23. Право владения. Его отличия от права собственности.

Владение – фактическое (соприкосновение с вещью) или хозяйственное (возможность всегда получить фактическое) господство лица (владельца) над вещью. Правовая категория владения (posessio) позволяла внешне зафиксировать принадлежность вещи конкретному лицу в конкретный момент времени. Римляне рассматривали владение одновременно и как право, и как факт.

Владение и держание. Помимо господства над вещью (corpus posessionis) для владения необходима также воля (намерение) лица владеть вещью для себя (animus posessionis). Если такой воли нет, то речь идет лишь о держании. Держателями по римскому праву являлись арендаторы, хранители и другие лица, которые обладали вещью, но у которых не было намерения владеть вещью за себя (от своего имени). Зависимые держатели не пользовались владельческой защитой, этим правом обладал только собственник данной вещи. Таким образом, владение и держание, не различающиеся фактически, существенно разграничивались в правовом смысле.

Виды владения: владение законное и незаконное, добросовестное и недобросовестное

1. Законное (титульное) и незаконное (беститульное), последнее могло быть добросовестным и недобросовестным. Добросовестным беститульное владение в римском праве признается в тех случаях, когда владелец не знает и не должен знать, что он не имеет права владеть вещью (например, лицо, приобретшее вещь от недобросовестного владельца, не знавшее о его недобросовестности). Примером недобросовестного владельца является вор. Только добросовестный владелец мог приобрести по давности право собственности, его ответственность смягчалась в случае предъявления иска собственником вещи.

2. Цивильное владение, преторское владение, иногда также выделяют владение по праву народов (ius gentium).

Характерные особенности процесса о владении вещью. Различие possessorium и petitorium. Преторские интердикты. Защиты добросовестного владения

Владение вещью защищалось при помощи петиторного или посессорного (интердиктного) процесса.

В петиторном процессе нужно было доказать право на владение вещью, что зачастую оказывалось затруднительным.

В посессорном процессе подавался, собственно говоря, не иск, а интердикт. При этом нужно было доказать только факт владения вещью и нарушение этого владения ответчиком. Посессорный процесс представлял собой упрощенный порядок владельческой защиты, в основе которого лежит презумпция законности предшествующего владения, которая на практике оказывалась соответствующей действительности в подавляющем большинстве случаев.

Виды владельческих интердиктов (interdict):

1. По цели: направленные на удержание владения и направленные на возврат владения.

2. По способу предполагаемого возврата вещи: направленные на насильственное отбирание вещи (если нарушитель сам отобрал вещь насильно) и направленные на добровольный возврат вещи (если вещь оказалась у нарушителя не в результате применения насилия, например, по отпавшему основанию).

24. Виды владения в Римском праве

Владение, имея в виду основание возникновения фактического господства над вещью, могло принимать четыре формы: две основные и две дополнительные. В первую очередь владение подразделялось на законное и незаконное, т.е. владение того, кто имел на это право, и того, кто этого права не имел. Законное владение (р. justa) — это владение собственника: он имеет право обладать вещью, обладает ею и знает, что имеет на это право; в случае фактического невладения собственник, или законный обладатель, имеет право вернуть вещь в свое законное владение. Незаконное владение (р. injusta) — это владение несобственника, возникающее по разным жизненным основаниям (не правовым, а именно жизненным, что давало толчок для их переосмысления правом). В зависимости от основания возникновения незаконного владения оно в свою очередь подразделялось на владение порочное, или недобросовестное (р. malae fidei), когда обладатель фактически вещью владеет, но не имеет этого права и знает, что не имеет этого права (попросту говоря, украл или иным образом присвоил вещь), и владение «в доброй совести». Добросовестное владение (р. bonae fidei) возникало тогда, когда обладатель вещи не имел права вещью владеть, поскольку у нее имелся собственник, но не знал, что не имеет этого права. Основание владения, единожды возникнув, не могло измениться: вор не мог стать добросовестным владельцем, даже если собственник вещи не предъявлял претензии или умер. «Никто себе самому основание владения изменить не может». Однако качество владения было существенно важно для его в дальнейшем правового признания: именно из незаконного, но добросовестного обладания вещью сформировалось особое вещное право — владение юридическое в котором соединялось фактическое обладание вещью, стремление удержать эту вещь в своем обладании и признание правом дозволенными таких стремлений в силу полезности оснований возникновения, однако до времени не считавшейся полноправной собственностью по формальным причинам.

Основания, по которым незаконное владение признавалось добросовестным, были строго определенными и перечень их в римском праве был исчерпывающим. Добросовестным считался захват брошенного, но неиспользуемого участка земли, причем земли италийской (исторической для Рима), когда собственник неизвестен или слыл отсутствующим по неопределенным причинам. Добросовестным обладанием вещью было ее приобретение без предписанных правом формальностей, если стороны не выдвигали друг другу претензий по поводу сделки между ними, и только отсутствие исполнения строго предопределенных правом условий для данной сделки не делало перед лицом закона происшедшее отчуждение переходом собственности. Добросовестным могло считаться владение и по причине материального порока вещи, когда приобретший вещь не знал, что приобретает эту вещь у несобственника (по общему принципу римского права, в абстрактном виде он не мог приобрести права собственности, поскольку продавший ее был вором или также не­законным добросовестным .владельцем); естественно, что ситуации, когда возникала необходимость обосновывать добросовестность своего обладания, были связаны со случаями претензий со стороны третьих лиц, прежде всего условных собственников вещи, выпустивших ее из своего фактического владения когда-то и теперь предъявляющих претензию на возвращение вещи или возмещение.