diss_vechkanova
.pdf81
беспорядков или преступлений; охрана здоровья или нравственности населения
(ст. 8–9); охрана территориальной целостности; защита репутации иных лиц;
предотвращение разглашения конфиденциальной информации; обеспечение авторитета и беспристрастности правосудия (ст. 10).
В Конвенции СНГ (ст. 9–11) предусмотрено введение ограничений ряда прав и свобод человека в интересах государственной и общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод человека.
Как сходства, так и различия наблюдаются в конституционном регулировании критериев ограничений прав и свобод человека в странах СНГ.
Ст. 55 Конституции РФ целями ограничений прав и свобод определяет:
обеспечение защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья,
прав и законных интересов других лиц, обороны страны и безопасности государства. Ограничения возможны только посредством принятия федерального закона. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности (ст. 19 Конституции РФ).
К примеру, ст. 14 Конституции Таджикистана устанавливает, что некоторые личные права и свободы могут быть ограничены, если необходимо обеспечить права и свободы другим гражданам, обеспечить общественный порядок, защитить конституционный строй и территориальную целостность республики. Текстом ст. 54 Конституции Республики Молдова аналогично закрепляются вышеуказанные цели ограничений прав и свобод человека,
однако список целей дополнен интересами национальной безопасности,
экономическим благосостоянием страны, предотвращением разглашения полученной конфиденциально информации, необходимостью обеспечить авторитет и беспристрастность правосудия, а также необходимостью предотвратить массовые беспорядки и преступления.
Конституция Украины, закрепляя некоторые личные права и свободы,
одновременно устанавливает возможность их ограничения, а также основания
82
этого ограничения. Например, ст. 34, определяя, что каждому гарантировано право на свободу мысли и слова, свободу выражения своих взглядов и убеждений, устанавливает ограничение этих прав законом в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья граждан, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, для поддержания авторитета и беспристрастности правосудия.
Таким образом, под ограничением личных прав и свобод следует понимать установление пределов свободы индивида. Содержание понятия
«пределы» значительно шире понятия «ограничения». Пределы осуществления личных прав и свобод в самом общем виде означают процесс их осуществления в рамках границ этих прав и свобод, это уровень ограничения или самоограничения конкретного права или свободы. Ограничения личных прав и свобод представляют собой конкретные правовые меры, которые направлены на сужение их объема. Установленные в конституционных нормах стран СНГ пределы, в которых индивиды должны действовать, реализуя представленные им права и свободы, образуют конституционные ограничения,
унифицированные Конвенцией СНГ. Однако, закрепляя конституционные ограничения ряда личных прав и свобод, установленные Конвенцией СНГ,
страны СНГ в своих конституциях не ссылаются на нормы Конвенции.
В философско-правовом смысле общие основания ограничения личных прав и свобод человека можно определить как причины, которые обусловлены политико-правовой концепцией свободы личности, закрепленные в конституциях государств и иных правовых актах, и которыми предопределяются пределы (границы) реализации человеком личных прав и свобод и обеспечивается установление разумного баланса интересов личности,
общества, государства.
Между интересами государства и интересами отдельного человека установление жесткой и непроницаемой границы невозможно. Во многом
83
интерес государства, интерес общества и личные интересы в регламентации отдельных устанавливаемых ограничений совпадают. К примеру, ограничение свободы человека с целью предотвращения совершения им уголовного преступления направлено на соблюдение как интересов конкретной личности
(потерпевшего), а также интересов государства (возможность раскрытия преступлений без помех со стороны подозреваемых).
Следует отметить, что главной целью ограничений личных прав и свобод человека всегда являются, во-первых, необходимость защиты базовых ценностей в обществе, к которым относят жизнь, свободу, достоинство и т.д.,
во-вторых, компромисс между интересами государства, общества, человека и иных лиц.
Одним из общих критериев ограничения личных прав и свобод в странах СНГ выступает общественная безопасность.
На сегодняшний день для любого государства актуальной остается проблема определения критериев допустимого (правомерного) ограничения личных прав и свобод человека с целью обеспечения общественной безопасности.
В.С. Устиновым выделяются следующие критерии: цель, заключающаяся в обеспечении должного признания и уважения прав и свобод человека и удовлетворении справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе; законность ограничений,
выражающаяся во введении ограничения только путем принятии закона;
необходимость1. В.А. Толстиком, к примеру, общеправовые принципы права в целом указываются как индикаторы, определяющие степень ограничений прав и свобод человека, наряду с указанными выше, потому как именно ими в подавляющем большинстве случаев руководствуются законодатели и правоприменители, решая проблемы ограничений прав и свобод человека2.
