History_of_Journalizm_4_year_2nd_semestr

Л.Д. Троцкий

В чем непосредственно цель высылки Троцкого?

Постановление Особого Совещания при ГПУ о высылке Троцкого из пределов СССР обвиняет его в организации «контр-революци-

онной» партии, деятельность которой «за последнее время» направлена «к подготовке вооруженной борьбы против советской власти». Слова «за последнее время» должны свидетельствовать о какой то радикальной перемене, происшедшей будто бы в политике оппозиции, и тем самым послужить оправданием более радикальной политики репрессий против оппозиции.

Сталин давно уже стремился привлечь к делу «вооруженное восстание». Принципиальная установка оппозиции на радикальную реформу партии и революции создавала для политики Сталина серьезные затруднения. Борясь против сталинского режима, оппозиция не раз предсказывала, что бюрократическое узурпаторство чем дальше, тем больше будет вынуждено, в целях самооправдания, ссылаться на опасность вооруженной борьбы со стороны оппозиции.

Ярче и циничнее всего раскрыл эту перспективу сам Сталин на августовском пленуме ЦК 1927 года, когда он сказал по адресу оппозиции: «разве вы не понимаете, что эти кадры можно снять только гражданской войной?». Этим самым аппарат («кадры») открыто ставился над партией, и всякая борьба за изменение политики или состава аппарата заранее отождествлялась с гражданской войной. К этому и сводится по существу политическая позиция Сталина, которую ГПУ переводит на язык репрессий.

Высылка Троцкого и возможная высылка ряда наиболее известных оппозиционеров имеет своей непосредственной целью не только политически изолировать руководство от массы рабочих-оппозиционеров, но и подготовить условия для новых более свирепых репрессий против растущей оппозиционной массы. На XV с'езде (январь 1928 г.) сталинцы провозгласили полную «ликвидацию» оппозиции, как совершившийся факт, и обещали столь же полную «монолитность» партии. Между тем за ис-

текший год оппозиция серьезно возросла и стала важным политическим фактором в жизни рабочих масс.

В течении 1928 г. сталинцам приходилось неизменно усиливать меры репрессии, которые каждый день обнаруживали, однако, свою несостоятельность в борьбе

справильной политической линией. Голое провозглашение оппозиции «контр-рево- люционной партией» недостаточно: никто не берет этого всерьез. Чем больше оппозиционеров исключают и ссылают, тем больше их становится внутри партии. На ноябрьском пленуме ЦКВКП (1928 г.) это признал и Сталин. Ему остается одно: попытаться провести между официальной партией и оппозицией кровавую черту. Ему необходимо до зарезу связать оппозицию

спокушениями, подготовкой вооруженного восстания и пр. Но как раз на этом пути стоит руководящая верхушка оппозиции. Как показал позорный опыт с «врангелевским офицером», которого Сталин попытался подкинуть оппозиции осенью 1927 года, достаточно оказалось громкого заявления руководителей оппозиции, чтоб сталинский подлог упал на голову своему автору.

А, главное, физическая расправа над старыми революционерами, известными всему миру, представляла бы политические трудности сама по себе.

Отсюда план Сталина: выдвинуть обвинение в «подготовке вооруженной борьбы», как предпосылку новой полосы репрессий; поторопиться выслать под этим предлогом головку оппозиции заграницу и развязать себе тем самым руки для палаческой работы по отношению к молодым и рядовым оппозиционерам, имена которых еще неизвестны массам, особенно заграницей. Такого рода дела -- только такого рода -- Сталин продумывает до конца.

Вот почему после высылки вождей оппозиции надо с уверенностью ждать попыток сталинской клики так или иначе втянуть ту или другую якобы оппозиционную группу в авантюру, а в случае неудачи -- сфабриковать и подкинуть оппозиции «покушение» или «военный заговор». За последнии не-

дели уже была сделана одна такая попытка, построенная по всем правилам бонапартистской провокации. Когда обстоятельства позволят, мы опубликуем эту закончившуюся провалом попытку провокации во всей подробности. Пока же достаточно сказать, что она ни в каком случае не является последней. За ней последуют другие. В этой области Сталин доводит свои планы до конца. Да ничего иного ему и не остается.

