1 Кохановская н с Несколько русских песен — «Рус беседа», т. 1, кн. 19 Мк i860, с 50

J Руднева А В Курские танки и карагоды, с 96—97.

ющие за ними девушки по принципу выворачивания рукава, так что последние становятся первыми. Новые танководницы, бывшие в прежнем построении в конце каждого ряда, становятся передни­ми и также делают ворота из «паясов», пропуская через них весь танок. Мужчины, находясь внутри «рукава» между девушками, придерживаясь своей девушки в ряду, поют и приплясывают. Оба ряда, двигаясь вперед, меняют на ходу построения» К

В ходовых танках существуют и другие построения. Но каки­ми бы фигурами ни выстраивались участники танка, в основном для всех исполняемых танков характерен быстрый темп песен, плясовой характер исполнения с разнообразными ритмическими притопами, с движениями поднятых вверх рук. Таким образом, манера исполнения во всех танках в основном остается одина­ковой.

Курские, южные ходовые танки по улице перекликаются с архангельскими хороводами «ходечами», которые исполняются также в движении вдоль улицы. Но как различен характер лю­дей, манера исполнения хороводов, их рисунок — построение и их лексика, какое различие между костюмами! Изменилась и задача хороводов. Если на Севере это смотрины невест, то на Юге это пляски вдоль улицы, в которых принимают участие не только девушки, как это принято на Севере, но все от мала до велика, желающие веселиться. Пришедшие с Севера переселенцы, конечно, принесли с собой северные хороводы, но здесь, на Юге, они изме­нились в рисунке, наполнились совершенно другим содержанием, приобрели иную манеру, характер и настроение.

Среди группы ходовых (проходных) танков есть, правда, очень небольшая, группа традиционных танков-шествий, которые от­личаются от всех других танков торжественным характером и спокойной манерой исполнения. Такие танки приурочивались к определенной праздничной дате (в основном к пасхальной неде­ле) и исполнялись лишь несколько дней в году. Участники шли линией, чинно, степенно, со всей обрядовой строгостью. Ритуаль­ные танки-шествия сопровождались своеобразными медленными песнями, такими, как «А летела пава» и «Ай, да в городе во Бе- леве». Но все же главными чертами всех южных, в том числе и курских, хороводов-танков, как исполняющихся на месте, так и в продвижении по улице, является их плясовой задорный харак­тер, интересный разнообразный хореографический рисунок. Все они сопровождаются быстрыми песнями, которые дают пляшущим настроение своим четким и острым ритмом.

Пляска

«Нам ли описывать русскую пляску, это создание души русского народа, эту поэзию в лицах, и особливо русскую пляску, не изученную, не чопорную, не прикрашенную чужезем­ными прыжками и кривляньями, но, как чистый голубь, излетев­шую из русского сердца, в первобытной ее простоте и красоте...»¹⁹.

Пляска является другим основным жанром русского народного танца. Это наиболее распространенный и любимый сейчас вид народного танца. Ритм нашей эпохи, боевой характер современной молодежи, дух соревнования соответствуют характеру русской пляски. Пришедшая к нам из глубины веков, она сохраняет свою

Рис. 27. Пляска «Во лузях». Олеография

основу, бытует в народе не как «музейный экспонат», а как живой

Г

одник многообразного народного хореографического творчества. 1ляска не является застывшей формой, она открывает большой Простор для индивидуального и массового творчества.

«И песни, и пляски, — писал М. И. Калинин, — создавались на­родом на протяжении десятилетий и даже столетий; народ остав­лял в них только самое ценное, бесконечно совершенствовал и доводил до законченной формы»2. Мастера-исполнители и по сей день совершенствуют пляски, вводя в них новые движения, разно­образя их композиционно. В плясках отражаются те новые отно­шения, которые возникли благодаря изменению быта и жизни наших современников. В древности пляски в основном носили обрядовый, культовый характер. Но со временем религиозное со­держание стало уходить из плясок и они приобрели бытовой характер.

Ни одно игрище, ни один народный праздник не обходились и не обходятся без плясок, неотъемлемой частью которых они явля­ются. Об этом свидетельствуют летописцы, путешественники, при­езжавшие в Россию, исследователи музыкального театра, русские писатели, которые часто вводили в свои произведения описания русской пляски.

