- •I. Сочинения докритического периода
- •(Сходство с гипотезами древних атомистов)
- •[Материя подчинена необходимым законам]
- •Простота строения и движения небесных тел -причина их доступности исследованию
- •Трудность исследования происхождения организмов
- •Физика вселенной может быть доведена до полной достоверности
- •Аналогия райта между планетной системой и системой неподвижных 3везд
- •Круговорот возникновения и гивили миров вo вселенной
- •Единственное допущение, положенное в основу космогонической гипотезы - силы притяжения и отталкивания
- •Идея вселенной галактик
- •Космологический довод как основа веры в существование бога
- •Об отказе ньютона от естественной космогонии
- •Необходимость обращаться при исследовании подобных проблем только к естественной философии
- •II. Сочинения критического периода а. Теория познания [исходные принципы критики чистого разума! (наш век — век критики]
- •Знания априорные и эмпирические
- •Метафизика и ее проблемы: бог, свобода, бессмертие
- •Аналитические и синтетические суждения
- •Все математические суждения - синтетические
- •Идея пропедевтики. Или критики чистого разума
- •Трансцендентальная эстетика
- •Материя и форма явления
- •Говорить о пространстве мы можем только
- •Различие между чувственностью
- •Предметы отнюдь не есть только видимость
- •Общий вывод из трансцендентальной эстетики
- •Трансцендентальная логика
- •Отношение между ощущениями и понятиями
- •[Трансцендентальная диалектика]
- •Три класса трансцендентальных идей
- •Рациональная психология
- •Если явления — вещи в себе, то свободу нельзя спасти
- •Эмпирический и умопостигаемый характер субъекта
- •Причинность природы исключает долженствование
- •[Вся моральная философия покоится на своей чистой части]
- •Крайняя необходимость метафизики нравственности
- •Гипотетический и категорический императивы
- •Человек не средство, а цель сама по себе
- •Никогда не относиться к человечеству как к средству
- •Понятие царства целей
- •Автономия воли
- •Ответ на вопрос: что такое просвещение?
Единственное допущение, положенное в основу космогонической гипотезы - силы притяжения и отталкивания
[...] Я с величайшей осмотрительностью старался избежать всяких произвольных измышлений. Представив мир в состоянии простейшего хаоса, я объяснил великий порядок природы только силой притяжения и силой отталкивания — двумя силами, которые одинаково достоверны, одинаково просты и вместе с тем одинаково первичны и всеобщи. Обе они заимствованы мной из философии Ньютона. Первая в настоящее время есть уже совершенно бесспорный закон природы. Вторая, которой физика Ньютона, быть может, не в состоянии сообщить такую же отчетливость, как первой, принимается здесь мной только в том смысле, в каком ее никто не оспаривает, а именно для материи в состоянии наибольшей разреженности, как, например, для паров. На столь простых основаниях я совершенно естественно строю всю свою последующую систему, не делая никаких выводов, которые не мог бы сделать каждый внимательный читатель (I, стр. 131).
Идея вселенной галактик
Если система неподвижных звезд, расположенных около одной общей плоскости, как мы видим это в Млечном Пути, настолько удалена от нас, что даже в телескоп нельзя различить отдельные звезды, из которых она состоит, если расстояние ее от звезд Млечного Пути относительно такое же, как расстояние Солнца от нас, — словом, если такой мир неподвижных звезд рассматривается наблюдателем, находящимся вне его, с подобного неизмеримо далекого расстояния, то под малым углом зрения этот звездный мир представится глазу в виде слабо светящегося пятнышка совершенно круглой формы, когда его плоскость обращена прямо к глазу, и эллиптической, когда его рассматривают сбоку. Слабость света, форма и заметная величина диаметра будут резко отличать такое явление, если оно имеет место, от всех звезд, наблюдаемых порознь.
[...] Господин Мопертюи считает их, принимая во внимание их форму и видимый диаметр, необычайно большими небесными телами, которые сбоку кажутся эллиптической формы вследствие большой сплющенности, вызываемой силой вращения. [...]
Гораздо естественнее и понятнее предположение, что это не отдельные огромные звезды, а системы многих звезд, которые ввиду своей отдаленности кажутся расположенными на столь узком пространстве, что свет, незаметный от каждой звезды в отдельности, дает при бесчисленном множестве звезд однообразное бледное мерцание. Сходство с нашей Солнечной системой, их форма, которая как раз такова, какой она должна быть согласно пашей теории, слабость их света, указывающая на бесконечно большое расстояние, — все это заставляет нас считать эти эллиптические фигуры такими же системами миров и, так сказать, млечными путями, как то, устройство которых мы только что разбирали, и если сопоставления и наблюдения вполне согласуются между собой и друг друга подкрепляют, то основанное на них предположение имеет такую же силу, как строгие доказательства, и не может быть сомнений, что эти системы существуют (I, стр. 147-149).
Круговорот возникновения и гивили миров вo вселенной
В непреодолимой склонности каждого вполне сформировавшегося мироздания к постепенной гибели своей можно усмотреть один из доводов в доказательство того, что в противовес этому в других местах Вселенная будет создавать новые миры, дабы восполнить ущерб, нанесенный ей в каком-либо месте. Вся известная нам часть природы, хотя и составляет один только атом по сравнению с тем, что остается скрытым за пределами доступного ним кругозора, все этo подтверждает эту плодородность природы, не имеющую предела, ибо она есть не что иное, как проявление божественного всемогущества. Бесчисленное множество животных и растений ежедневно погибает и становится жертвой бренности; но не меньшее число их природа создает вновь в других местах неистощимой своей способностью воспроизведения и заполняет пустоты.
[...] Целью миры и системы миров сходят со сцены, после того как они сыграли свою роль. Бесконечность творения достаточно велика, чтобы по сравнению с ней какой-то мир или какой-нибудь млечный путь миров рассматривать так же, как цветок или насекомое по сравнению с Землей. В то время как природа украшает вечность разнообразием явлений, бог в неустанном творении создает материал для образования еще больших миров (I, стр. 211-213).
[...] Когда через всю бесконечность времен и пространств мы следим за этим фениксом природы, который лишь затем сжигает себя, чтобы вновь возродиться юным из своего пепла, когда мы видим, как природа даже там, где она распадается и дряхлеет, неисчерпаема в новых проявлениях, а на другой границе творения, в пространстве несформировавшейся первичной материи, она непрестанно расширяет сферу божественного откровения, дабы и вечность, и все пространства наполнить его чудесами, тогда наш дух, размышляя обо всем этом, приходит в глубокое изумление; но, еще не довольствуясь этим столь великим предметом, бренность которого не может вполне удовлетворить душу, он желает ближе познать то существо, чей разум и величие — источник света, изливающегося как бы из одного центра на всю природу (I, стр. 216).