Таково положение в данный момент. Бессильная политика лавирования и вилянья, возросшие хозяйственные трудности, рост недоверия партии к руководству привели Сталина к необходимости оглушить партию инсценировкой крупного масштаба. Нужен удар, нужно потрясение, нужна катастрофа.

Сказать это вслух значит уже до некоторой степени помешать выполнению сталинских замыслов. Защита оппозиции ВКП от сталинских подлогов и «амальгам» есть защита октябрьской революции и Коминтерна от тлетворных методов сталинизма. Такова сейчас первейшая обязанность каждого подлинного коммуниста-революционера.

Надо перерезать дорогу бонапартистскому узурпаторству. Надо разоблачить его методы, надо предупредить его завтрашние шаги. Надо развернуть разоблачительную кампанию пред лицом международных рабочих масс. Борьба за оппозицию сливается здесь с борьбой за октябрьскую революцию.

Константинополь, 4 марта 1929 г.

Л.Д. Троцкий

Письмо рабочим

СССР

Дорогие товарищи!

Я пишу вам, чтобы сказать вам еще раз, что Сталины, Ярославские и братия вас обманывают.

Вам говорят, что я обратился к буржуазной прессе, чтобы вести борьбу против Советской Республики, в создании и в защите которой я работал рука об руку с Лениным. Вас обманывают. Я обратился к буржуазной прессе для того, чтобы защищать интересы Советской Республики против лжи, коварства и вероломства Сталина и К-о.

Вас призывают осуждать мои статьи. Читали ли вы их? Нет, вы их не читали. Вам дают ложный, поддельный перевод отдельных небольших отрывков. Статьи мои вышли на русском языке отдельной брошюрой в том самом виде, в каком я их писал. Потребуйте, чтоб Сталин их перепечатал без сокращений и подделок! Он не посмеет. Он больше всего боится правды. Здесь я хочу изложить основное содержание моих статей.

1. В постановлении ГПУ о моей высылке говорится, что я руковожу подготовкой вооруженной борьбы против Советской Республики». В «Правде» слова о вооруженной борьбе были выпущены. Почему? Почему Сталин не решился в «Правде» (N 41 от 19 февраля 1929 г.) повторить то, что сказано в постановлении ГПУ. Потому что он знал, что ему никто не поверит. После истории с врангелевским офицером, после разоблачения агента -- провокатора, подосланного Сталиным к оппозиционерам с предложением военного заговора, после всего этого никто не поверит, что больше- вики-ленинцы, желающие убедить партию в правоте своих взглядов, готовят вооруженную борьбу. Вот почему Сталин не посмел напечатать в «Правде» то, что сказано в постановлении ГПУ от 18-го января. Но зачем же в таком случае было вносить эту явную ложь в постановление ГПУ? Не для СССР, а для Европы, и для всего мира. Через агентство ТАСС Сталин систематически каждодневно сотрудничает в буржуазной печати всего мира, распространяя свою клевету против большевиков-ленинцев. Сталин не

мог иначе об'яснить высылку и бесчисленные аресты, как указанием на подготовку оппозицией вооруженной борьбы. Этой чудовищной ложью он причинял величайший вред Советской Республике. Вся буржуазная печать говорила о том, что Троцкий, Раковский, Смигла, Радек, И. Н. Смирнов, Белобородов, Муралов, Мрачковский и многие другие, которые строили Республику и защищали ее, теперь готовят вооруженную борьбу против Советской власти. Ясно, до какой степени такая мысль должна ослаблять Советскую Республику в глазах всего мира! Чтоб оправдать репрессии, Сталин вынужден создавать чудовищные легенды, наносящие неисчислимый вред Советской власти. Вот почему я считал необходимым выступить в буржуазной прессе и сказать на весь мир: неправда, будто оппозиция собирается вести вооруженную борьбу с Советской властью. Оппозиция вела и будет вести беспощадную борьбу за Советскую власть со всеми ее врагами. Это мое заявление напечатано в десятках миллионов экземпляров на языках всего мира. Оно служит упрочению Советской Республики. Сталин хочет усилить свое положение, ослабляя Советскую Республику. Я хочу усилить Советскую Республику, разоблачая ложь сталинцев.

