• С тех пор, как это стало моими принципами, мне (и со мной) стало жить гораздо приятнее. Обижаться мне не на кого, но, что характерно, меня действительно мало кто подводит.

  МНЕ НИКТО НИЧЕГО НЕ ДОЛЖЕН

  Я никому ничего не должен — я свободный человек. "Как другие пришли в этот мир вовсе не для того, чтобы соответствовать моим ожиданиям, так и я пришел сюда вовсе не для того, чтобы соответствовать ожиданиям их" (Фредерик Перлз). Мне приятно совершать добрые дела и я стараюсь их делать, но если я что-то кому-то не сделал (не смог или не захотел), — я не виню и не мучаю себя. Потому что людей мучить нельзя.

• Винить или мучить себя так же негуманно и глупо, как и кого-то другого. Разобраться в себе — это другое, достойное дело. Помочь себе — да, бить себя — нет. Нельзя бить человека!

  ОБВИНЯТЬ И МУЧИТЬ СЕБЯ ТАК ЖЕ ГЛУПО И БЕЗНРАВСТВЕННО, КАК МУЧИТЬ И ОБВИНЯТЬ ДРУГИХ

  О договоренностях и обещаниях

  Если мы живем рядом или делаем общее дело, мы должны друг другу только то, о чем договорились. Пусть я подразумевал какие-то условия, но договора о них с человеком не было — значит, он ничего мне не должен. Даже если мы и договорились, а он нарушает договор — это еще не повод для обид или претензий.

• Значит, у него не получается. Возможно, стоит с ним договариваться по-другому. Или о другом. Или с другим. Но ругаться с этим — какой смысл?

  Пусть кто-то на что-то надеется, но если я прямо не обещал — обязанным себя не считаю. Если же я пообещал, это значит только то, что я хотел бы и буду стараться, чтобы так получилось. Тем, кто этого не понимает, я вообще ничего не обещаю. А тому, кто любит точность, сформулирую точно: "Обещаю постараться".

• Это не значит, что я безответственный человек и со мной бессмысленно договариваться. Я уважаю людей и стараюсь никого не подводить. Но "кровь из носу, а сделать!" — нет, я сам себя в концлагерь помещать не буду.

  О вине тех, кто меня подводит

  Если у человека неудача или неприятность, из-за которой он даже крупно подвел меня, он будет для меня не виновным, а пострадавшим: он же не специально! Если происшедшим он расстроен и нуждается в моей поддержке, он ее получит.

• Тот, кто уронит батарею мне на ногу, будет мной утешен. Бедный, ведь у меня болит только нога, а у него — душа!

  Если человек подвел меня потому, что не очень-то заботился (или вовсе не заботился) о моих интересах, это огорчительно, но не более того. Может быть, я постараюсь не связываться с ним в дальнейшем, но убивать (даже взглядом) за происшедшее я его не буду.

• Я не знаком с людьми, которые были бы обязаны заботиться о моих интересах. И, кроме того, я не думаю, что после скандала они будут заботиться обо мне больше.

  Впрочем, со своими детьми я очень строг и требователен. Но вовсе не потому, что когда-либо на них сержусь — нет, я хочу научить их быть ответственными людьми. Мне от них ничего всерьез не надо, я требователен к ним — для них.

  О моей вине и совести

  Мне нравится жить достойно. Я никогда намеренно не делаю дурного и всегда стараюсь поступать как лучше. Если же у меня получается плохо и у кого-то из-за этого неприят-ности — это достойно сожаления, но я не виноват. Я не знаю, что такое вина, и никогда на эту тему не переживаю.

• Я подвел — одному человеку уже плохо. Зачем же делать, чтобы плохо становилось и другому — мне? Я не скотина, и все, что нужно мне в таком случае понять, сумею понять без зуботычин.

  Если понимать совесть как то, что в таких случаях "гложет" или "мучит" человека, то я против совести. Если бессовестный — тот, кто не позволяет не умной и не гуманной тете Совести мучить человека, то я горжусь тем, что стал уже почти совсем бессовестным.

• Конечно, если же Совесть понимать как голос Лучшего в человеке, который его зовет, воодушевляет и помогает не врать себе — то я за Совесть обеими руками. Правда, это я называю не голосом Совести, а голосом Нравственности.

  Мне нравится быть внутренне благополучным — всегда. Однако, если мое внутреннее благополучие кого-то расстроит (если, например, я его подвел), я лично для него могу попереживать раскаяние и попросить прощения.

• Потому что чужие неврозы надо уважать. Что не сделаешь для хорошего человека!

  Об обмане

  Покажите мне честного человека, и я скажу вам, кто вас обманывает...

