанные с массовыми библиотеками: централизация, трудности с комплектованием и взаимоотношения с бибколлектором Обсуждались вопросы о платных услугах, о возникающих библиотечных ассоциациях, проблемах руководства чтением. Появилась рубрика «Новое, передовое – в практику!", знакомившая библиотекарей с новыми технологиями.      В одной из статей говорилось о разрыве между накоплением информации и физическими возможностями массовых библиотек, которые не могут переработать ее рутинным способом. Поэтому они должны быть включены в единую библиографическую информационную систему с выходом на региональный и более высокий уровни.      В. Соколов выдвинул проект альтернативной концепции развития библиотечного дела, предлагая несколько областей библиотечных технологий, где оправданно и желательно использование технических средств.      1991 год. В первом номере высказывалась мысль, что бездумная автоматизация только увеличивает трудозатраты: одновременно с введением библиографических записей в электронный каталог продолжает вестись печатный. Библиотеки должны покупать готовые БД и уже сами «Доводить» их. А в целом нужна государственная концепция централизованной подготовки автоматизированных массивов вторичной информации.      Активно обсуждались проблемы автоматизации, рассказывалось о достоинствах телефакса, микрографии, автоматизации подписки. О массовых библиотеках в связи с автоматизацией вопрос пока не стоял.      1992 год. В информации о коллегии МК культуры и туризма РФ «О разработке государственной политики в области библиотечного дела» поставлен вопрос о подготовке государственной программы информатизации библиотечного дела в РФ на 1993-й и последующие годы. Главное – экспертиза научных разработок и практика информатизации библиотечного дела. Массовые библиотеки в контексте информатизации по-прежнему не упоминались.      1993 год. Вновь возникла дискуссия о централизации массовых библиотек. В нее включились г. Фонотов, М. Дворкина, Ю. Столяров, Н. Карташов, В. Серов, С. Бачалдин, Р. Зотова, Е. Фенелонов, Н. Бессонова. (Дискуссия активно продолжалась в последующие годы и не затухает до сих пор.)      Дальновидным оказалось суждение библиотекаря рядовой сельской библиотеки: нужны не ЦБС с сетью бесправных филиалов, а централизованные системы информации. Нужны оперативная информация; СБА, в составлении которых участвуют работники не только ЦБ, но и филиалов; хорошо отлаженная информационно-библиографическая связь и книгообмен между различными библиотеками.      С собственной концепцией публичной библиотеки выступила Н. Тюлина, фактически утверждая необходимость создания единого библиотечно-информационного пространства отдельной личности. Публичная библиотека, резонно считала она, выполняет не абстрактные библиографические и фактографические справки, а в связи с повседневными нуждами конкретных людей, проживающих в данной местности.      1994 год. «первая ласточка» рыночного подхода к информационному обслуживанию – директор Херсонской ОУНБ, фактически первый практик, заявивший со страниц журнала, что "едва ли не главнейшая функция библиотеки – информативная», «Мы должны осознать, что информация – это настоящий капитал". В библиотеке был создан отдел информирования местных органов власти, который предлагал им не привычные рекомендательные списки, а реферативную информацию по конкретным темам. Создавались и другие хозрасчетные подразделения, и все же главным источником прибыли считалась продажа информации.      Опубликована статья Е. Кузьмина – по сути, первый материал, где четко сказано, что среди приоритетов МК первое место занимает информатизация.      Появились первые публикации о массовой библиотеке в информационном аспекте (в частности, описывался опыт их работы в области деловой информации, привлечения молодежи к компьютерным технологиям).      