2. Сталин и его печать давно уже распространяют во всем мире весть, будто я заявил, что Советская Республика стала буржуазным государством, что пролетарская власть погибла и проч. В России многие рабочие знают, что это злостная клевета, что она основана на поддельных цитатах. Я разоблачал эту подделку десятки раз в письмах, которые передавались из рук в руки. Но мировая буржуазная печать верит этому или притворяется, что верит. Все поддельные сталинские цитаты гуляют по столбцам газет всего мира, как доказательство того, будто Троцкий признал неизбежность гибели Советской власти. Благодаря огромному интересу мирового общественного мнения, прежде всего широких народных масс, к тому, что творится в Советской

Республике, буржуазные газеты, побуждаемые своими рыночными интересами, заботой о тираже, давлением читателей, оказались вынуждены напечатать мои статьи. В этих статьях я сказал на весь мир, что Советская власть, несмотря на неправильную политику сталинского руководства, имеет глубочайшие корни в массах, очень сильна и переживет своих врагов.

Не надо забывать, что подавляющее большинство рабочих в Европе, особенно в Америке, все еще питаются буржуазной печатью. Я поставил условием, чтобы статьи мои были напечатаны без каких бы то ни было изменений. Правда, отдельные газеты в некоторых странах нарушили это условие, но большинство выполнило его. Во всяком случае все газеты оказались вынужденными напечатать, что, вопреки лжи и клевете сталинцев, Троцкий убежден в глубокой внутренней силе советского режима и твердо верит, что рабочим удастся мирными средствами изменить нынешнюю ложную политику ЦК.

Весною 1917 года Ленин, запертый в швейцарской клетке, воспользовался «пломбированным» вагоном Гогенцоллерна для того, чтобы дорваться до русских рабочих. Шовинистическая печать травила Ильича, называя его не иначе, как немецкий наемник и Herr Ленин. Запертый термидорианцами в клетку Константинополя, я воспользовался пломбированным вагоном буржуазной печати, чтобы сказать всему миру правду. Глупая в своей разнузданности травля сталинцев против «мистера Троцкого» представляет собою только повторение буржуазной и эсеровской травли против «Herr'а Ленина». Вместе с Ильичем я со спокойным презрением отношусь к общественному мнению мещан и чиновников, душу которых выражает Сталин.

3. Я рассказал в своих статьях, искаженных и фальсифицированных Ярославским, как, почему и при каких условиях меня выслали из СССР. Сталинцы распространяют в европейской печати слух о том, будто меня отпустили заграницу по моему ходатайству.

Я разоблачил и эту ложь. Я рассказал, что меня выслали заграницу насильственно, путем предварительного соглашения Сталина с турецкой полицией. И здесь я действовал не только в интересах ограждения себя лично от клеветы, но прежде всего в интересах Советской Республики. Если бы оппозиционеры стремились покидать пределы Советского Союза, это было бы понято всем миром так, будто мы считаем положение советского правительства безнадежным. Между тем этого нет и в помине. Сталинская политика нанесла страшные удары не только китайской революции, английскому рабочему движению и всему Коминтерну, но и внутренней устойчивости советского режима. Это бесспорно. Однако, дело отнюдь не безнадежно. Оппозиция ни в каком случае не собирается бежать из Советской Республики. Я категорически отказался ехать заграницу, предлагая заключить меня

втюрьму. Сталинцы не посмели прибегнуть к этому средству, они боялись, что рабочие будут настойчиво добиваться освобождения. Они предпочли сговориться с турецкой полицией и водворили меня принудительно

вКонстантинополе. Это я изложил всему миру. Всякий мыслящий рабочий скажет, что если Сталин через ТАСС кормит повседневно буржуазную прессу клеветой против оппозиции, то я обязан был выступить, чтоб опровергнуть эту клевету.