  Конечно, это вранье

  Тот, кто обманул меня, виноват не больше, чем тот, кто был правдив. Сказавший правду не мог позволить себе ложь. Обманувший не мог позволить себе честность: у него не хватило для этого сил или благородства.

• Он нищий — за что его осуждать?

  Обман бывает наглый. Ну и что? Наглый — это тот, кто живет по другим правилам игры. У меня такие же основания презирать его, как у него — меня, за мою недалекую ограниченную честность или доверчивость.

• Когда я прихожу на рынок, я остро чувствую жизненную мощь стихии, где моя цивилизованная честность странна и некстати...

  Если меня обманул близкий человек, я огорчен — жалею, что пока не сумел вызвать у него достаточно доверия. Виноват не тот, кто врет, а кто отбил у человека желание говорить правду.

  Сам я стараюсь быть честным, хотя и не делаю из честности культа — когда-то могу и соврать.

• А вы никогда не привираете? Ни чуть-чуть? Или вы вначале врете, а потом еще себя ругаете-бьете-казните? Как способ успокаивать таким образом свои моральные чувства это слишком напоминает мне мазохизм.

  Не так важно, сказали вы правду или нет, главное — сделали ли вы это с пониманием и ответственностью. Главное — не врать себе.

  О несправедливости

  Если ты у него отберешь то, что он отнял у тебя, это будет справедливо. Но это — не лучшее, что ты можешь сделать. Ты можешь ему это подарить.

  Из разборок с моими детьми

  Справедливость — понятие младших классов школы жизни. Чужая несправедливость меня не волнует хотя бы потому, что я не знаю, что приносит людям больше неприятностей: сама несправедливость или борьба с ней.

• Более всего проблема несправедливости волнует подростков и преступников. Любовь и мудрость смотрят выше справедливости.

  Когда я устал или раздражен, я могу опереться на “справедливость” и начать считаться: “Вот, я... — А вот, ты... Это несправедливо!” Это хорошая дубинка, и навести порядок она помогает. Когда же я щедр, когда я забочусь и люблю — справедливость меня уже не волнует.

• Кроме того, я люблю наблюдать природу. Она прекрасна, хотя несправедлива абсолютно...

  О тех, кто меня оставит в одиночестве

  “Ах, он меня оставил! Ах, я стал одиноким...”

  О чем плач? Почему мы так отчаянно реагируем на одиночество? Мне нравится быть с людьми, но я умею жить один — и праздную свое одиночество. Одиночество — это состояние, когда ушли все посторонние, и я остался наедине с самым близким человеком — с самим собой.

• Кстати, мне остался еще целый мир — мир вокруг меня. О чем плакать?

  Да, маленький ребенок, когда остается один, кричит. Никто его не развлекает, никто его не накормит, а сам он беспомощен. Но почему, оставленные в одиночестве, кричим и страдаем мы? Мы еще остались маленькими детьми? Без няньки — не можем?

  Человек, оставивший меня в одиночестве, вызывает у меня полное понимание: видимо, он просто считает меня взрослым человеком.

  О тех, кто меня оставит в беде

  Если друг оказался вдруг...

  Помните?

  Никто не хочет быть сволочью, но жизнь иногда поворачивается боком не только к вам. И, уверяю вас, в сознании того, кого вы готовы заклеймить, все видится несколько иначе...

• Каждый из вас много раз оставлял других в беде. Ну и что? Вы не помните этого — у вас тысячи оправданий, и все они правдивы.

  Человек, оставивший меня в беде, вызывает у меня полное понимание. Не все любят заниматься с инвалидами. Если позже он захочет восстановить наши контакты, я всегда буду к ним открыт и только рассмотрю их целесообразность.

  Совершенно не очевидно, что так же он оставит меня и в следующей беде. Плюс беды бывают не часто, а человек может быть очень нужным.

  Тем, кого могу оставить я

  Естественно, при возможности я сделаю все хорошее для людей, ставших мне близкими. Я их люблю, потому что любить мне несложно, и я постоянен, потому что не требователен.

• “Нетребовательный ты наш...” — вздохнула моя жена. На это - смотри выше о моей требовательности к детям.

  Но я свободен. И то, что я с человеком долго рядом, значит только то, что до сих пор мне этого хотелось. Если вдруг мои планы или настроения изменились — меня ничто не держит.

  Антуан де Сент-Экзюпери красиво сформулировал: "Мы в ответе за тех, кого приручили", но это благороднейшее положение легко превращается в дубинку в руках "прилипал", которые весьма охотно "приручаются" и потом на правах инвалидов требуют нести за них ответственность. Если я никого специально не приручал, то ни за кого ответственности не несу, а забочусь о тех, о ком считаю нужным.

