1.3 Поведенческий подход
Неугасима способность человека в период продолжительного процветания считать, что это будет длиться вечно
А. Гринспен
Теории кризисов достаточно хорошо описывают процесс возникновения и развития данного явления, однако остаётся вопрос о том, почему вообще возникает кризис в условиях, когда каждый осведомлён о рисках различной деятельности. Также интересен процесс определения "точки кризиса", то есть момента, когда деятельность финансового рынка становится неэффективной.
Частично данное предположение можно доказать, воспользовавшись предположением о нерациональности человеческой деятельности, то есть роли совокупности психологических факторов, приводящих к ошибкам. Поведенческие механизмы позволяют оценивать долгосрочные изменения, а также предсказывать резкие колебания, анализируя информацию в руках инвесторов, игроков, вкладчиков. Фактически, данная теория уточняет парадоксы стадного инстинкта и асимметрии информации.
Рис. 1 Функция субъективной ценности Источник: Prospect Theory: An Analysis of Decision under Risk
Функция субъективной ценности (см. рис 1) во многом объясняет не только различие в нашем восприятии положительных и негативных исходов, но и описывает процесс фрэйминга, основывающийся на нашей собственной оценке происходящих событий. Люди несовершенны, и каждый конкретный индивид в той или иной степени выявляет слабые стороны контрагентов, что позволяет им влиять на принятие решений, описывая исходную ситуацию (начало координат) с акцентом на различных подробностях. Мы интуитивно воспринимаем любые потери серьёзнее, чем выигрыш, поэтому поведение становится более предсказуемым. Вместе с тем каждый человек обладает информацией о несовершенстве других агентов или, как минимум, догадывается о них, что неизменно мотивирует нас воспользоваться данными недостатками.
Но даже с учётом знания данной особенности процесс влияния на чужое поведение оказывается крайне сложным любые значительные меры, способные кардинально повлиять на поведение экономических субъектов, меняют их отношение сразу к большинству связанных событий. Иными словами, любые попытки ограничить возможности для получения прибыли неизменно провоцируют людей искать альтернативные пути.
Согласно «теории сожалений»1, если при принятии альтернативного решения результат оказывается лучше, то люди сожалеют о своём выборе. Но вместе с тем люди пытаются предвосхитить эти ощущения и меняют свои предпочтения таким образом, чтобы минимизировать потенциальное сожаление, что способно влиять на степень риска, которая может возрасти не только после того, как выбор сделан, но и во время его принятия.
Вместе с тем выделяется ещё целый ряд психологических факторов, которые неизбежно влияют на процесс принятия решений2:
Подсознательно почти каждый из нас признаёт существование некого "среднего уровня" людей, считая себя хотя бы немного выше данного уровня, что приводит к транзакционным издержкам.
Согласно явлению когнитивного диссонанса люди отказываются объективно воспринимать собственные ошибки, либо находя косвенные оправдания (например, невключение каких-либо факторов в модель), либо игнорируя нежелательные результаты.
Как следствие, большая часть людей крайне уверена в своих убеждениях; считают, что знают больше, чем это действительно так. При этом мы в первую очередь действуем под влиянием известных факторов, которым доверяем, беря в абсолют собственные и близкие взгляды.
Наконец, существует уверенность в особые способности руководителей высшего звена, представителей государств и т.д. С учётом того, что люди вынуждены соответствовать данным представлениям, они часто предпринимают меры, основываясь не на продолжительном и детальном анализе ситуации, а согласно интуитивным представлениям и опыте, что, несмотря очевидную привлекательность, часто приводит к ошибкам.
В итоге стоит признать, что наши ощущения, интуиция и особенности деятельности мозга создают условия неопределённости при постоянно изменяющихся предпочтениях, что соответствует ранее указанному понятию риска, особенно с точки зрения принятия решений на инвестиционном и валютном рынках.