Представляется интересной позиция швейцарского ученого К. Экштайна,
1Теория и практика ограничений прав человека: сборник науч. трудов. Н. Новг., 1998. С.100.
2Там же. С.162.
84
выделившего ряд основных условий ограничений прав человека. Речь идет о необходимости, пригодности и соразмерности1. Данное утверждение согласуется с утверждением А. Шайо, который считает, что ограничения прав,
вводимые под флагом защиты строя, могут, как и противники, также способствовать подрыву конституционной системы2. В то же время А. Шайо говорит об опасности злоупотребления свободами и утверждает, что применять ограничительные меры можно в том случае, если ими не запрещается правомерное осуществление основных прав и свобод и если конкретной ограничительной мерой в минимальной степени ущемляются основные права»3.
Конституционным Судом РФ обращается внимание на то, что
«установление ограничений прав и свобод должно быть соразмерно защищаемым Конституцией и законами ценностям правового государства. Эти ограничения должны учитывать необходимый баланс интересов человека,
общества и государства». Судом подчеркнуто, что «принципы определенности
исоразмерности требуют также установления законодателем четких и разумных временных рамок, допускаемых ограничений прав и свобод»4.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ ограничения конституционных прав и свобод должны отвечать требованиям необходимости
исоразмерности целям, которые признаны конституционно. Допустимость ограничений конкретных прав на основе соответствия конституционно одобренным целям должна обеспечиваться государством посредством баланса конституционно защищаемых ценностей и интересов и быть связана с введением не чрезмерных, а только необходимых и строго обусловленных этим целям мер. Публичные интересы, указанные в ст. 55 Конституции РФ, могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения
отвечают |
требованиям |
справедливости, |
являются |
адекватными, |
1 Экштайн К. Основные права и свободы по российской Конституции и Европейской Конвенции: учебное пособие для вузов. М.: NOTA BENE, 2004. С.64, 68–70.
2 Шайо А. Самозащита конституционного государства // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 2004. № 2. С.10.
3Там же. С.10.
4Зорькин В.Д. Роль Конституционного Суда в обеспечении стабильности и развитии Конституции // Сравнительное конституционное обозрение. 2004. № 3. С.84.
85
пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей, в том числе прав и законных интересов других лиц, не имеют обратной силы и не затрагивают само существо конституционного права с тем, чтобы в конкретной правоприменительной ситуации иметь возможность исключить несоразмерные ограничения прав и свобод человека1.
М.В. Новиков, исследуя ограничения прав и свобод человека, выделяет следующие формы ограничений: относительный запрет, т.е. запрет на конкретные варианты реализации прав и свобод или установление границ поведения; абсолютный запрет, т.е. запрет в целом реализации прав и свобод;
вмешательство в права и свободы уполномоченных государственных органов посредством активных действий государственных органов или пассивного поведения конкретной личности; обязанность и ответственность2.
Еще один аспект рассматриваемой темы – это предусматриваемая как мировой практикой, практикой стран СНГ, так и российским законодательством возможность правомерного ограничения прав и свобод человека в условиях особого правового режима, т.е. чрезвычайного или военного положения. Практика введения в зарубежных странах чрезвычайного или военного положения основана на законодательстве, которым указанные режимы определяются в качестве правовых институтов, направленных на регламентацию особого порядка осуществления государственной власти в ситуациях, связанных с отсутствием возможностей нормального функционирования общества и государства. В т же время при введении режима чрезвычайного или военного положения неизбежно возникает необходимость ограничений прав и свобод граждан, и в большей степени именно личных прав и свобод.
1 См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 30 октября 2003 г. № 15–П по делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и жалобами граждан С.А. Бунтмана, К.А. Катаняна и К.С. Рожкова // СЗ РФ. 2003. № 44. Ст. 4358.
2 Новиков М.В. Сущность конституционного ограничения правового статуса личности // Конституционное и муниципальное право. 2005. № 9. С.32.
86
Однако ограничения личных прав и свобод человека, действующие в условиях чрезвычайного или военного положения, всегда должны носить краткосрочный характер и быть напрямую связанными с такими обстоятельствами, которые вынуждают государство применить указанные меры.
