Глава III Время Иринея Лионского

Расцвет древнего христианства

55

1. Расцвет древнего христианства

Если бы среди тех людей не было благодатной почвы, то как могло бы тогда зародиться христианство?

Дж.Р.Мид ¹

В церковной истории утвердилось мнение, что со времен Не­рона (вторая половина I в. н.э.) и до официального признания Константином христианства в IV в. государственной религией хри­стиане на протяжении трех веков подвергались непрерывным мас­совым гонениям. Однако хорошо известно, что гонения эти имели свои подъемы и затухания. Как мы покажем далее, во II в. для распространения христианства создалась наиболее благоприятная обстановка. Несмотря на то, что расправы с христианами продол­жались, в том числе и при жизни Иринея Лионского, но в это вре­мя они были отдельными, нехарактерными явлениями. Например, известно, что отец Оригена, Леонид, ок. 202 г. погиб мучеником. И Ориген, некогда вдохновлявший христиан не отрекаться под пытками, впоследствии сам подвергся суровым истязаниям и из-за них скончался. Но Ориген в первой половине III века называет общее число христианских мучеников-подвижников «маленьким и легко исчислимым», и такая оценка непосредственного очевидца современных ему событий кажется правдоподобной и заслуживаю­щей внимания.

О масштабе расправ с христианами во II веке, т.е. при жизни Иринея Лионского, в церковной и светской историографии встре­чаются иногда сведения совершенно противоположные. Официаль­ная церковная история уверяет в существовании государственного антихристианского террора, тогда как вдумчивые исследователи говорят о проявлении достаточно случайных местных бесчинств. Например, в своем разоблачительном четырехтомном труде по ис­тории раннего христианства немецкий историк Карлхайнц Дешнер обвиняет церковных авторов в заведомом искажении фактов или их прямой фальсификации ². Повествование и выводы Дешнера могут показаться чрезмерными или односторонними. Но историк вполне верно отметил бросающуюся в глаза неувязку в сообщени­ях Евсевия: например, на годы сильнейших гонений Диоклетиана (303 – 305 гг.), пришлась 91 жертва, тогда как на предшествовав-¹ Мид Дж.Р. Аполлоний Тианский. М., 2001. С.18-19.

² Дешнер К. Криминальная история христианства. В четырех книгах. Кн.1. М., 1996. С.172-174.

56

Часть 1. Глава III. Время Иринея Лионского

ших императоров-мудрецов и любимцев народа – десятки тысяч. Причина такого парадокса вполне очевидна – давность события, когда при отсутствии свидетелей «историю» можно подвести под соответствующую идеологию.

Из трех вышеописанных столетий доконстантинового христи­анства нас будет интересовать только II век. По Евсевию, получа­ется, что это было время наибольших гонений. Любопытно, что этому сообщению Евсевия противоречит его же заявление о попыт­ках императоров предотвратить нападки на христиан (см. далее). Выходит, что правители рождали справедливые указы, но их пре­ступно не выполняли. Но в Римской империи того времени это бы­ло немыслимо. Скорее всего, расправы вершились как бы вне пра­вовой плоскости и были не продуманной политикой государства, а случайными взрывами страстей на местах. Другими словами, меж­ду нечастыми локальными вспышками насилия христиане жили достаточно спокойно. Если бы было иначе, то церковь II в. носила бы все признаки подпольной организации, а её ядро и главы церк­вей постарались бы селиться в безлюдных или малодоступных мес­тах (что, например, в 250 г. случилось при гонениях императора Деция). Но о христианах II в. ничего подобного древнехристиан­ские авторы не сообщают. Напротив, судя по всему, время христи­анских собраний властям было тогда хорошо известно (воскресе­нье); найти главу любой христианской церкви, место собраний, как и места христианских захоронений, можно было весьма про­сто. Последние даже охранялись законом. Все это явно непохоже на ту картину тотальных гонений, какую увлеченно рисуют Евсе-вий, а вслед за ним и остальные церковные историки.

Наше исследование показало, что периодически вспыхивавшие расправы над христианами во II в. имели место. Но было это не це­ленаправленной государственной политикой, а отдельными локаль­ными проявлениями, с которыми императоры, в меру их повторяе­мости, боролись, как и с недопустимыми бунтарскими злоупотреб­лениями толпы. Сам факт обострения борьбы внутри церкви (между ортодоксами и гностиками) с очевидностью свидетельствует о благоприятном общеисторическом фоне для развития христианст­ва и христианской догматики – во время тотального истребления внутренними распрями не занимаются.

В том, что касается личностей императоров того времени, авто­ритетный церковный историк В.В.Болотов в разделе «История (христианских) гонений» отмечал особо благородный характер эпохи, получившей название эпохи Антонинов. Эту эпоху инте-

Расцвет древнего христианства

57

ресно будет сравнить с последующим временем, когда получит рас­пространение доктрина Иринея Лионского. Болотов о золотой эпо­хе Антонинов писал:

«18 сентября 96 г. Домициан пал жертвою заговора… Преемни­ком его был император Кокцей Нерва, престарелый сенатор, пра­вивший всего год и несколько месяцев (96 – 98). Домициан оста­вил ему, по-видимому, множество дел, возбужденных им против подозрительных личностей. Но новый благородный император от­дал приказ о прекращении всякого следствия по обвинению в без-божности и совращении в иудейские обычаи. Точно так же полити­ческих изгнанников царствования Домициана он возвратил в Рим. В первый же 96 г. своего правления он отменил «иудейский фиск», чем заслужил особенную признательность сената, выбивше­го в честь этого факта монету.

Нерва открывает своим царствованием одну из самых блиста­тельных эпох в истории Римской империи. Все пять императоров этой эпохи (Нерва, Траян, Адриан, Антонин, Марк Аврелий) оста­вили по себе память как самые лучшие императоры, как цвет кеса­рей. Они высоко стояли и как нравственные характеры. То слу­чайное обстоятельство, что четыре первых императора не имели потомства, побудило их ввести систему усыновления «достойней­ших». В общем выбор императоров был чрезвычайно удачен. Хо­рош уже был престарелый Нерва, но выше его оказался его преем­ник Траян (98 – 117).

Человек, уже прежде прославившийся военными подвигами, он своими гражданскими качествами превзошел свою военную сла­ву. Его отличала необыкновенная ровность характера, не изменяв­шая ему ни в столице, ни в провинции. Он был образцовым блюс­тителем старых римских прав и установителем новых прав. Любим народом он был необычайно; его боготворили еще при жизни. Три начала были положены им в основу своего правления: 1) добрый римский консерватизм, поддержка древних учреждений, не исклю­чая и остатков римской свободы и влияния сената; 2) в связи с этим забота о реставрации прародительской римской религии, к которой Траян относился с добросовестностью и строгою внима­тельностью; и, наконец, 3) гуманность, отвечавшая природному характеру Траяна; он заявил ее, между прочим, и в том, что серь­езно поддерживал благотворительные заведения Нервы, основал приют для призрения детей (alimentatio). В этом отношении ха­рактеристично сохранившееся до нас изображение Траяна, на ко­тором он представлен окруженным детьми, призреваемыми его ali-mentatio. Для характеристики одушевлявшего его чувства права

58