1995 год. Впервые опубликован сводный план мероприятий управления по делам библиотек МК РФ, среди которых – международные конференции по информационным технологиям (куда и хлынули библиотечные специалисты). Между библиотековедами опять возникли разногласия относительно понятий библиотечный менеджер, библиотечный маркетинг и соотношения понятий «Массовая» и «публичная» библиотека. Появился первый материал о ценности для библиотек CD-ROM.      1996 год. Основными темами для обсуждения и выступлений в этом году были: межбиблиотечная кооперация в области каталогизации; российские сводные каталоги; электронные (виртуальные) библиотеки; информация на CD-ROM; Интернет. Массовые библиотеки упоминались только в связи с проблемой автоматизации Дмитровской ЦБС (Московская обл.).      1997 год. На страницах журнала библиотековеды оживленно обсуждали понятия «Информация» и «Документ». Опубликована программа ЛИБНЕТ («Создание общероссийской информационно-библиотечной компьютерной сети»). По-прежнему в центре внимания – проблемы виртуальной библиотеки, Интернета, автоматизации библиотек, а также правовые аспекты информатизации.      Подведены итоги конкурса «Библиотека на пороге XXI века», проводимого при поддержке Института «Открытое общество». В нем, среди прочих, приняли участие шесть городских библиотек. Опубликованы статьи о работе в области информационного обслуживания ЦБС "Юго-Запад" г. Москвы и ЦБС г. Дмитрова Московской обл.      1998 год. «заговор молчания» вокруг массовых библиотеках сменился их активной пропагандой. Была опубликована целая серия материалов: о создании МОБ г. Екатеринбурга, МГДБ, об Ижевской ЦГБ, о Читинской ЦБС, Жердевской ЦБС Тамбовской области, о ЦБС Краснодарского края.      Опубликованы условия конкурса «Системы информирования и просвещения населения по вопросам организации местного самоуправления, действующие на базе муниципальных библиотек». И тут же – Программа ЦБС «Кунцево» (Москва) «Библиотека – муниципальный общедоступный информационный центр», на которую сориентировались многие библиотеки, разрабатывая свои документы для конкурса.      Таким образом, к 1998 году о ЦБС как информационных центрах для населения заговорили громко и отчетливо. В следующие годы эта тема стала в той же мере значимой, что и все другие.      Мощным стимулом в работе каждой библиотеки, ориентированной на удовлетворение информационных потребностей жителей своего города, района, села, стало известное Письмо из Администрации Президента РФ и Правительства России «Об организации в муниципальных библиотеках (централизованных библиотечных системах) сбора, хранения и предоставления в пользование информации по вопросам местного самоуправления» от 26 сентября 1997 года. В Письме четко обозначен круг тем, проблем, видов документов, с помощью которых может решаться задача повышения уровня информированности населения.      В частности, проблемы информатизации публичных библиотек всерьез обсуждались на первом заседании научно-исследовательского семинара в Российской государственной библиотеке. (См.: Библиотековедение. 1999. № 1. С. 60-69) Прозвучавшие на нем суждения точно отражают проблемы, с которыми сталкиваются муниципальные библиотеки в первую очередь. Вот некоторые из суждений:

«У одних больше компьютеров, у других – меньше, но степень информатизации библиотек зависит скорее от того, какой информационный массив и в какой степени доступен для пользователя» (О. Лавренова); "...До сих пор основная функция библиотек заключалась в том, чтобы гарантировать физический доступ к документам. Но ведь на самом деле читателям не столько нужен сам документ, если, конечно, это не специалисты по истории книги, а та информация, которая в нем содержится» (М. Дворкина); «Для читателя важно только, насколько быстро и полно он получит информацию в той форме, в какой он привык. И не обязательно с помощью библиотеки» (Я. Шрайберг); «Небольшие библиотеки могут и должны быть потребителями информационных продуктов и технологий. Когда же они пытаются выступать как производители, это может мешать, а не помогать их развитию" (Б. Семеновкер); «за последние годы многие региональные, городские и другие библиотеки также сделали рывок вперед, у них имеются компьютеры, интернет-классы, они создают электронные каталоги и т.д., но в соседней библиотеке или даже в целом городе, не говоря уж о селе, нет ничего. Что будет завтра?" (В. Стельмах).