4.В десятках миллионов экземпляров я рассказал всему миру, что меня изгнали не русские рабочие, не русские крестьяне, не советские красноармейцы, не те, с которыми мы завоевывали власть и сражались плечом к плечу на всех фронтах гражданской войны, -- меня изгнали аппаратчики, прибравшие к своим рукам власть, превратившиеся в бюрократическую касту, которая связана круговой порукой. Чтоб защитить Октябрьскую революцию, Советскую Республику и революционное имя большевиков-ленинцев, я на весь мир сказал правду о Сталине и сталинцах. Я еще раз напомнил, что Ленин в своем зрело обдуманном «Завещании» назвал Сталина

нелойяльным. Это слово понятно на всех языках мира. Оно означает недобросовестного или нечестного человека, который в своих действиях руководится дурными побуждениями, человека, которому нельзя доверять. Вот как Ленин охарактеризовал Сталина и мы снова видим, насколько правильно было предупреждение Ленина. Нет большего преступления для революционера, как обманывать свою партию, отравлять ложью сознание рабочего класса. Между тем в этом состоит главное занятие Сталина. Он обманывает Коминтерн и мировой рабочий класс, приписывая оппозиции контр-революционные намерения и действия в отношении Советской власти. Именно за внутреннюю склонность к такому образу действий Ленин и назвал Сталина нелойяльным, именно поэтому он и предлагал партии снять Сталина с его поста. Тем более необходимо теперь, после всего, что произошло, раз'яснить пред лицом всего мира, в чем выразилась нелойяльность, т. е. недобросовестность и нечестность Сталина

вотношении оппозиции.

5.Клеветники (Ярославский и другие агенты Сталина) поднимают шум по поводу американских долларов. Вряд ли стоило бы при других условиях нагибаться к этому мусору. Но наиболее злобная буржуазная пресса с удовольствием размазывает грязь Ярославского. Чтоб не оставлять ничего в неясности, я скажу поэтому и о долларах.

Свои статьи я передал газетному американскому агентству в Париже. Такого рода агентствам и Ленин и я десятки раз давали интервью и письменные изложения наших взглядов на те или другие вопросы. Благодаря моей высылке и ее таинственной обстановке, интерес к этому делу во всем мире был колоссальный. Агентство рассчитывало на хорошие барыши. Оно мне предложило половину дохода. Я ему ответил, что я лично не возьму ни одного гроша, но что агентство должно будет передать по моему указанию половину своего дохода с моих статей, и что на эти деньги я издам на русском языке и на иностранных языках целый ряд сочинений Ленина (его речи, статьи,

