380 Тема 4, Возникновение и развитие психики

происхождению) разделение предмета и мотива индивидуальной деятельно¬сти есть результат происходящего вычленения из прежде сложной и мно-гофазной, но единой деятельности отдельных операций. Эти-то отдельные операции, исчерпывая теперь содержание данной деятельности индивида, и превращаются в самостоятельное для него действие, хотя по отношению к коллективному трудовому процессу в целом они продолжают, конечно, ос-таваться лишь одним из частных его звеньев.

Естественными предпосылками этого вычленения отдельных опера-ций и приобретения ими в индивидуальной деятельности известной само-стоятельности являются, по-видимому, два следующих главных (хотя и не единственных) момента. Один из них — это нередко совместный харак¬тер инстинктивной деятельности и наличие примитивной «иерархии» от-ношений между особями, наблюдаемой в сообществах высших животных, например у обезьян. Другой важнейший момент — это выделение в дея-тельности животных, еще продолжающей сохранять всю свою цельность, двух различных фаз — фазы подготовления и фазы осуществления, кото-рые могут значительно отодвигаться друг от друга во времени. Так, напри¬мер, опыты показывают, что вынужденный перерыв деятельности на од¬ной из ее фаз позволяет отсрочить дальнейшую реакцию животных лишь весьма незначительно, в то время как перерыв между фазами дает у того же самого животного отсрочку, в десятки и даже сотни раз большую (опы¬ты А.В.Запорожца).

Однако, несмотря на наличие несомненной генетической связи меж-ду двухфазной интеллектуальной деятельностью высших животных и дея-тельностью отдельного человека, входящей в коллективный трудовой про-цесс в качестве одного из его звеньев, между ними существует и огромное различие. Оно коренится в различии тех объективных связей и отношений, которые лежат в их основе, которым они отвечают и которые отражаются в психике действующих индивидов.

Особенность двухфазной интеллектуальной деятельности животных состоит, как мы видели, в том, что связь между собой обеих (или даже не-скольких) фаз определяется физическими, вещными связями и соотноше-ниями — пространственными, временными, механическими. В естествен-ных условиях существования животных это к тому же всегда природные, естественные связи и соотношения. Психика высших животных соответ-ственно и характеризуется способностью отражения этих вещных, естест-венных связей и соотношений.

Когда животное, совершая обходной путь, раньше удаляется от до-бычи и лишь затем схватывает ее, то эта сложная деятельность подчиня-ется воспринимаемым животным пространственным отношениям дан-ной ситуации; первая часть пути — первая фаза деятельности — с естественной необходимостью приводит животное к возможности осуще-ствить вторую ее фазу.

Решительно другую объективную основу имеет рассматриваемая на-ми форма деятельности человека.

Леонтьев AM. Условия возникновения сознания 381

Вспугивание дичи загонщиком приводит к удовлетворению его по-требности в ней вовсе не в силу того, что таковы естественные соотноше-ния данной вещной ситуации; скорее наоборот, в нормальных случаях эти естественные соотношения таковы, что вспугивание дичи уничтожает воз-можность овладеть ею. Что же в таком случае соединяет между собой не-посредственный результат этой деятельности с конечным ее результатом? Очевидно, не что иное, как то отношение данного индивида к другим чле¬нам коллектива, в силу которого он и получает из их рук свою часть до¬бычи — часть продукта совместной трудовой деятельности. Это отноше¬ние, эта связь осуществляется благодаря деятельности других людей. Значит, именно деятельность других людей составляет объективную осно¬ву специфического строения деятельности человеческого индивида; зна¬чит, исторически, т.е. по способу своего возникновения, связь мотива с предметом действия отражает не естественные, но объективно-обществен¬ные связи и отношения.

Итак, сложная деятельность высших животных, подчиняющаяся ес-тественным вещным связям и отношениям, превращается у человека в деятельность, подчиняющуюся связям и отношениям изначально обще-ственным. Это и составляет ту непосредственную причину, благодаря ко-торой возникает специфически человеческая форма отражения действи-тельности — сознание человека.

Выделение действия необходимо предполагает возможность психиче-ского отражения действующим субъектом отношения объективного моти-ва действия и его предмета. В противном случае действие невозможно, оно лишается для субъекта своего смысла. Так, если обратиться к нашему прежнему примеру, то очевидно, что действие загонщика возможно только при условии отражения им связи между ожидаемым результатом лично им совершаемого действия и конечным результатом всего процесса охоты в целом — нападением из засады на убегающее животное, умерщвлением его и, наконец, его потреблением. Первоначально эта связь выступает перед человеком в своей еще чувственно воспринимаемой форме — в форме ре-альных действий других участников труда. Их действия и сообщают смысл предмету действия загонщика. Равным образом и наоборот: только дейст¬вия загонщика оправдывают, сообщают смысл действиям людей, поджи-дающих дичь в засаде; если бы не действия загонщиков, то и устройство за-сады было бы бессмысленным, неоправданным.

Таким образом, мы снова здесь встречаемся с таким отношением, с такой связью, которая обусловливает направление деятельности. Это от-ношение, однако, в корне отлично от тех отношений, которым подчиняет-ся деятельность животных. Оно создается в совместной деятельности лю-дей и вне ее невозможно. То, на что направлено действие, подчиняющееся этому новому отношению, само по себе может не иметь для человека ни-какого прямого биологического смысла, а иногда и противоречить ему. Так, например, спугивание дичи само по себе биологически бессмысленно.