• Для особо интересующихся сообщаю: специально я никого не приручал и делать этого не собираюсь.

  Кстати, это преинтересная (а для многих — просто больная) проблема: как вступать в людьми в близкие отношения и не привязывать их к себе... Кто умеет — поделитесь секретами!

  О любви и привязанностях

  Я не требую привязанности от других и не привязываюсь сам. Привязанности — это веревки, и они не нужны мне. На мой взгляд, человек достоин того, чтобы освободиться от пут и выбирать свой путь самостоятельно.

• Если я правильно понимаю, к этому призывали также и Будда, и Кришна, и Христос (смотри первоисточники). К кому был привязан Будда? И что бы он сделал, если бы обнаружил у себя привязанность?

  У меня нет родных, то есть людей, которые являются как бы частью меня, но много близких. Близкий для меня — любой, кто сейчас со мной рядом, и я люблю каждого — в той мере, в какой каждый мне это позволяет. Любовь — это тепло и забота, это то, что делаю я, что зависит только от меня,моего душевного богатства и моего выбора. Мне все равны — и мне все равно, кого любить, но в ситуации выбора я подарю свою любовь тому, вложение в кого даст более добрые плоды.

  ЛЮБОВЬ — ЭТО СВОБОДА. ПРИВЯЗАННОСТЬ — ЭТО РАБСТВО

  ...Не привязывайся ни к чему, Не привязывайся, не привязывайся, не привязывайся. Не привязывайся ни к чему, И даже там, где уже не к чему привязываться, Не привязывайся ни к чему.

  Сосан

  Экзамен на человечность

  "Он оскорбил меня, он ударил меня, он одержал верх надо мной, он обобрал меня!" – у тех, кто таит в себе такие мысли, ненависть не прекращается.

  Дхаммапада

  На чем вы ломаетесь?

Ìини-тест: вас кто-то незаслуженно оскорбил. В такой ситуации вас заботит в первую очередь:

– как бы ваша реакция (неудачная, или отсутствие реакции) не унизила вас в глазах окружающих;

– как бы ответить ему порезче, чтобы он “заткнулся”;

– как бы сохранить в душе доброе отношение к миру и к нему.

Чем озабочены вы?

Для меня всегда главное — это правильное внутреннее отношение к происшедшему.

Конечно, важно, как вы сможете ответить человеку: мягко или жестко, остроумной фразой или молчанием, но важнее то, что будет у вас при этом в душе.

• Вы останетесь мудрым? человечным? сохраните внутреннее достоинство? Или превратитесь в злобного крокодила? мокрую курицу?

  Если меня "задели", я иногда могу даже расстроиться. Но уж точно не потому, что "какая-то соплюшка посмела так разговаривать со мной" — такие формулировки мне не свойственны. Меня может огорчить другое — то, что я "завелся", что меня чьи-то слова "задели", что был зол...

  Зачем мне так важно это правильное внутреннее отношение? — Это точный барометр того, насколько воспитана, сильна и здорова моя душа. Это показатель моей нравственности.

  Любопытно: у большинства известных мне добрых и нравственных людей все равно есть "пунктики", на которых они срываются до агрессии. Вот Саша П. — он добр и терпим всегда, но если начинается спор... Соня Г. простит все на свете, но что касается книг... Вера Т. обо всем говорит спокойно и с юмором, но когда она произносит слово "предательство", цвет ее глаз меняется на багровый... Кто-то уверен, что прощаются долги все, кроме денежных. Я, как правило, "ломаюсь" при попытках меня унизить.

• Единственное, что меня примиряет с моим несовершенством — это то, что все христианское человеколюбие терял сам Христос, когда он не видел должного почтения к своему Отцу...

  Но способность сохранять душевный покой — не только важнейший критерий полноты нравственности, это одно из главных условий успешного взаимодействия с людьми. Заботиться о душевном равновесии важно и тому, кого больше всего волнуют внешние результаты, возможность ответить "достойно" (в самых разных смыслах этого слова).

• Очевидно, что разъяренная (как и убитая, как и ослепленная) душа не подскажет вам лучшего ответа, лучших слов и действий.

  Пусть ваш внутренний душевный строй охраняют такие воины, как Мудрость, Понимание другого и Достоинство.

  Мудрость

Ìудрый на все смотрит с высот Космоса, широко: не с позиции "Ты — Я", а с позиции "люди в мире". Он видит не "личное оскорбление", а естественную среди людей дикость и агрессивность, выплескивающуюся из одного на другого. Конечно, это неприятно, но стоит ли из-за этого переживать? И если он будет отвечать, то не потому, что его задели, а для того, чтобы снять напряженность и решить возникшие проблемы, если это возможно.