47. Сознание и бессознательное. Роль интуиции .

Рациональное познание взаимосвязано не только с чувственным познанием, но и с различными психологическими и внерациональными его факторами. В структуре познавательного процесса, интерпретированного как исследовательская творческая деятельность, большую роль играет воображение, фантазия, эмоции, воля и другие познавательные способности субъекта. Среди них особое место принадлежит интуиции. Под интуицией обычно понимают такую познавательную способность, которая позволяет непосредственно усматривать истину без предварительных логических рассуждений и доказательств. В истории философии и психологии были обоснованы различные концепции и модели интуитивного познания. Оно понималось как «внезапное сверхчувственное озарение» (Платон); «прочное понятие ясного и внимательного ума, порождаемое лишь естественным светом разума» (Р. Декарт); «познание в виде чувственного созерцания» (Л. Фейербах); «скрытый бессознательный первопринцип творчества» (З. Фрейд) и др.

В современной эпистемологии и психологии интуиция трактуется как сложно структурированная познавательная процедура, соединяющая в себе рационально-дискурсивные и чувственно-иррациональные моменты познания. В структуре интуитивного акта выделяют ряд определённых этапов. К ним относятся:

а)инкубационный период, предполагающий накопление и аккумуляцию в сознании образов, идей, абстракций;

б)неосознаваемое перекомбинирование и систематизация накопленной информации;

в) более полное и точное уяснение задачи, которую необходимо решить;

г) неожиданное и непосредственное усмотрение искомого решения в форме интеллектуального прозрения или инсайта.

48. Проблема истины в философии.

Проблема истины как возможность достижения достоверного и адекватного знания о действительности была впервые осмыслена и сформулирована в античной философии. В своей классической форме вопрос об истине по существу артикулировал фундаментальную эпистемологическую проблему о соотношении мышления и бытия, сознания и объективного мира. Уже в философии Аристотеля была предпринята попытка специального анализа проблемы истины и обоснован вывод о том, что данное понятие должно употребляться для характеристики не вещей и предметов, а знаний о них. Причём истина понималась Аристотелем как такое знание, которое логически и содержательно соответствует действительному положению вещей. Эту мысль античный философ выразил предельно чётко и точно: «… истину говорит тот, кто считает разъединённое разъединённым и связанное – связанным, а ложное – тот, кто думает обратно тому, как дело обстоит с вещами».

Именно этот аспект эпистемологического отношения между знанием и действительностью был положен в основание классической концепции истины, согласно которой она интерпретировалась как соответствие знаний познаваемой действительности. Впоследствии британским философом ХХ в. Дж. Муром эта концепция истины была названа «корреспондентской теорией истины». Возникнув в античный период, классическая концепция истины стала доминирующей в теории познания. Это обстоятельство связано с тем, что она наиболее полно соответствовала природе и целям не только обыденного, но и специализированного научного и философского познания.

Центральными понятиями классической концепции истины являются: «соответствие» и «действительность». Соответствие знаний объектам и предметам понималось как их адекватное воспроизведение в идеально знаковой форме.Понятие «действительность» трактовалось как не только как характеристика того, что является элементом внешнего мира, но и всего того, что просто имеет место, существует.

Основные постулаты или принципы классической концепции были непосредственным

образом связаны с основоположениями эпистемологического реализма и исходили из

допущения о существовании объекта познания вне зависимости от субъекта и

состояний его сознания. В качестве важнейших основоположений классической

концепции истины выделяют следующие:

а) действительность, которая является предметом познания, в своём существовании не зависит ни от субъекта, ни от знания;

б) существует принципиальная возможность установить однозначное соответствие между знанием и действительностью;

в) имеется интуитивно ясный и однозначный критерий, позволяющий устанавливать соответствие либо несоответствие между знанием и действительностью;

г) классическая концепция истины является логически непротиворечивой системой знания.

В процессе исторического развития философии классическая концепция истины столкнулась с рядом принципиальных проблем, в результате осмысления которых все её базовые принципы и постулаты подверглись критическому анализу и осмыслению. К числу этих проблем необходимо отнести следующие вопросы и гносеологические затруднения:

а) вопрос о характере познаваемой действительности и формах её детерминации;

б) проблему характера соответствия знания действительности;

в) парадокс бесконечного регресса в решении вопроса о критерии истины;

г) проблему логических противоречий и самореферентных высказываний в структуре классической концепции истины.

Эти проблемы оказались неразрешимыми для классической концепции истины в её первоначальной «наивной» форме и стимулировали развитие теории познания в двух направлениях. Первое из них было связано с попытками усовершенствовать и развить классическую теорию истины, предложив различные версии решения её проблем. В рамках этого направления была обоснована диалектико-материалистическая концепция истины, в которой можно выделить три основных содержательных компонента: а) учение об объективной истине; б) учение об истине как процессе движения познания от относительной истины к истине абсолютной; в) учение о конкретности истины.

Программа усовершенствования и рационализации классической концепции истины была также предложена в семантической теории истины А. Тарского. Он предложил устранить логические противоречия в классической концепции истины за счёт строгого разделения языка науки на объектный язык и метаязык. Причём, согласно Тарскому, употребление понятий «истинно» и «ложно» в принципе невозможно в терминах объектного языка, а допустимо лишь в области метаязыка.

В рамках второго направления критики классической концепции истины были обоснованы её неклассические альтернативы. К основным из них относятся:

Когерентная (лат. cohaerentia – связь, сцепление) концепция истины (О. Нейрат, Р. Карнап, Н. Решер и др.). Согласно этой концепции истина есть свойство самосогласованности и логической непротиворечивости знаний.

Прагматическая (греч. pragma – дело, действие) концепция истины (Ч. Пирс, У. Джемс, П. Бриджмен и др.). В соответствии с принципами прагматизма истина понимается как полезность знания, его инструментальная эффективность для решения познавательных проблем.

Конвенционалистская (лат. conventio – соглашение) концепция истины (А. Пуанкаре, К. Айдукевич и др.). В рамках этой концепции истина интерпретируется как продукт соглашения внутри научного сообщества, определяемого свободным выбором понятийного и логического аппарата теории.

В современной философии проблема истины всё более ощутимо лишается своего объективно-онтологического статуса и рассматривается в контексте интерпретации ценностных и субъективно-личностных измерений сознания. В герменевтической традиции и аналитической философии доминируют формы лингвистического анализа истинности высказываний как конститутивных элементов языка науки.

Специального исследования заслуживает научная истина, которая имеет свою специфику, отличающую её от истин, полученных в формах обыденного познания. Научная истина – это такое знание, которое должно удовлетворять требованиям двоякого рода: а) соответствовать исследуемой предметной области; б) быть согласованным с важнейшими методологическими нормами и критериями научности.

Важно подчеркнуть, что истинное научное знание должно быть сформулировано в виде логически непротиворечивой, эмпирически обоснованной и принципиально проверяемой системы знания. Вместе с тем, научная истина, особенно в социально-гуманитарном познании, должна рассматриваться и исследоваться в контексте доминирующих социальных ценностей и универсалий культуры.