Вопросы, связанные с чрезвычайным положением, к примеру, в
Российской Федерации, регулируются Федеральным конституционным законом от 30 мая 2001 г. «О чрезвычайном положении». Закон наряду с другими положениями содержит нормы о гарантиях прав граждан и закрепляет ответственность граждан и должностных лиц в случаях установления чрезвычайного положения (гл.VI). В ст. 28, в частности, указывается, что меры,
применимые в рамках чрезвычайного положения, подлежат соответствию международным обязательствам России в сфере прав человека, которые вытекают из международных договоров Российской Федерации, и не должны вести к какой-либо дискриминации по признакам пола, расы, национальности,
языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений как отдельных лиц, так и групп населения1. Схожие нормы закрепляются нормативными правовыми актами всех стран СНГ (например, Закон Азербайджанской Республики «О
чрезвычайном положении» 1999 г., Конституционный закон Кыргызской Республики «О чрезвычайном положении» 1998 г., Закон Украины «О
правовом режиме чрезвычайного положения» 2000 г., Закон Республики Молдова «О режиме чрезвычайного, осадного и военного положения» 2004 г.,
Закон Туркменистана «О гражданской обороне» 2003 г. и др.).
Конституциями стран СНГ демонстрируются различные подходы в закреплении перечня личных прав и свобод, которые не подлежат ограничению.
1 Федеральный конституционный закон от 30 мая 2001 года № 3-ФКЗ «О чрезвычайном положении» // СЗ РФ. 2001. № 23. Ст. 2277.
87
Первую группу стран образуют Российская Федерация, Республика Армения, Республика Молдова, Республика Беларусь, Украина, Республика Казахстан, Кыргызстан, Республика Таджикистан. Конституционные тексты этих государств содержат четко обозначенный перечень личных прав и свобод,
которые не могут подлежать ограничению в условиях чрезвычайного положения. К примеру, в ст. 56 Конституции РФ установлено, что отдельные ограничения прав и свобод с определением пределов и сроков их действий в условиях чрезвычайного положения могут быть установлены федеральным конституционным законом. Кроме того, Конституцией РФ запрещается даже в условиях чрезвычайного положения ограничение следующих прав и свобод:
права на жизнь; права на достоинство личности; права на неприкосновенность частной жизни; права на охрану личной и семейной тайны; права на защиту чести и доброго имени; права на сбор информации о частной жизни; свободы вероисповедания; прав, связанных с судебной защитой. В их числе права:
обжаловать в суд решения и действия (или бездействия) органов государственной власти и органов местного самоуправления; использовать способы межгосударственной защиты прав и свобод; получить квалифицированную юридическую помощь; на презумпцию невиновности; на возмещение ущерба. Вышеуказанная группа личных прав и свобод,
дополненная правом на свободу и правом на личную неприкосновенность,
закрепляется Конституцией Украины в ст. 64 в качестве личных прав и свобод,
ограничение которых недопустимо.
Право на жизнь, право на свободу вероисповедания, запрет на жестокое,
бесчеловечное либо унижающее достоинство человека обращение или наказание, запрет подвергать пыткам, без согласия самого человека подвергать его медицинским и другим опытам, право на презумпцию невиновности входят в список личных прав и свобод, которые не подлежат ограничению и
закреплены в ст. 63 Конституции Республики Беларусь. |
|
Конституцией Республики Молдова в ст. 54 |
устанавливается, что |
недопустимо ограничение таких личных прав и свобод, |
как: право на жизнь; |
88
право на физическую и психическую неприкосновенность; право на презумпцию невиновности; право на свободный доступ к правосудию; право каждого на знание своих прав и обязанностей; запрет подвергаться пыткам;
запрет на жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство наказание или обращение. Аналогичные нормы закреплены конституциями и остальных стран этой группы.
Для второй группы стран СНГ, которая представлена Республикой Узбекистан, Туркменистаном и Азербайджанской Республикой, характерно отсутствие в конституционных текстах отдельных статей, устанавливающих конкретный перечень личных прав и свобод и содержащих указания на возможность или невозможность их ограничений в конкретных условиях и на определенных основаниях. Конституционными текстами этих стран при закреплении конкретных личных прав и свобод предусматриваются оговорки,
которыми допускаются возможности нарушения или ограничения этих прав распоряжением суда либо в особых случаях, предусмотренных законом.
Именно такой способ закрепления возможности ограничений ряда личных прав и свобод используется в Конвенции СНГ. К примеру, ст. 9 закрепляет, что пользование правом на уважение личной и семейной жизни, на неприкосновенность жилища и тайну переписки может быть подвергнуто вмешательству со стороны государственных органов на основе закона и в интересах государственной и общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц. Аналогично устанавливаются возможности ограничений права на свободу мысли, совести и вероисповедания (ст. 10) и права на свободное выражение мнения (ст. 11).
