Нагибина Н. - Популярная психология типов

Экстраверсия и интроверсия

в псикосмологии

А. Вопрос экстраверсии и интроверсии представляется мне одним из самых запутанных в психологической науке, несмотря на то, что сами термины получили такое распространение, что перешли из научного языка в обыденный. То, что психологическая реальность, которая за ними стоит, существует, ни у кого сомнений не вызывает. Вопрос состоит в том, что это за реальность, каковы ее основные характеристики, насколько они устойчивы и как распределены в человеческом обществе. Хотя на данный момент есть много исследований, касающихся экстра-интроверсии у животных. Я слушала как-то научный доклад про экстра-интроверсию у рыб.

Б. Вы все делаете в классической несодержательной установке. Это вообще терминологический вопрос, и что как назвать, я не хочу даже обсуждать. Содержательно мыслящая голова никогда не спорит с какими-либо понятиями. Задача науки не состоит в том, чтобы придумывать названия. Она состоит в том, чтобы выделять новые явления, обобщать, систематизировать, независимо ни от каких названий. Ученыйдолженпонимать, какуюсистемупонятийпостроил, от каких противоречий избавился.

А. Соционики, на мой взгляд, запутали психологическую науку, рассматривая экстра-интроверсию как жестко классификационную характеристику (либо экстралибо интро-). Как показывают практически все научные исследования в психологии – большинство людей находятся посередине и не имеют ярко выраженной экстраили интровертированной установки.

Б. Вам не нравится, а им нравится. У вас другая система распре-

332 ГЛАВА 6. Методологические вопросы психологии типов

деления всего этого хозяйства.

А. В любом случае, мы должны определиться с понятием экстраинтоверсии для псикосмологии. Я называю экстраверсией – не установку, а устойчивую черту человека, в терминах черт большой пятерки личностных факторов. Я бы ее кратко сформулировала как активность познания, имеющую внешний характер. И, наоборот, интроверсия – это активность познания, имеющая внутренний характер.

Б. Что значит «внешний характер» или «внутренний характер»? А. Так и знала, что вы это спросите. Экстравертом мы называем человека, который реализует свои познавательные установки или, в нашем случае, тип во внешнем плане, а интровертом – во внутреннем плане. Это очень ярко проявляется на поведенческом уровне. Так, например, Гегель и Ленин в псикосмологии находятся в одном типе. Однако свои идеи один выкристаллизовывал в теории, разворачивая там целую революцию и последующую борьбу идей, оставляя ту, которая логически убедительна и уже не поддается разрушению. Ленин, наоборот, проверял все во внешнем плане, разрушая и строя новый мир. Но это крайние варианты одного типа. Большинство людей

имеют гармоничное сочетание того и другого.

Б. Хорошо. Определяйте так, я не вижу здесь никаких проблем, кроме терминологических. Мы об этом знали раньше или не знали?

А. Об этом говорил Юнг, но понять его, особенно при переводах, очень сложно. Он определял экстраверсию как обращение либидо наружу, вовне, А Айзенк вообще стал ее трактовать как темпераментальную характеристику.

Б. То, что называет всякой ерундой Айзенк – это его проблемы. Его не интересуют содержания Юнга или ваши. Нужно думать по содержанию то, что ты вы выделяете, и насколько это ново.

Экстраверсия и интроверсия в псикосмологии 333

А. Я думаю, почему так плохо поняли Юнга даже его ученики и извратили, потому что он сам непоследователен в своих определениях. Он, собственно, и не заботился о своих определениях.

Б. Вы это выделили так строго или нет? Я об этом говорю. Или вы знаете кого-то другого, кто об этом написал?

А. Хорошо, я считаю, что я выделила эти качества впервые, но, может быть, кто-нибудь подобное нащупывал. В этом направлении двигались многие ученые, но абсолютно такого содержания не выделяли, по крайней мере, я этого не встречала.

Экстраверсией называется обращение либидо наружу, вовне. Этим понятием я обозначаю явное отношение субъектакобъектувсмыслеположительногонаправления субъективного интереса на объект. Если экстраверсия интеллектуальна, то субъект вдумывается в объект; если экстраверсия осуществляется чувством, то субъект вчувствуется в объект. Если состояние экстраверсии становится привычным, то можно говорить об экстравертном типе. Карл Юнг

Мне кажется, что самая частая форма невроза у экстравертного типа – истерия. Карл Юнг

Интроверсия – обращение либидо внутрь. Этим выражается негативное отношение субъекта к объекту. Интерес не направляется на объект, но отходит от него назад к субъекту. Если интроверсия привычна, то говорят об интровертном типе... Типичной формой невроза для этого типа является психоастения, болезнь, отличающаяся с одной стороны, большой сенситивностью, а с другой стороны, большой

334 ГЛАВА 6. Методологические вопросы психологии типов

Психология типов

ипсихология черт

А: Давайте обсудим вопрос, касающийся психологии черт и психологии типов.