     От себя добавим проблему, затрагивающую интересы огромного множества небольших библиотек России: может ли муниципальная библиотека, не располагающая компьютерной, множительной техникой, стать для населения своего города, села информационным центром? В прямой или опосредованной зависимости от наличия у нее компьютеров и всего, что связано с ними, находится способность библиотеки обеспечивать гражданам свободный доступ к информации?      Вопрос об информатизации муниципальных библиотек России не может рассматриваться в отрыве от мирового процесса информатизации библиотечного дела.      Например, какое место информационной функции публичных библиотек отводится в библиотечных законодательствах северных стран Европы? Сошлемся на законы двух стран. Закон Королевства Дания «О публичных и других библиотеках»: основная задача публичных библиотек – содействовать просвещению, образованию и культурной деятельности населения путем предоставления в бесплатное пользование книг и других аналогичных материалов; публичные библиотеки должны распространять муниципальную и общегосударственную информацию, а также информацию о положении в обществе. (Библиотека и закон. Вып. 5. М., 1998. С. 83) Библиотечный закон Финляндии в качестве основных задач определяет "удовлетворение общественных потребностей в общем образовании, информации и досуге и в содействии исследованиям и независимым поискам знаний, интересу к литературе и изобразительным искусствам». (Там же. С.96)      Определенная метаморфоза произошла с немецкими публичными библиотеками. До второй мировой войны они развивались в основном как воспитательно-образовательные учреждения. В послевоенные годы библиотеки Западной Германии сориентировались на англо-американское направление и развивались как информационные учреждения для любого пользователя. Однако где-то с середины 70-х годов было отдано предпочтение другим направлениям деятельности. Поэтому сегодня такие аспекты работы библиотеки, как "центр коммуникации», «Культурная работа города», «Социальная библиотечная работа», «Содействие чтению", преобладают над информационным обслуживанием населения. (См.: ТунХ.-П. Введение в библиотечное дело в Федеративной Республике Германии. Берлин, 1996) (Однако в последние годы – в связи с финансовыми трудностями, изменением структуры потребностей населения, развитием информационной и компьютерной индустрии – немецкие публичные библиотеки «Обратились лицом» к информационному сектору рынка).      Движение российских муниципальных библиотек к информационному обществу – это путь, по которому с успехом идут американские публичные библиотеки. Это подтвердили наблюдения, сделанные автором при непосредственном знакомстве с публичными библиотеками Вашингтона, Нью-Йорка, Берлингтона (штат Вермонт), Талсы (штат Оклахома), Колумбуса (штат Огайо), Сиэтла (штат Вашингтон). На основе документов и материалов, любезно предоставленных американскими коллегами, была подготовлена и издана (при содействии Информационного агентства США) книга «Библиотека. Население. Информация. Опыт публичных библиотек СШа» (Пер. с англ. яз. / Ред.-сост. И. Б. Михнова. М.: ЦБС «Киевская», 1999. 178с.).      Сделать библиотеку информационным центром для населения – такова общенациональная задача правительства США. Она напрямую связана с установкой на общедоступность информации, что зафиксировано в «принципах публичной информации» (приняты Национальной комиссией США по библиотекам и информационной науке 29 июня 1990 г.). В преамбуле документа сказано: «Мы определяем публичную информацию как информацию, которую создает, собирает и поддерживает федеральное правительство. Мы утверждаем, что публичная информация – это информация, принадлежащая народу, которая передана им в управление своему правительству и должна быть доступной народу во всех случаях, кроме запрещенных законом». (Библиотека. Население. Информация. Опыт публичных библиотек США. М., 1999. С. 10-11)      По ходу книги мы еще не раз обратимся к опыту американских библиотек, в частности к опыту информационного обслуживания Городской публичной библиотеки Колумбуса (штат Огайо). В Приложении к разделу показано, как информационные ресурсы, компьютерные технологии и технические приспособления помогают библиотеке войти в информационное общество на правах равной среди равных.

         Приложение