письма), которые запрещены в Советской Республике сталинской цензурой. Равным образом, я издам на эти деньги целый ряд важнейших партийных документов (протоколы конференций, с'ездов, письма, статьи и проч.), которые скрываются от партии только потому, что они наглядно показывают теоретическую и политическую несостоятельность Сталина. Это и есть та «контр-революционная» (по словам Сталина и Ярославского) литература, которую я собираюсь издать. Точный отчет в израсходованных на это суммах будет в свое время опубликован. Всякий рабочий скажет, что неизмеримо лучше на деньги, полученные, в виде случайной дани, с буржуазии, издавать сочинения Ленина, чем на деньги, собранные с русских рабочих и крестьян, распространять клевету на большевиков-ленинцев. Не забывайте, товарищи: «Завещание» Ленина остается в СССР по-прежнему контр-револю- ционным документом, за распространение которого арестуют и ссылают. И это не случайно. Сталин ведет борьбу против ленинизма в международном масштабе. Не осталось ни одной почти страны в мире, где бы во главе коммунистической партии сегодня стояли бы те революционеры, которые руководили этими партиями при Ленине. Почти все они исключены из Коммунистического Интернационала. Ленин руководил четырьмя первыми конгрессами Коминтерна. Вместе с Лениным я вырабатывал все основные документы Коминтерна. На IV-м конгрессе (1922 г.) Ленин разделил со мной пополам основной доклад о новой экономической политике и перспективах международной революции. После смерти Ленина почти все участники, во всяком случае, все без исключения влиятельные участники первых четырех конгрессов исключены из Коминтерна. Везде и всюду во главе компартий стоят новые, случайные люди, пришедшие вчера из лагеря противников и врагов. Чтобы вести антиленинскую политику, надо было первым делом свалить ленинское руководство. Сталин сделал это, опираясь на бюрократию, на новые мелко-буржуазные круги, на государственный аппарат, на ГПУ, на материальные средства государства. Это произведено не только в СССР, но и в Германии, во Франции,

вИталии, в Бельгии, в Соединенных Штатах,

вСкандинавии, словом, почти во всех странах без исключения. Только слепец может не понятьсмыслтогофакта,чтоближайшиесотрудники и соратники Ленина в ВКП и во всем Коминтерне, все участники и руководители компартий в первые трудные годы, все участники и руководители первых четырех конгрессов, почти поголовно сняты с постов, оклеветаны и исключены. Эта бешеная борьба с ленинским руководством нужна сталинцам для того, чтобы проводить антиленинскую политику.

Когда громили большевиков-ленинцев, то партию успокаивали тем, что она отныне будет монолитной. Вы знаете, что партия сейчас более расколота, чем когда бы то ни было. И это еще не конец. На сталинском пути спасения нет. Можно вести либо устряловскую, т. е. последовательно-термидо- рианскую политику, либо ленинскую. Центристская позиция Сталина неминуемо ведет к накоплению величайших хозяйственных и политических трудностей и к постоянному разгрому и разрушению партии.

Еще не поздно изменить курс. Надо круто менять политику и партийный режим в духе платформы оппозиции. Надо прекратить постыдное преследование лучших револю- ционеров-ленинцев в ВКП и во всем мире. Надо восстановить ленинское руководство. Надо осудить и искоренить нелойяльные, т. е. недобросовестные и нечестные методы сталинского аппарата. Оппозиция всеми силами готова помочь пролетарскому ядру партии выполнить эту жизненную задачу. Бешеная травля, бесчестная клевета и государственные репрессии не могут омрачить наше отношение к Октябрьской революции или к международной партии Ленина. И той и другой мы остаемся верны до конца -- в сталинских тюрьмах, ссылке и изгнании.

Сбольшевистским приветом Л.Д. Троц-

кий

Константинополь. 29 марта 1929 г.

Л.Д. Троцкий

Сталинская

бюрократия и убийство Кирова

Ответ американским друзьям (Группа друзей обратилась к

т. Троцкому по телеграфу с просьбой высказать свое мнение по поводу убийства Кирова. Печатаемая ниже

статья и представляет собою ответ т. Троцкого на этот запрос. — Редакция.)

1. Грандиозная «амальгама» Убийство Кирова в течение нескольких

недель оставалось полной загадкой. Официально сперва сообщено было лишь о расстреле — в виде немедленной репрессии

— нескольких десятков террористов, прибывших из белой эмиграции через Польшу, Румынию и другие лимитрофы. Естественно напрашивалась мысль, что убийца Кирова принадлежал к той же организации контрреволюционных террористов.