Пляска состоит из ряда отдельных движений — элементов, кото­рые отличаются характерной манерой исполнения, имеют русский национальный колорит и отражают отдельные черты характера пляшущего человека. Кроме того, каждое движение в пляске на­полнено смыслом, и с помощью пластики исполнитель раскрыва­ет содержание пляски, создает тот или иной художественный об­раз. Все исполняемые движения подчинены ритму и темпу, а так­же характеру музыкального или песенного сопровождения. Все движения связаны воедино содержанием и сопровождающей ме­лодией.

Пляской можно выражать различные состояния человека: бур­ное веселье, лирическое настроение, восторг, любовь и т. д., но пляска —это прежде всего радость, здоровье, сила, это выход энер­гии пляшущего человека. «Плясать смолоду учись, под старость не научишься», «Ноги гнилы, так и пляски не милы», «Не тогда плясать, когда гроб тесать» — говорят в народе. И действитель­но, слабый, хилый, больной человек плясать не пойдет, да и не сможет.

Разнообразные движения, число которых во много раз увеличи­вается за счет импровизации исполнителей непосредственно в мо­мент танца,— характерная особенность русской пляски. У испол­нителя русской пляски очень выразительны руки, голова, плечи, бедра, лицо, кисти рук, пальцы и т. д. Пляска дает возможность раскрыть личные, индивидуальные черты характера — показать свою «выходку» (манеру исполнения). Каждый исполнитель мо­жет проявить в пляске свою изобретательность, свое мастерство, профессионализм, щегольнуть сложным, виртуозным «коленом». Многие виды пляски широко доступны каждому, кто любит тан­цевать. В пляске могут участвовать парни и девушки, мужчины и женщины, подростки и люди пожилые — было бы желание спля­сать.

Для мужской пляски характерны широта, размах, сила, удаль, виртуозность, ловкость, юмор, внимание и уважение к партнерше.

Женскую пляску отличают, как правило, плавность, величавость, благородство и задушевность, однако часто женская пляска испол­няется живо, с задором. В наше время она заметно усложнилась техническими «дробушками» и вращениями, сохраняя в то же вре­мя мягкость и женственность.

В различных областях России и мужская и женская пляска в зависимости от географического положения, климатических и жиз­ненных условий, а также характера труда отличается по манере исполнения. Так, например, северяне пляшут со свойственной им сдержанностью, а южане—с присущим им темпераментом и задо­ром. Пляски могут быть и с малым и с большим количеством уча­стников. Одни пляски исполняются только в медленном темпе, другие только в быстром. Есть и такие, которые начинаются в мед­ленном темпе, который постепенно ускоряется, а заканчиваются в очень быстром темпе. В некоторых видах плясок нередко отсут­ствует строго установленное хореографическое построение.

В каждой пляске есть свое содержание, сюжет, особенно это относится к групповым пляскам, которые чаще всего имеют свои традиционные темы и сюжеты, присущие той или иной местности. Более подробно о темах и сюжетах групповой пляски будет рас­сказано ниже в разделе «Групповая пляска».

Талантливые представители народа сочиняли и создавали мно­жество различных по построению, содержанию и значению быто­вых плясок. Каждая пляска, исходя из местных особенностей, име­ла свой стиль, свою манеру исполнения, тематику и своеобразную лексику. Но какую бы область или местность России мы ни взяли, как бы ни назывались пляски, каков бы ни был костюм исполни­телей— русская пляска прежде всего несет в себе многие черты русского национального характера. Пляска — зеркало души рус­ского человека, в ней проявляется и мужество, и молодечество, и задор, и лихость, и удаль, и широта, и задушевность, и лиризм, и веселье — целая гамма чувств и эмоций, свойственных всем рус­ским людям. Возьмем, к примеру, такие пляски, как «трепак» или более близкие к нам по времени «Камаринскую» и особенно «Ба­рыню». Созданные народом, они полюбились каждому русскому человеку и широко распространились по всей России, являя собой яркое эмоциональное выражение русского национального харак­тера.

