15. Культурная антропология э. Тайлора.

Антропологическое изучение культур является ядром, стержнем культурологического знания в целом. Такое изучение органично связано с исследованием истории культур, выделенных на основании периодизации фаз культурного развития (культура античного мира, средневековья, новоевропейская культура, культура постиндустриального общества), регионов распространения (культура стран Европы, Америки, Африки и т.д.) или ведущей религиозной традиции (даосийский, христианский, исламский, буддийский типы культуры...). Объектом исследования культурной антропологии являются, прежде всего, традиционные общества, а предметом изучения – системы родства, взаимоотношения языка и культуры, особенности пищи, жилища, брака, семьи, разнообразие экономических систем, социальной стратификации, значение религии и искусства в этнокультурных общностях.

Первую попытку определения культуры сделал английский этнограф Эдуард Бернард Тайлор (1832 – 1917), основоположник эволюционистской школы, который понимал культуру как сложное целое, слагающееся из “знаний, верований, искусства, нравственности, законов, обычаев и некоторых других способностей и привычек, усвоенных человеком как членом общества”.[1] Его заслугой является то, что он дал довольно широкое понимание культуры, которое охватывает большой круг жизненных общественных проявлений.

Культура в понимании Тайлора предстает как простое перечисление разнородных элементов, не связанных в систему. Кроме того, он утверждал, что на культуру можно смотреть как на общее усовершенствование человеческого рода. Именно эта идея и попытка переноса идеи Ч. Дарвина на общественное развитие легли в основу эволюционизма.

В подходе Тайлора к определению культуры заложена еще одна веха в становлении понятия культура. Это исследование соотношения понятий культура и цивилизация (от лат. civilis – гражданский, государственный). Цивилизация иногда выступает как уровень, ступень развития культуры. Тайлор не делает различий между культурой и цивилизацией, для него культура и цивилизация в широком этнографическом смысле - тождественные понятия. Это характерно для английской антропологии. Однако в немецкой (О. Шпенглер, А. Вебер, Ф. Теннис) и русской традициях (Н.А. Бердяев) цивилизация и культура противопоставляются.

16. Игровая концепция культуры (Хейзинга, Гессе, Ортега-и-Гассет).

1. Для современного понимания культуры весьма важной представляется игровая теория культуры, принадлежащая Й. Хейзинге, который считает игру основой и источником культуры. Он отмечает, что игра старше культуры, ведь основные черты игры уже присутствуют в мире животных. И все же игра перешагивает биологические рамки, присутствует во всех формах рациональной деятельности человека: искусстве, философии, праве и т. п.

В современной западноевропейской культурологической теории имеется существенный объем исследований, изучающих игровое начало в культуре.

И. Хейзинг (1872-1945) в книге «Homo ludens» («Человек играющий») (1938) повествует о сущности и значении игры как источника культуры. В «игровое пространство» автор помещает не только искусство, но и науку, юриспруденцию, быт, военное дело различных культурных эпох прошлого. Игровое поведение людей чаще всего реализуется в различного рода праздниках, карнавалах, мистериях, фестивалях, зрелищах, состязаниях, конкурсах и т. д.

Человеческая цивилизация, сформировавшая само понятие культуры, «не добавила никакого существенного признака общему понятию игры»

Хейзинга утверждает, что культура - это продукт «играющего человека». При этом ученый не имеет в виду, что культура происходит из игры в результате процесса эволюции. Более того, он отнюдь не считает, что первоначальная игра, путем различных модификаций, постепенно преобразовывалась в культуру. Размышления Хейзинга гораздо глубже. Дословно, в тексте книги это звучит так: «Культура возникает в форме игры, культура первоначально разыгрывается»

Не всякая игра может быть культуросозидающим фактором. Подлинная культура, по мысли Хейзинга, требует только «благородной игры».

Вытеснение игры из культуры, по мысли Хейзинга, началось с конца XVIII века, когда «духом общества стали завладевать трезвое, прозаическое понятие пользы... и идеал буржуазного благополучия».

2. Гессе Герман (1877-1962) – немецко-швейцарский писатель, теоретик игровой культуры, лауреат Нобелевской премии. Наиболее известные его произведения: “Степной волк” (1927) и “Игра в бисер” (1943), в которых он пишет о культурном бытии и о возможности сохранять духовность в царстве игры. Данный роман – это предупреждение писателя о будущей гибели великой гуманистической культуры.

В образе концепции “Игры в бисер” получила логическое окончание эстетическая традиция, заключающая в снятии жизненных противоречий в сфере свободной игровой деятельности.

В данном произведении все внимание Гессе сосредоточил на решении трех задач: 1. Глобальной критики нынешней буржуазной культуры (анализ отрицательных аспектов “феноменологии духа” ХХ века); 2. Актуализации классического культурного наследия (положительная “феноменология духа”, которая органически связанна с общим критическим аспектом, включающая в себя всю европейскую культуру, а затем перерастающая в духовный синтез Востока и Запада); 3. Постановки проблемы мировоззренческого обоснования культуры (культурного синтеза).

Действия романа происходят в XXIII веке в вымышленной провинции Касталии – особенном Педагогическом ведомстве,  царстве духовной самодисциплины и духовного достоинства, порядка и гармонии. Вследствие духовного кризиса, постигшего все человечество и приведшего его к эпохе, названной Гессе, “фельетонной”, данная провинция отделяется от внешнего мира. В своем произведении Гессе соединяет активную и созерцательную жизнь и населяет созерцателями  всю Касталию. Ее жители  это избранные, лучшие люди. Они огорожены от повседневных забот, не имеют семей и заняты исключительно “Игрой и бисер”, которую автор назвал “символической и многозначительной формой исканий совершенства”. Она появилась в среде интеллектуалов как музыкально-математическая игра, лежащая в основе духовных ценностей, схемами, образами, фигурами, языками, мелодиями, научными теориями и гипотезами. Мастер, владея игрой, теоретически может воспроизвести все духовное содержание мира.

От интеллектуальной поверхностной виртуозности игра вскоре превращается к созерцанию, медитации. Постепенно она превращается в своего рода богослужение без Бога, религиозной доктрины и какой-либо теологии.

3. Заслуживает внимания интерпретация игровых моментов в культуре XX века, предпринятая испанским философом X. Ортега-и-Гассетом (1889-1953).

В 1925 году им был опубликован ставший впоследствии знаменитым трактат «Дегуманизация искусства», котором философ наряду с анализом других проблем разрабатывает элитарную культурологическую концепцию. Все «недуги» европейской культуры, по его мнению, могут быть «исцелены» и устранены благодаря деятельности одаренной наибольшими нравственными и эстетическими способностями части общества - элиты. Элита, в понимании Ортеги, - это «творящее новую культуру меньшинство» общества, которое противостоит «косной материи исторического процесса», то есть заурядному социальному большинству. Культура «аристократов духа» (элиты) сосредоточена в сфере игровой деятельности, в которой отсутствуют утилитаризм, прагматизм, обыденность человеческого бытия, а сущность составляют спонтанность, импульсивность, порыв, жизненная активность, возвышение над природой. Здесь и возникает феномен культуры.

Игровой характер культуры позволяет человеку регулировать стратегию своего поведения в постоянно меняющихся жизненных ситуациях.