17 декабря впервые сообщено было, что Николаев принадлежал ранее к ленинградской оппозиционной группе Зиновьева 1926 года. Само по себе это сообщение говорило очень мало. Вся ленинградская организация партии, за единичными исключениями, состояла в 1926 году в зиновьевской оппозиции и была представлена на 14-м съезде партии делегацией в которую входили все или почти все арестованные ныне бывшие зиновьевцы. С того времени все они, во главе со своим вождем капитулировали, затем повторили капитуляцию в более решительной и унизительной форме. Все они снова вернулись в состав советского аппарата. Указание на то, что Николаев, имя которого никому ничего не говорит, входил некогда в зиновьевскую группу, означало само по себе немногим более того, что в 1926 г. Николаев принадлежал к ленинградской организации партии.

Было, однако, ясно, что указание на «группу Зиновьева» сделано не случайно: оно не могло означать ничего иного, как подготовку судебной «амальгамы», т.-е. заведомо ложного пристегивания к убийству Кирова людей и групп, которые не имели и не могли иметь ничего общего с такого рода террористическим актом.

Метод этот не нов. Напомним, что еще в

1926 году, ГПУ подослало к никому неизвестному юноше, распространявшему издания оппозиции, своего штатного агента, служившего ранее в армии Врангеля, а затем обвинило оппозицию в целом в связях...

не с агентом ГПУ, а с «врангелевским офицером». Наемные журналисты перенесли тогда же эту амальгаму в западную печать. Ныне тот же прием применяется в неизмеримо более широком размере.

22 декабря ТАСС раскрыл скобки амальгамы, сообщив данные исключительно сенсационного характера. Помимо неизвестных лиц, привлеченных в Ленинграде к судебной ответственности по делу террориста Николаева, в Москве, в связи с тем же делом, оказались арестованы 15 членов бывшей «антисоветской» группы Зиновьева. ТАСС тут же сообщает, правда, что против семи из арестованных нет «достаточных данных для предания их суду», почему они передаются комиссариату внутренних дел на предмет административной расправы.

Перечислим, вслед за ТАССом, 15 арестованных в Москве, будто бы в связи с делом Николаева, членов партии: 1) Зиновьев, многолетний сотрудник Ленина по эмиграции, бывший член ЦК и Политбюро, бывший председатель Коминтерна и ленинградского Совета; 2) Каменев, многолетний сотрудник Ленина по эмиграции, бывший член ЦК и Политбюро, заместитель председателя Совнаркома, председатель Совета Труда и Обороны (СТО) и московского Совета. Оба названных лица, вместе со Сталиным, составляли в 1923 — 1925 г.г. правительственную «тройку»; 3) Залуцкий, один из старейших рабочих-большевиков, бывший член ЦК, бывший секретарь ленинградского комитета, председатель первой центральной комиссии по чистке партии; 4) Евдокимов, один из старейших рабочихбольшевиков, бывший член ЦК и Оргбюро, один из руководителей ленинградского Совета; 5) Федоров, один из старейших рабо- чих-большевиков, бывший член ЦК, председатель рабочей секции Совета во время октябрьского переворота; 6) Сафаров, один из старейших членов партии, прибыв-

ший с Лениным в «пломбированном» вагоне, бывший член ЦК и ответственный редактор «Ленинградской Правды»; 7) Куклин, один из старейших рабочих-большевиков, бывший член ЦК и ленинградского комитета; 8) Бакаев, один из старейших рабочихбольшевиков, бывший член Центральной Контрольной Комиссии, видный участник гражданской войны; 9 — 15) Шаров, Файвилович, Вардин, Горченин, Булак, Гертик, Костина, сплошь старые члены партии, работники подполья, участники гражданской войны, занимавшие чрезвычайно ответственные партийные и советские посты. Эти пятнадцать лиц обвиняются, не больше и не меньше, как в прикосновенности к убийству Кирова, причем, по разъяснению «Правды», целью их являлся захват власти, начиная с Ленинграда, «с тайным замыслом восстановления капиталистического режима». Позднейшие сообщения советских газет присоединили к пятнадцати арестованным «зиновьевцам» еще несколько лиц такого же партийного масштаба.

