Ослабление династии и усиление роли армии

После смерти Ли Хунчжана Юань Шикай сам стал фигурой «лихунчжановского» масштаба. Умный, хитрый, ловкий лицемер и царедворец, он постепенно шёл к верховной власти, до поры до времени заискивая перед Цыси, осторожно внедряя своих ставленников в государственный аппарат, действуя где подкупом, где интригами, а где и силой. В руководстве «новой армией» были только его сторонники и выдвиженцы.

Маньчжурская аристократия, разглядев, наконец, реальную угрозу со стороны Бэйянской армии, пыталась поставить её под свой контроль. Однако изменить сложившуюся ситуацию ей не удалось, власть над «новой армией» по сути перешла к китайцам. Отправив в 1907 году Юань Шикая в ссылку в его имение, маньчжуры безуспешно пытались взять Бэйянскую армию в свои руки. Между тем контроль Пекина над войсками на Юге и в долине Янцзы был ещё слабее. В Наньянской армии было много выходцев из старых войск, была слабее дисциплина. Среди солдат и унтер-офицеров было много членов тайных обществ или просто противников династии. Антиманьчжурские настроения органически переплетались с регионалистскими. Наньянские дивизии и бригады становились всё более ненадёжными, постепенно становясь потенциально антицинской взрывоопасной средой.

Возникновение чиновной оппозиции

Потенциальным противником династии Цин всё явственнее становилась китайская периферийная бюрократия, прежде всего номенклатура Южного Китая и провинций бассейна Янцзы. Эта молчаливая «южная оппозиция» была для маньчжуров не менее опасна, чем угроза со стороны «новой армии». «Боксёрская контрибуция» легла тяжёлым бременем на местные казначейства и население, резко усилив социальную напряжённость в провинциях. Уже в 1902 году произошёл конфликт династии с наместниками, отказывавшимися увеличить ставки поземельного налога. Укрепляя свои особые отношения с державами, наместники и губернаторы провинций обеспечивали себе фактическую независимость от центра. На словах заявляя о своей преданности династии Цин, они фактически становились всё более самостоятельными.

В ходе реорганизации административного аппарата 1906—1907 годов Цыси попыталась ограничить всевластие региональных правителей. Однако более 30 тысяч местных чиновников высшего, среднего и низшего звена продемонстрировали свою готовность отстаивать старые порядки и умело свели к минимуму все старания Пекина. Молчаливая схватка за власть 1906—1907 годов формально закончилась вничью, а фактически — крупным поражением маньчжурской династии. Не добившись укрепления своих позиций, цинский режим восстановил против себя провинциальную бюрократию и тем самым приблизил своё падение.

После смерти Цыси начался второй натиск маньчжурского «центра» на китайскую «периферию». На плечи периферийных лидеров и местных казначейств маньчжуры возложили все расходы по созданию и поддержанию «новых войск» в бассейне Янцзы и Южном Китае. В Пекине полагали, что кормить эти дивизии и бригады будет провинциальная бюрократия, а командовать войсками — маньчжурские князья. На практике же сложилась иная ситуация: дивизии и бригады Наньянской армии, а также созданные тогда же «охранные войска», оснащённые современным оружием, оказались по сути в подчинении наместников и губернаторов провинций, а не центра. Таким образом, военная реформа не ослабила, а усилила независимость местных правителей от Пекина, подорвав тем самым позиции маньчжуров.