Вопрос 39

Римская сатира : Гораций, Ювенал. Оды, формы, стиль

Как литературный жанр сатира окончательно оформилась в творчестве Квинта Горация Флакка (65 - 8 гг. до н.э.). Поэтический путь Горация начался именно с опубликования "Сатир", первая книга которых вышла между 35 и 33 годами, а вторая - в 30 -ом году.

Сатирам Гораций стремился придать более цельный характер, чем у его предшественников, причем не только в стихотворном метре, навсегда закрепив за ними дактилический гекзаметр, но также и в содержании.

Самым существенным новшеством, внесенным Горацием в его сатиры, является то, что их автор, изучая и показывая реальную жизнь и людей, всячески использует насмешку и шуткудоброжелательный.Его художественный принцип, заявленный в начальной сатире, - "смеясь говорить правду", то есть через смех приводить к знанию.Чтобы сделать своего читателя более восприимчивым к критике, Гораций нередко задумывает сатиру как дружеский диалог между читателем и собой. Этого скупость томит,того честолюбие мучит.

Этому нравятся женщины; этому мальчики милы;

Этого блеск серебра восхищает, а Альбия - бронза...

Сатиры свои Гораций называет "Беседами" и определяет впоследствии как "беседы в стиле Биона". Действительно, некоторые сатиры первой книги (1,2,3) построены как рассуждения на морально-философские темы - о недовольстве судьбой и корыстолюбии, об обхождении с друзьями и.т.д.

Некоторые стихотворения имеют даже характер мимических сценок в повесттвовательной форме; такова, например, живая и динамичная встреча с болтуном , пронырой, желающим втереться в окружение Мецената.

В годы написания первого сборника Гораций находился в состоянии антагонизма с окружающим его миром. Однако потом общественное положение поэта стабилизируется , он приобретает известность в литературных кругах.

Наибольшей художественной законченностью отличаются те сатиры, в которых Гораций больше всего говорит о себе, о своих вкусах, стремлениях, жизненных встречах.Он не стесняется своего происхождения, с гордостью вспоминает отца-вольноотпущенника, и отнюдь не стремится предать забвению свое республиканское прошлое. Осуждая чужие пороки, он не скрывает собственных недостатков и иронизирует над строгими судьями, которые не замечают собственных ошибок.

Гораций посвящает немало строк своих сатир и высказываниям о том, каким должен быть стих:

Краткость нужна, чтобы речь стремилась легко и свободно,

Чтобы в словах не путалась мысль и ушей не терзала,

Нужно, чтобы слог был то важен, то кстати шутлив,чтобы слышен

Был бы в нем голос не только оратора или поэта,

Но человека со вкусом, который щадит свои силы,

Зная, что легкою шуткой решается важное дело

Лишь подчас и верней, чем речью суровой и резкой.

Вторая книга сатир Горация была издана в 30 - е годы до н.э., когда положение Горация в литературном мире уже упрочилось. Диалогические и монологические сатиры в книге чередуются : 2-ая и 6-ая, 3-я и 7-ая, 4-ая и 8-ая тематически перекликаются, образуя параллельный ряд.

Первая сатира книги посвящена сатирической поэзии. Если в первой книге Гораций противопоставлял свои сатиры Луциниевским, то здесь - сближает с ними :

Ну, а я вот люблю в стихи оправлять свои думы.

Как и Луцилий любил, - хоть он и обоих нас лучше.

Все свои тайны, как верным друзьям, поверял он листочкам.

Горесть ли, радость ли - к ним, к ним одним всегда прибегал он!

Всю свою долгую жизнь, как на верных обетных дощечках,

Старец в своих начертал сочиненьях. Его-то примеру

Следую я...

В сатирах второй книги Гораций занят поиском гармонии между собой и личностью. Это нашло отражение в форме и тоне новых сатир, в которых теперь уже решительно преобладает диалог. Одна из лучших сатир Горация - шестая - о сельской жизни.Гораций начинает сатиру , рассказывая о своих желаниях.Предел его стремлений - уединенная и независимая жизнь вдали от городского шума( "философия умеренности", эпикурейская мораль ) :

Вот в чем желания были мои: необширное поле,

Садик, от дома вблизи непрерывно текущий источник.

К этому лес небольшой! И лучше и больше послали

Боги бессмертные мне : не тревожу их просьбою боле,

Кроме того, чтобы эти дары мне оставил Меркурий.