Первая версия, в силу которой Николаев представлялся всему читающему миру связанным с белыми эмигрантскими организациями, посылающими террористов через Польшу и Румынию, таким образом отпала. Николаев оказывается террористическим агентом внутрипартийной оппозиции, во главе которой стояли бывший председатель Коминтерна Зиновьев и бывший председатель Политбюро Каменев, сочлены Сталина по «тройке». Ясно, почему мы назвали сообщение ТАССа величайшей сенсацией. Мы можем теперь назвать его заодно и величайшей ложью.

2. Зиновьев и Каменев — террористы? У нас нет ни малейшего основания или

мотива защищать политику или личные репутации Зиновьева, Каменева и их друзей. Они стояли во главе той фракции, которая открыла борьбу против марксистского интернационализма, под именем «троцкизма»; они уперлись затем в бюрократическую стену, воздвигнутую при их руководящем участии; испугавшись дела рук своих,

они примкнули на короткое время к левой оппозиции и разоблачили фальшь и ложь борьбы против «троцкизма»; испугавшись трудностей борьбы против узурпаторской бюрократии, они капитулировали; вернувшись в партию, они заменили принципиальную оппозицию глухой фрондой; после нового исключения капитулировали вторично. Они отреклись от марксистского знамени и приняли покровительственную окраску, надеясь отстоять для себя место в переродившейся и задушенной аппаратом партии. Потеряв уважение, доверие и самую возможность борьбы, они оказались в конце концов жестоко наказаны. Не нам их защищать!

Но сталинская бюрократия судит их не за их действительные преступления, перед революцией и пролетариатом, ибо ее собственные ряды состоят в большом числе из жалких перебежчиков, на все готовых карьеристов и людей покровительственной окраски. Бюрократия хочет снова сделать своих низвергнутых вождей козлами отпущения за свои собственные грехи. Зиновьеву и Каменеву не хватило характера; но никто не считал их ни глупцами, ни невеждами. Остальные 13 перечисленных большевиков проделывали в течение 25, 30 и более лет опыт большевистской партии. Они не могли внезапно поверить в пригодность индивидуального террора для изменения социального строя, если допустить на минуту нелепость, будто они действительно стремились к «восстановлению капиталистического режима». Столь же мало могли они верить, что убийство Кирова, не игравшего, к тому же, никакой самостоятельной роли, может приблизить их к власти. Американские рабочие легче всего поймут безумие такой мысли, если представят себе на минуту, что левая оппозиция в тред-юнионах решит убить кого-либо из помощников Грина с целью... овладеть руководством в тред-юни- онах!

Сообщение ТАСС и само признает, по крайней мере, в отношении семи арестованных — Зиновьева, Каменева, Залуцкого, Евдокимова, Федорова, Сафарова,

Вардина, — что они, в действительности, не имеют отношения к делу Николаева. Но это признание сделано в такой форме, которую нельзя иначе назвать как бесстыдной. Сообщение говорит о «недостаточности доказательств», — как будто могут быть вообще доказательства заведомо ложного и немыслимого, по самой своей сути, обвинения? Произведя искусственное разделение арестованных в Москве старых большевиков на две группы и заявив, что в отношении одной из них не хватает доказательств, сталинская клика тем самым пытается придать видимость «объективности» так называемому следствию, чтоб сохранить за собой затем возможность заменить судебную амальгаму административной.

О действительных мотивах и обстоятельствах преступления Николаева мы знаем сейчас, после сообщения ТАССа, так же мало, как и до этого сообщения. Ссылки на то, что Киров пал жертвой мести за смещение Зиновьева с руководящих постов в Ленинграде, явно бессмысленны: с того времени прошло восемь лет, сам Зиновьев и его друзья успели дважды покаяться, «обиды» 1926 года давно успели поблекнуть перед событиями неизмеримо большей важности. Ясно: должны были быть гораздо более свежие обстоятельства, которые толкнули Николаева на путь террористического акта; и должны были иметься очень серьезные причины, которые заставили Сталина встать на путь чудовищной амальгамы, которая — независимо от того, достигнет ли она ближайшей практической цели или нет,

— сама по себе жестоко компрометирует правящую советскую группу.