Б: Это все вербалистика.

А: Я вам объясню, что это не вербалистика. В определенной психологической культуре эти две реальности имеют различия.

Б: Сколько психологов, столько и культур. Существуют люди, понимающие, что делают и как надо работать и не понимающие этого.

А: Я очень хорошо понимаю, что делаю. Думаю над этой проблемой уже третий десяток лет. Наконец, поняла, почему американская психология, а за ней и западно-европейская, отрицают типывообще. Онивзялизаосновунаиболеепроработанныетипологии, а наиболее проработаны типологические классификации, связанные с темпераментальными характеристиками (Гиппократ, Кречмер, Шелдон, Павлов и т.д.) и попытались с помошью экспериментальной методологии создать диагностический инструментарий.

Б: Причем здесь инструментарий!?

А: При создании инструментария, который бы позволил относить однихлюдейвсангвиники, других— вхолерикиит.д., ониобнаружили, что сделать это очень сложно. Причина сложностей заключалась в том, что основные динамические характеристики, которые составляют темперамент человека, распределены по нормальному закону. Это значит, что по каждой из таких характеристик основное большинство людей имеют некую среднюю величину выраженности.

Б: Так и говорите — характеристика имеет нормальное распределение.

А: Да.

Психология типов и психология черт 335

Б: Все равно. Можно условно выделить три группы: низкая выраженность характеристики, средняя выраженность и высокая выраженность.

А: Да. Они поначалу так и поступили. Но им возразили более сведущие в статистике ученые, что в данном случае правильнее оперировать статистическими понятиями «норма» и «отклонение от нормы».

Б: Это опять слова. Вербалистика другая.

А: За этими словами стоит определенная реальность. Разговор идет о закономерностях и характере этих закономерностей — или это классификация, тогда должны быть строгие различительные признаки для классов, лучше качественные, а не количественные. Тут уж, что называется, «против правды не попрешь», возразить нечего. Или эту характеристику точнее и правильнее описывать, используя кривую распределения, которая отражает истинное положение вещей.

Б: Не вижу проблемы.

А: Здесь используется другая шкала: не шкала наименований, а шкала интервалов. Если характеристику можно измерять в шкале интервалов, т. е. гораздо более сильной шкале, открывающей гораздо большие возможности для исследований и измерений, то зачем использовать классификационные шкалы, в чем-то искажающие реальное положение вещей и не учитывающие основные характеристики характера распределения.

Б: В психологии определенное качество темперамента достигается сочетанием нескольких характеристик.

А: Да. У Вундта сочетанием трех, у Павлова тоже трех, правда несколько других, у Айзенка — двух, тоже совсем других.

Б: У Кречмера и Шелдона вообще двадцатью и более. А: Да. Тут вы правы. Перебрали они немножко, назвав

336 ГЛАВА 6. Методологические вопросы психологии типов

темпераментом все вообще. Это уже традиция типологов. Взяли чужое название и давай загонять под него все связанные характеристики. Это уже действительно вербалистика. Вернемся к вопросу нашего спора.

Б: Нужно ли различать психологию типов и психологию черт? А: Я думаю, нужно, если это отражает некую психологическую

реальность и дает возможность ее моделировать более точно. Б: Что вы имеете в виду?

А: Я имею в виду, что одни психологические характеристики подчиняются законам строгих или нестрогих множеств, и это их максимум для математического описания, а другие — законам «более сильных» статистических распределений. Темпераментальные характеристики, как оказалось, распределены по нормальному закону. Но есть характеристики, которые лучше описываются как классификация. Это уже действительно типы, тем более, что как правило, это сложные характеристики. Ябысравнилаихсизомерамив химии— состав элементов часто схож, аконфигурация другая. Отсюда

— разные физические и химические свойства.

Б: Поясни свою мысль на психологическом примере.

А: Яимеюввидукакразтипологию, основаниемкоторойявляется соотношениерациональности ииррациональностивпознании, атакже направленность этих функций. Здесь уже нельзя говорить о норме и отклонении от нормы. Типы отличаются друг от друга качественно. При этом мы имеем дело со строгим множеством. Каждый попадает в один и только один тип.

Б: Можно говорить о наиболее часто встречающихся типах.

А: Да, условно их тоже можно назвать нормой. Это уже опять вербалистика.

Диагностика типа

А: Что необходимо для точной и надежной диагностики типа? Б: Во-первых, надо ясно понимать, что ты хочешь

продиагносцировать, а во-вторых, какой инструмент для этого подойдет лучше всего.