Пляска родилась в хороводе и вышла из него, разорвав хоро­водную цепь н предоставив больший простор фантазии и индиви­дуальному мастерству исполнителей, усложнив техническую осно­ву, создав свои формы и рисунки, заменив хороводную песню пля­совой и различным музыкальным сопровождением.

Одной из отличительных особенностей пляски является еще большая, чем в хороводе, индивидуальная импровизация. Импро­визация составляет основу русской народной пляски, открывая перед исполнителем широкую перспективу самостоятельного твор­чества — свободное комбинирование разнообразных движений, их усложнение, сочинение новых и развитие старых вариантов. Но, высоко ценя изобретательность плясуна или плясуньи, народ ни­когда не поощрял только механическое усложнение пляски, а об­ращал особое внимание на выразительность, осмысленность, оду­хотворенность исполнения. В пляске сложные танцевальные дви­жения — колена — не самоцель. Истинное их назначение—соз­дать образ, выразить характер русского человека.

Пляска отличается от хоровода более богатой и более сложной лексикой танцевальных движений. Хотя в некоторых хороводах и существуют элементы припляса и даже пляски, исполнители, соединенные единой хороводной цепью, особенно в орнаменталь­ных хороводах, редко выделяют отдельного плясуна-солиста или солистов, так что в хороводе лексика — танцевальный язык — не­вольно ограничивается. В пляске же лексика значительно обога­щается, она включает в себя сильные технические дроби, «вере­вочку», «гармошку», различные присядки, хлопушки, припадания, верчения и другие разнообразные колена. Помимо обогащения лексики пляска дает возможность и для усложнения и разнообра­зия пространственного рисунка: лихие выходы парней, задорные проходки девушек, перебежки, разнообразные по рисунку пере­ходы пар и т. д. и т. п. — все это создает новые рисунки и пост­роения, присущие только пляске. Отличает пляску от хоровода и музыкальное сопровождение. Пляски идут не только под песню, как хоровод, а под аккомпанемент различных музыкальных инст­рументов, или же под песню в сопровождении музыкальных инст­рументов. Песни, под которые исполняются пляски, в основном быстрые, мелодии их ярко расцвечены акцентами и резко выра­женной активной ритмикой. Такие песни называются плясовыми, а в некоторых местностях «скорыми», «частыми», «разухабисты­ми» и т. д. Часто под одну и ту же песню в одной местности плясали, а в другой водили орнаментальный хоровод, например под песню «Как у наших у ворот». Так что плясовые и хоровод­ные песни где-то сближались, не всегда имея резко отличительные черты.

Для пляски брались как плясовые, так и хороводные, свадеб­ные, величальные и другие песни. Однако пляска требовала остро подчеркнутых ритмических акцентов. Исполнители и зрители де­лали это с помощью подголосков, подкрикивания, хлопков и раз­личных музыкальных инструментов.

Пляска еще более расширила свой диапазон, свои возможности, когда во второй половине XIX в. на основе местных традиций пля­совых и шуточных песен возник новый своеобразный жанр рус­ского песенного народного творчества — частушки и страдания. Короткие, в основном быстрые песенки-частушки или, как их назы­вают в различных областях России, «припевки», «коротушки», «тараторки», «прибаски» и т. д. и медленные попевки-страдания привнесли с собой новые ритмические напевы-—острые плясовые и своеобразные плавные.

Со временем, с появлением различных музыкальных инструмен­тов, пляска постепенно отделялась от песни, хотя и сейчас суще­ствуют пляски, исполняемые только под песни. В музыкальном сопровождении сохранялась мелодия песни, но подчеркивался ее ритмический рисунок, усиливались акценты, менялся темп. Все

это имело большое значение для дальнейшего развития пляски и ее обогащения. Инструментальное сопровождение давало более широкие возможности исполнителю, который подчинял свои дви­жения четкому музыкальному ритму.

Пляска может идти в сопровождении многих русских народных инструментов. Наиболее распространенные из них — балалайка, домра, гармошка, баян, а также гусли, кугиклы (или кувиклы), жалейка, рожок, ложки, трещотки и т. д. Часто несколько инст­рументов объединяются в небольшие группы — ансамбли или же в большие группы'—оркестры.