Заканчивается эта сатира поучительной притчей о городской и полевой мыши Гораций учитывал не только литературные вкусы современного римского общества , но также и его духовные проблемы и интересы, он сделал сатиру жанром, целиком созвучным эстетическим запросам своего времени.

Ювенал.

Родился в правление Нерона(50-60 года 1в.).Первые стихи начал публиковать при Траяне.Написал 16 сатир, первые шесть - при Траяне, остальные - при Адриане.Ювенал выступил как сатирик - обличитель.При тех впечатлениях, которык римская жизнь приносит на каждом шагу, "трудно сатир не писать", "стих порождается возмущеньем".Задача сатирика формулируется ясно - обличать пороки своего времени, но в то же время Ю. говорит, что называть имена живущих небезопасно, поэтому он будет называть имена умерших.В отличие от "смеющейся" сатиры Горация, стихотв. Ю. принадлежат к числу негодующей сатиры. Ю. оперирует именами времен Домициана или даже Нерона, а из живущих называет только людей низкого соц. положения.Вместе с тем, автор дает понять, что его сатира, хотя и отнесенная к прошлому, направлена на настоящее. В тв-ве Ю. можно различить два периода.(1-9 сатиры).Поэт выбирает в это время острые темы, и сатира выступает против пороков и бедствий римской жизни, с иллюстрациями из хроники нескольких поколений.Большая сатира против женщин(6-ая) построена на прмерах из жизни представительниц высшего римского общества вплоть до императриц.Сатира содержит полный перечень недостатков, в число которых входит и отсутствие недостатков.

Во второй период тв-ва Ювенал обращается к морально - философским темам. Критика действительности приобретает более отвлеченный характер жалоб на моральный упадок, развращенную городскую жизнь; резкость тона ослабевает.Иногда пытается приблизиться к манере Горация(11-ая сатира, содержащая приглашение приятеля на загородную трапезу). Некоторые выражения Ювенала стали крылатыми, например, "В здоровом теле здоровый дух", "хлеба и зрелищ".

Своеобразна композиция сатир. Больше дорожит цепью образов, чем логической связью, резко переходит от одной темы к другой.Старается действовать средствами ораторского внушения.Ювенал - сатирик декламационного стиля.

Энеида: миф и современность в ней

У Вергилия миф всегда переплетен с реальностью, и испытания Энея являются лишь многозначительным началом уготованного роком римского величия.

Злоключения Одиссея были вызваны гневом Посейдона; странствия Энея обусловлены «злопамятным гневом лютой Юноны». Вражда Юноны (у греков Геры) к троянцам — гомеровская традиция, осложненная римской политической мотивировкой: Юнона — покровительница Карфагена, векового врага римлян. Композиционным образцом для первой половины «Энеиды» послужила та же «Одиссея». Повествование начинается с последних скитаний Энея, и предшествующие события даны как рассказ героя о его приключениях.

Эней и его спутники находятся в Ливии, неподалеку от строящегося Карфагена. Этот мощный город основан энергичной женщиной, царицей Дидоной, бежавшей из Тира после того, как ее любимый муж Сихей был вероломно убит ее же братом Пигмалионом. Она горячо сочувствует несчастьям Трои

Особенное впечатление производит на нее судьба Энея; вечером на пиру, беседуя с Энеем, она «впитывает в себя любовь» и просит, чтобы он подробно рассказал о своих злоключениях.

Этой экспозицией любви Дидоны к Энею заканчивается первая книга. По общему построению она воспроизводит схему 5 — 8 книг «Одиссеи»: плавание Одиссея, буря, поднятая Посейдоном, и прибытие в страну феаков, радушный прием у царя Алкиноя, в стране которого уже поют о Троянской войне, и просьба рассказать о приключениях. Вторая книга посвящена падению Трои. Тема эта («разрушение Илиона») не раз уже трактовалась в греческой поэзии, но Вергилию надлежало осветить традиционное сказание с точки зрения троянца и рассказать о событиях как о переживаниях одного лица — Энея, которому предание не приписывало к тому же видного участия в событиях. Книга начинается с повествования о деревянном коне: с праздничным ликованием вводят они в город рокового коня, а ночью греки уже вступают в Трою.

Третья книга — скитания Энея. Плавание Энея мыслилось одновременным со странствиями Одиссея и частично было приурочено к тем же местностям, но Вергилий, проводя троянцев мимо Скиллы и Харибды или острова киклопов, не дублирует гомеровских приключений.

Четвертая книга, наряду со второй, принадлежат к наиболее сильным и патетическим частям «Энеиды». Это – повесть о любви Дидоны к Энею.