Конституция Республики Узбекистан в ст. 19 определяет, что права и свободы, закрепляемые Конституцией и законами, незыблемы, и без решения суда никем не могут быть полностью лишены или ограничены. Исходя из этой формулировки, на практике решением суда фактически можно ограничить любые личные права или свободы. В качестве дополнения рядом статей
89
напрямую закрепляется возможность некоторых ограничений. К примеру, в
ст. 29 установлено, что свободу мнений и их выражения по мотивам государственной или иной тайны можно ограничить законом. Аналогичным способом закреплено ограничение права на свободу передвижения в ст. 26
Конституции Туркменистана.
Рассматривая в качестве предмета анализа конституционных текстов стран СНГ перечень личных прав и свобод, которые не подлежат ограничению,
автор делает вывод о том, что в конституциях рассматриваемых стран личные права и свободы человека, не подлежащие ограничению, закрепляются в обязательном минимальном объеме, содержащемся в универсальных и региональных актах по правам человека, независимо от того, какой способ имплементации международных стандартов прав и свобод человека использован во внутригосударственном праве. В этот перечень личных прав и свобод входят: право на жизнь, запреты подвергаться пыткам или жестокому бесчеловечному или унижающему его достоинство обращению или наказанию,
право на достоинство личности.
Следует отметить, что конституциями большинства стран СНГ, в том числе и Российской Федерации, закреплен расширенный перечень личных прав
исвобод человека, не подлежащих ограничению. Минимальный перечень прав
исвобод дополнен правом на свободу вероисповедания и правом на свободу выражения мнения.
Еще одним обстоятельством, вызывающим необходимость возможного ограничения особенно личных прав и свобод граждан, являются масштабные акты терроризма, совершенные в последние десятилетия в России, США,
Великобритании, Испании, Израиле и других государствах. В связи с этим международным сообществом и национальными органами государственной власти вырабатываются и принимаются действенные меры, направленные на борьбу с терроризмом, которые в той или иной мере связаны с внесением изменений во внутреннее законодательство ряда стран и в ряде случаев неизбежным ограничением отдельных личных прав и свобод человека.
90
В частности, в России на основании ст. 11 Федерального закона «О
противодействии терроризму» 2006 г.1 предусматриваются такие меры и временные ограничения личных прав и свобод, как: а) проверка у физических лиц документов, удостоверяющих их личность, а в случае отсутствия таких документов – доставление указанных лиц в органы внутренних дел (иные компетентные органы) для установления личности; б) удаление физических лиц с отдельных участков местности и объектов; в) ведение контроля телефонных переговоров и иной информации, передаваемой по каналам телекоммуникационных систем, а также осуществление поиска на каналах электрической связи и в почтовых отправлениях в целях выявления информации об обстоятельствах террористического акта; г) временное переселение физических лиц в безопасные районы; д) ограничивать движение транспорта и пешеходов; е) беспрепятственно проникать лицам, проводящим контртеррористическую операцию, в любые помещения и на земельные участки, принадлежащие физическим лицам; ж) досматривать физических лиц и их вещи и др. Аналогичные нормы по ограничениям личных прав и свобод закреплены в Законе Украины «О борьбе с терроризмом» 2003 г., в Законе Республики Молдова «О борьбе с терроризмом» 2001 г., в Законе Республики Беларусь «О борьбе с терроризмом» 2002 г. и в законах других стран СНГ.
Следует особо отметить ст. 7 Федерального закона РФ «О
противодействии терроризму» и ст. 81 Закона Республики Беларусь «О борьбе с терроризмом»2, предусматривающие спорную законодательную возможность уничтожить самолет с пассажирами на борту, используемый для совершения террористического акта, при условии, что были исчерпаны все обусловленные сложившимися обстоятельствами меры, необходимые для его посадки, по решению органов, проводящих контртеррористическую операцию. Другие страны СНГ подобной нормы в законах о борьбе с терроризмом не закрепляют.
1 Федеральный закон от 06 марта 2006 года № |
35-ФЗ «О противодействии терроризму» // |
Собр. |
|
законодательства РФ. 2006. № 11. Ст. 1146. |
|
|
|
2 Закон Республики Беларусь «О борьбе с терроризмом» от 3 января 2002 г. № 6, 2/825 |
// Национальный |
||
правовой Интернет-портал Республики Беларусь |
[Электронный ресурс].– Режим |
доступа.– |
URL: |
http://www.pravo.by/main.aspx?guid=3871&p0=H11200435&p1=1 (дата обращения: 03.11.2013). |
|
|
|