Инструментальное сопровождение — это еще одна особенность, отличающая пляску от хоровода. Оно дает не только больше про-

•^JJ^/^J }! i

А

н

§ г

| ||1 НИ

I > w

'■^-«адг-

v

Рис. 28. Древнерусские музыкальные инструменты: 1. Дудка. 2. Гудок. 3. Рожок. 4. Гусли. 5. Кувиклы (кугиклы)

стора для импровизации благодаря частой смене ритма и темпа, но и пробуждает фантазию исполнителя, позволяя «проверить» не только его изобретательность в техническом отношении, но и уме­ние быстро менять темпы и характер танца, то есть определить музыкальность исполнителя.

Иногда пляску сопровождают игрой на гребне, а в некоторых областях — «игрой на губах». Так, в Курской области, подражая жалейке, куряне «дадыкают» — «да, ды, ды, ды, ды, ды, да» — или же, подражая игре на кугиклах, «фифкают» — «фиф-фаф, фиф-фаф». Это «фифканье» распространено в Курской и Белго­родской областях. В Воронежской области звук более мягкий, там распространено «люндыканье» — «люн, люн, люн-ды-ды», в Си­бири же некоторые пляски исполняются так: все исполнители и стоящие вокруг зрители очень четко и ритмично выговаривают:

Ай чи, чи, ай чи, чи, Ай чи, чи, чи, чи, чи, чи.

А в Куйбышевской и Саратовской областях иногда пляшут под «Ай шу, шу, шу, шу, шу, шу». Иногда ритм пляски просто отхло­пывают в ладоши.

Выше мы говорили, что существует много видов русской пляски. Остановимся на наиболее распространенных, устоявшихся, име­ющих вековые исполнительские традиции и прочно вошедших в быт русского человека.

Одиночная (сольная) пляска

В одиночной пляске наиболее полно отражается индивидуальность, мастерство, изобретательность и актерское да­рование исполнителя. В ней раскрывается душа русского чело­века. Пляска — это самовыражение, полная самоотдача. Мужчина или женщина в любом возрасте могут выйти в круг и отдать свое умение плясать на суд многочисленных зрителей. Исполнители не только сами получают огромное удовольствие от пляски, но и сво­ей радостью и удалью всегда вызывают восторг зрителей, застав­ляя окружающих переживать, веселиться и подплясывать вместе с ними. Очень ярко говорится об этом в одной из русских песен:

Вышла на улицу Маша,

Заиграла вся улица наша!

Она стала плясать,

Парни песни играть,

А седые старики да подмигивати,

А молоды мужики ногой подергивати...

Одиночная пляска основана на импровизации исполнителя, по­этому она всегда очень индивидуальна, разнообразна и неповто­рима по своим движениям, манере исполнения, настроению. Ис­полнители одиночной пляски своими движениями кроме радости, удали и веселья могут передавать и глубокое любовное чувство, и юмор, и другие различные настроения и переживания. Муже­ственный и гордый характер исполнения одиночной пляски Пото­ка-богатыря на пиру у князя Владимира Красного Солнышка ярко описывает А. К. Толстой:

Но Поток-богатырь всех других превзошел, Взглянет — искрами словно обмечет; Повернется направо, что сизый орел, Повернется налево — что кречет; Подвигается мерно и взад и вперед, То притопнет ногою, то шапкой махнет, То вдруг станет, тряхнувши кудрями, Пожимает на месте плечами К

Иногда —чаще это делают плясуны-мужчины — в пляске изоб­ражается ленивый или подвыпивший человек. Так, в старинной, очень популярной одиночной пляске «Спиря» плясун часто подра­жал пьяному человеку. «Эта остроумная пародия на подвыпивше­го человека представляла собой фейерверк сложнейших, осмыс­ленных положений, чередовавшихся в самом причудливом рисун­ке и построенных главным образом на равновесии. Под аккомпа­немент балалайки, лиры или жалейки исполнитель демонстриро­вал образцы высокого мастерства. Он старался показать трезвым