Либеральные партии

Либеральные партии в последние годы находятся в затяжном кризисе, обусловленном целым комплексом причин: это и «моральный износ» лидеров, и объективно перехваченная властью «повестка дня» (по крайней мере – в части социально-экономического курса), и снижение популярности «западнического вектора», с которым они ассоциируются, и давление на них со стороны «административного ресурса». Реализация модернизационной повестки дня создаст объективные предпосылки для роста популярности либеральных идей (свобода, права человека, частное предпринимательство и т.п.), однако на сегодняшний день ни одна из политических сил либеральной ориентации не способна воспользоваться открывающимися возможностями. «Яблоко» предпочитает «стратегию малых дел», сосредотачиваясь на выборах местных органов власти. Не стали полноценными партиями два новых проекта с либеральной программой. Демократическая партия выглядела откровенно спойлерским проектом в парламентской кампании и статистом в президентской. Несколько лучше выступила «Гражданская сила», но, выступив после парламентских выборов в качестве одной из четырех партий, выдвинувших кандидатуру Д.А. Медведева на президентский пост, практически не проявляла активности.

«Яблоко»

При всех объективных причинах и субъективных ошибках и пороках партии «Яблоко» среди причин его заката нельзя не упомянуть жесткий прессинг властей на его активистов. Ни память о былом финансировании «Яблока» руководителями ЮКОСа, ни участие отдельных активистов «Яблока» в уличных акциях непримиримой оппозиции не объясняют, тем более не оправдывают, ни снятия списков «Яблока» с выборов в двух регионах, где они имели реальные шансы на электоральный успех (Карелия и Санкт-Петербург), ни скандальных уголовных дел против активистов «Яблока» М. Резника (Санкт Петербург) и И. Большакова (Москва).

Очевидно, что причины давления на «Яблоко» различны. Регионы, где оно сохраняло шансы на успех, единичны, но и там партию снимали как конкурента (впрочем, сняли «Яблоко» и с выборов в Тверскую городскую думу в марте 2009 г., а в Петербурге на муниципальных выборах не было зарегистрировано 53% кандидатов, выдвинутых «Яблоком»), в остальных же случаях власть проявляет «превентивную нетерпимость» по отношению к партии, которая остается на принципиально критичных позициях по отношению к ней (в таком антиавторитарном стиле выдержана политическая платформа РОДП «Яблоко», принятая на XV съезде партии в июне 2008 г.)

Такое давление приносит свои плоды. Вряд ли им можно объяснить уход Г. Явлинского с поста председателя партии, но вызвавшее в «Яблоке» неоднозначную реакцию исключение лидера молодежной организации И. Яшина – явное свидетельство этого процесса.

«Правое дело»

Создание новой правой партии «Правое дело» имеет ряд положительных моментов. Де-факто исчерпывается конфликт с Кремлем, на который пошел СПС, столкнувшись с жестким административным давлением накануне и в ходе кампании 2007 г. Соответственно, правая либеральная партия возвращается в привычную для себя нишу «конструктивной оппозиции», что поддерживается, как показано выше, и большинством ее сторонников. Ликвидируются два заведомо нежизнеспособных спойлерских проекта.

Однако и проблем у новой партии немало: во-первых, в этом сегменте политического спектра не осталось ярких публичных лидеров, а в условиях России даже четкая идеологическая программа может не найти подхода к «своему» избирателю, если не будет озвучена привлекательным для него лидером. Во-вторых, либеральный избиратель достаточно ревниво относится к вопросу о самостоятельности «своей» партии: даже если ее позиция объективно носит провластный характер, он должен верить, что к такому решению партия пришла самостоятельно, а не «по указке сверху» – новой партии придется доказывать избирателю свою независимость от «патронов». В-третьих, фрагментация либерального лагеря с формированием новой партии сокращается, но не исчезает совсем, пока на этой площадке работает и «Яблоко», а общее число сторонников либеральной идеологии в России ограниченно.

Партия только создается, и какие-либо выводы делать преждевременно. К началу 2009 г. были созданы отделения в 73 регионах, объединяющие 56 тыс. членов. В 20–30 регионах процесс создания партии столкнулся с оппозицией активистов бывшего СПС, оспаривающих легитимность проведения региональных конференций, однако к моменту регистрации партии (20 февраля) конфликт в целом можно было считать исчерпанным (не в последнюю очередь благодаря тому, что экс-лидер СПС Н. Белых получил пост губернатора Кировской области, а один из лидеров протеста против новой партии М. Гайдар стала его советником).

Программное заявление новой партии имеет явные признаки преемственности по сравнению с СПС и выдержано в достаточно умеренных тонах.

Еще один параметр, который пока не позволяет оценить перспективу новой партии – кадровые условия объединения трех партий. Условия, поставленные СПС в ходе объединительного процесса, включали: исключение Барщевского и Богданова, «мягкий устав», право членов на свободу действий и высказываний, консенсус трех сопредседателей. Формально эти условия были выполнены. Однако ряд косвенных признаков свидетельствует о неблагополучии. В Москве не стал руководителем организации предприниматель Е. Чичваркин, причем даже до того, как он стал героем криминального скандала, в городе разгорался конфликт между кандидатом в председатели и установившими контроль над аппаратом партии близкими соратниками А. Богданова (организация так до сих пор и не создана); со скандалом проходило формирование организации «Правого дела» в Петербурге (см. «Коммерсант» от 19 декабря 2008 г.); в ряде регионов, преимущественно тех, которые достались «Гражданской силе», партийные организации возглавили члены «Единой России», в Калининграде, по сообщениям СМИ, губернатор лично наложил запрет на то, чтобы региональную организацию возглавил известный в области либеральный политик С. Гинзбург. Очевидно, что такой «нулевой цикл», столь откровенное вмешательство партии власти в формирование правой оппозиции вряд ли будут способствовать превращению ее в дееспособную политическую организацию. Резюмировать можно фразой, которую был вынужден произнести сопредседатель «Правого дела» Л. Гозман (отвечая на вопрос, почему ДПР продолжило существовать как общественная организация, а СПС этого не позволили): «Отношение к Богданову и ко мне может быть разным у тех лиц, которые принимают решения»⁴⁹.

Наглядным проявлением как старых (связанных с поиском компромисса между лояльностью и оппозиционностью), так и новых конфликтов внутри партии стала подготовка к выборам в городскую Думу Москвы: один из сопредседателей федеральной организации партии Б.Титов изъявил готовность вновь, как и в успешном для либералов 2005 г., войти в список «Яблока» (на сей раз из-за намеренно принятой нормы закона члены СПС были бы вынуждены формально выходить из партии на период кампании), ветераны «старого» СПС (Л.Гозман, Б.Надеждин) выступили с достаточно радикальной «антилужковской» платформой, а доминирующие в городской структуре партии сторонники Богданова, понимая, что остаются на «вторых ролях» ввиду неспособности сформулировать какую угодно политическую позицию, пролоббировали решение об отказе партии участвовать в выборах («Правое дело» выдвинуло кандидатов только в одномандатных округах). В итоге партия вышла из борьбы в важном и одном из наиболее либеральных по электоральным настроениям регионов, что серьезно омрачает перспективы ее дальнейшего развития.