3. Ради восстановления капитализма? Первый вопрос, который должен неиз-

бежно придти в голову каждому мыслящему рабочему, таков: каким образом могло случиться, что именно теперь, после всех экономических успехов, после того, как классы в СССР — по официальному заверению — «уничтожены» и социалистическое общество «построено», каким образом старейшие большевики, ближайшие

сотрудники Ленина, соправители Сталина, члены ордена «старой гвардии», могли поставить себе задачей реставрацию капитализма? Считают ли Зиновьев — Каменев и другие, что социалистический режим невыгоден для масс? Или же наоборот: ждут от капитализма личных выгод для себя и своего потомства? Каких именно выгод?

Только заведомые глупцы способны были бы думать, что капиталистические отношения, т.-е. частная собственность на средства производства, считая и землю, могли бы восстановиться в СССР мирным путем и привести к режиму буржуазной демократии. На самом деле капитализм мог бы — если вообще мог бы — возродиться в России только в результате свирепого контрреволюционного переворота, который потребовал бы в десять раз больше жертв, чем октябрьская революция и гражданская война. В случае низвержения Советов место их мог бы занять только ис- тинно-русский фашизм, перед зверством которого режимы Муссолини и Гитлера показались бы филантропическими учреждениями. Зиновьев, Каменев не глупцы. Они не могут не понимать, что реставрация капитализма означала бы прежде всего поголовное истребление революционного поколения, в том числе, разумеется, и их самих. Не может быть, следовательно, ни малейшего сомнения в том, что воздвигнутое Сталиным против группы Зиновьева обвинение ложно с начала до конца: и в отношении цели — восстановления капитализма, — и в отношении средства — террористических актов.

4. Преступление Николаева — не случайный факт

Остается во всяком случае тот факт, что правящая бюрократическая группа отнюдь не склонна расценивать преступление Николаева, как изолированное и случайное явление, как трагический эпизод. Наоборот, она придает этому акту настолько исключительное политическое значение, что не останавливается перед построением компрометирующих ее самое амальгам,

только бы поставить все виды оппозиции, недовольства, критики в один ряд с террористическими актами. Цель операции совершенно очевидна: окончательно запугать критиков и оппозиционеров — на этот раз уже не исключениями из партии или лишением заработка, даже не заключением в тюрьму или ссылкой, а расстрелом. На террористический акт Николаева Сталин отвечает усугублением террора против партии.

Неужели же — должны себя спросить с величайшей тревогой мыслящие рабочие во всем мире — положение советской власти так тяжело, что правящий слой, чтоб удержаться в равновесии, вынужден прибегать к такого рода чудовищным махинациям? Этот вопрос приводит нас к другому, который мы ставили десятки раз, но на который никогда не получали даже подобия ответа. Если верно, что диктатура пролетариата имеет своей задачей раздавить сопротивление эксплуататорских классов, — а это верно, — то ослабление господствующих ранее классов, тем более их «ликвидация», наряду с экономическими успехами нового общества, должны необходимо вести к смягчению и к отмиранию диктатуры. Почему же этого нет? Почему наблюдается процесс прямо противоположного характера? Почему так чудовищно выросло за время двух пятилеток всемогущество бюрократии и привело партию, советы и профсоюзы к полному подчинению и унижению?

Если судить только на основании партийного и политического режима, то пришлось бы сказать: положение Советов явно ухудшается, все большее напряжение бюрократического самодержавия выражает собою рост внутренних противоречий, который раньше или позже должен будет привести ко взрыву, с опасностью крушения всей системы. Такой вывод был бы, однако, односторонним и потому неправильным.

5. Социализм еще не построен, корни классов еще не выкорчеваны

Если мы хотим понять то, что происходит, мы должны прежде всего отбросить официальную теорию, согласно которой в СССР