А: Предположим, нужно диагностировать соотношение рационального и иррационального компонентов в познании.

Б: Нужно хорошо понимать какие характеристики составляют рациональный компонент в познании и какие характеристики составляют иррациональный компонент, в чем отличие первого от второго.

А: Предположим, под рациональным познанием мы понимаем осознаваемый синтез и анализ, а под иррациональным – неосознаваемый синтез и анализ.

Б: Значит нужен измерительный прибор для соотношения, главным образом, осознаваемости/неосознаваемости процессов познания. Так как, по сути, все познание, и рациональное и иррациональное, есть синтез и анализ.

А: Согласна.

Б: Можно создать более точный и надежный опросник.

А: Мы сделали такую попытку. Создали сначала опросник из 144 вопросов. Оказалось, что его диагностические возможности очень плохи. Отобрали самые „работающие“ вопросы. Все равно, попадание

– процентов шестьдесят. В нашем случае, это почти ничего. Это все равно, что на 60 процентов правильно определить группу крови. Нужно иметь очень высокую рефлексивность, чтобы точно отвечать на вопросы. Кроме того, нужно хорошо представлять возможные варианты мышления, восприятия, памяти, отношения к миру и к себе, чтобы выбрать из всего множества именно свой. Это, как оказывается, задача не из легких.

Б: Надо давать мыслительные задачи и смотреть, как человек их решает: шел ли он к решению согласно алгоритму, который имелся в его распоряжении, или двигался благодаря некоторым инсайтам, творческим вспышкам и неожиданным находкам.

338 ГЛАВА 6. Методологические вопросы психологии типов

А: Тогда надо давать для решения творческие задачи. Б: Да, задачи, в которых путь решения не очевиден.

А: Проблемавтом, чтосамазадачаможетвсильноймередиктовать, какой способ познания больше подходит для ее решения.

Б: Значит надо давать задачи, где задача может в равной мере предполагать как тот, так и другой способ решения.

А: Может мы разберем это на конкретных примерах? Б: Хорошо.

А: Ядумаю, лучшевсегобратьнематематическиеилифизические задачи, а социальные.

Б: Чем лучше?

А: В них нет однозначного решения. Появляется больше свободы для проявления типа. Нам ведь важен процесс, а не результат.

Б: Таких социальных задачек много в проективных тестах, например, в тесте Розенцвейга.

А: Согласна. Но нужны более сложные именно познавательные задачки.

Б: Да, задачи Розенцвейга скорее на диагностику эмоциональноволевой сферы.

А: Нужно что-то типа „Я создаю семью“ или „Я развиваюсь“, „Я попал в трудную ситуацию выбора“, „Кто-то из присутствующих украл у меня кошелек. Ищу вора.“, „Мне надо целый день развлекать эту женщину (мужчину)“ и тому подобное.

Б: Чтобы это стало диагностическим инструментом, нужны стандартные варианты решений таких ситуаций и их классификация. Послечего, нужнопосмотреть, какиерешенияпредпочитаютрационалы и какие иррационалы.

А: Классификация решений должна иметь какие-то очень ясные основания.

Б: Да, их еще следует определить как эмпирическим, так и теоретическим путем.

А: Это очень серьезная проблема, но именно от нее зависит точность диагностики.

Б: Проблема сложная, но, я думаю, решаемая.

А: Это стандартный путь создания методики. Здесь для нас есть

Диагностика типа 339

еще одна очень большая трудность. Для создания своей методики, мы уже зарание должны иметь другую достаточно точную методику для различения рационалов и иррационалов, а ее нет. То есть методики есть, но их погрешность слишком велика. Ведь именно поэтому нужна новая, более надежная и валидная.

Б: Тогда, что вы предлагаете?

А: Я предлагаю найти способ выяснить соотношение осознаваемого и неосознаваемого компонентов в познании в каждой конкретной задаче. Задач должно быть достаточно много, чтобы была возможность проверить результат методом „расщепления“, то есть любой случайный выбор тестовых заданий должен подтверждать общий результат.

Б: Вы себе представляете, какая это трудоемкая и творческая работа, требующая высочайшей квалификации.

А: Сложность и трудоемкость ее решения представляю очень хорошо. Какие-то шаги для ее решения уже сделаны.

Тест 1 определения типа (Н.Л. Нагибина)

Определите направленность рациональности и иррациональности по ключу.

Определите соотношение рациональной и иррациональной функции по ключу.

В соответствии с полученным результатом, найдите свой тип в системе.

Ключ: Шкала иррациональности

Шкала рациональности

Рациональность-иррациональность