Краб – нянька.

Учеными была открыта еще одна замечательная форма «заботы» рыб о своем потомстве. В Охотском море живут в придонном слое воды розовые глубоководные рыбки. Весною перед нерестом они подымаются на меньшие глубины. Здесь они встречаются с громадными камчатскими крабами. У самок этой рыбки имеется длинный яйцеклад. Свой яйцеклад они просовывают под панцирь крабов, откладывая туда икру. Под панцирем икра развивается почти в полной безопасности: любителей полакомиться жестким, колючим крабом на дне моря мало. Находящиеся под панцирем жабры краба все время шевелятся, прогоняя воду. Вода омывает и жабры и развивающуюся икру. С прогревом воды крабы устремляются на мелководья. Вместе с ними в крабьем домике расселяется и икра. Выклюнувшиеся из икринок мальки оказываются в теплых прибрежных водах.

Поют и... Хрюкают!

«Я буду нем, как рыба». Не верьте такому обещанию. Рыбы не всегда и не все немы. Некоторые из них, правда, сравнительно немногие (пока известно только несколько десятков видов), способны испускать довольно громкие, длительные и не всегда неприятные звуки, бесспорно произвольные. Может быть, основание для гомеровского мифа о сладкогласных сиренах, манивших скитальца Одиссея своим пением, было дано довольно обычной в Средиземном море рыбой— сциеной (на фото). Вода — прекрасный проводник звука, в воде звук передается быстрее и дальше. Из воздуха в воду и из воды в воздух звуки почти не переходят, но в воздухе звуки, идущие из воды, оказываются заметными чаще, поскольку в воде звуко­вое давление гораздо сильнее и даже малая его часть, передаваясь в воздух, порождает там слышимые колебания, хотя они и представляют только слабые остатки подводного шума. Своими звуками сциены дают знать о себе одна другой. Звуки возникают при выпускании, вернее, при выдавливании пузырьков воздуха из плавательного пузыря сциены. Звуки эти очень разнообразны.

Рыба «видит» кожей.

Рыба обладает еще одним необычайным чувством — ощущением тончайших колебаний воды. Всякое движение вызывает в воде волны. Водяные волны распространяются много медленнее радиоволн, но, оказывается, и с их помощью тоже можно «ощупывать» окрестности. По телу рыбы, от жабер к хвосту, тянется цепочка мельчайших отверстий — будто кто-то тончайшей иглой прострочил рыбу на швейной машинке. Этот чудесный портной — природа, а тончайшая строчка — боковая линия рыбы. Каждое отверстие боковой линии ведет в микроскопическую полость. В ней сидит чувствительный сосочек, нервом он соединен с мозгом. Водяные волны колеблют сосочек — мозг получает соответствующий сигнал. Так рыба узнает о приближении врага. Слепая рыба плавает не хуже зрячей. На «углы» она никогда не натыкается. Слепая рыба и за добычей охотится, пожалуй, не хуже зрячей. Как-то в аквариум, где жила лишенная зрения щука, пустили рыбешек. Щука насторожилась. Сосочки боковой линии сообщали, что добыча недалеко. Когда рыбки приблизились, щука выскочила из засады и схватила одну из них. Не видя цели, она не промахнулась: боковая линия — очень точный корректировщик.