Гордая царица Дидона — фигура «героического» уровня. Она полюбила Энея за его страдания, но она связана обетом верности покойному мужу и мучается сознанием загорающейся страсти. Борьба между чувством и долгом, победа чувства и любовное безумие — первый акт ее трагедии.

Пятая книга возвращает нас к «соревнованию» с Гомером: Эней, снова высадившийся в Сицилии, устраивает игры по случаю годовщины смерти Анхиса. Эта параллель к 23-й книге «Илиады», играм при погребении Патрокла, была вполне актуальна в Риме времен Августа.

Очень интересна шестая книга. Проплывая вдоль берега Италии, Эней делает остановку у города Кум. Здесь находился знаменитый оракул Аполлона, а неподалеку античное верование помещало вход в преисподнюю. Пророчица Сивилла дает предсказание о борьбе, которая ожидает Энея в Лациуме, а затем сопровождает его в царство мертвых для свидания с отцом Анхисом. Создавая параллель к 11-й книге «Одиссеи» (посещению царства мертвых

За «странствиями» наступают войны. Им посвящена вторая половина поэмы (книги седьмая — двенадцатая), составленная на материале италийских преданий и сведений об италийской древности и предназначенная быть римской параллелью к «Илиаде». Эней становится своего рода Ахиллом.

Царь Латин, правивший в Лациуме, узнает в пришельце Энее предназначенного оракулом жениха своей дочери Лавинии и дружелюбно принимает троянцев.

По наущению Юноны воспламеняет посватавшегося за Лавинию Турна, царя племени рутулов, и вызывает столкновение между сыном Энея Асканием и латинянами.

Восьмая книга открывается идиллией древнейших поселений на месте будущего Рима. Здесь, в простоте и бедности, властвует старый грек, Эвандр из Аркадии. К нему, в поисках союзников, отправляется Эней. Эвандр посылает с ним своего сына Палланта во главе небольшого отряда, а за более серьезной помощью рекомендует обратиться к этрускам. Таковы ничтожные начала Рима, и тут же изображение последующего величия: по просьбе Венеры Вулкан (у греков Гефест) изготовляет для Энея оружие и покрывает щит сценами грядущего — от волчицы, вскармливающей основателей Рима, до битвы при Акциуме и триумфа Августа (параллель к изготовлению доспехов Ахилла в 18-й книге «Илиады»). С девятой книги начинаются военные действия. В отсутствие Энея Турн осаждает троянский лагерь — это составляет содержание девятой книги. Один из лучших эпизодов ее — смелая ночная вылазка двух юных троянцев Ниса и Эвриала (ср. 10-ю книгу «Илиады»), отправившихся известить Энея; юношеская жажда славы, юношеская дружба и юношеский героизм получили прекрасное воплощение в образах обоих друзей, в их подвигах и гибели.

С возвращением Энея (десятая книга) начинается ожесточенная битва, в которой Паллант гибнет от руки Турна. Успех уже на стороне троянцев. подвиги и смерть Камиллы заполняют одиннадцатую книгу. Двенадцатая приводит к единоборству Энея и Турна, которое должно определить исход борьбы.

«Энеида» — поэма Италии. Самый Рим подается только в перспективе будущего.

С точки зрения Вергилия, как и всех его современников, гибель Трои и прибытие Энея в Италию были несомненными историческими фактами.

Взор Вергилии все время направлен на последующую историю Рима, и ее картины, вплоть до времен автора, даются в форме всевозможных пророчеств и предвидений (например, щит Энея или смотр душ в Элисии). Эта соотнесенность мифа с современностью, введение исторической перспективы в качестве перспективы грядущего – одна из важнейших особенностей Энеиды, резко отличающая ее от гомеровских поэм.

Оды

От архилохова стиля эподов Гораций переходит к формам монодической лирики. Теперь его образцы Анакреонт, Пиндар, Сапфо, в первую очередь Алкей, и Гораций видит свое право на литературное бессмертие в том, что он "первый свел эолийскую песнь на италийский лад". Первый сборник содержит стихотворения, написанные исконно греческими размерами: алкеевой строфой, сапфической, асклепиадовой и другими в различных вариациях. В сумме тринадцать строфических форм, и почти все они для латинской поэзии новые (только сапфическая строфа встречалась ранее у Катулла). В латинской трактовке греческих прототипов, обладающих "неродными" для латинского языка свойствами, Гораций обнаруживает метрическое мастерство, не превзойденное никем из последующих римских поэтов.

Оды отличаются высоким стилем, который отсутствует в эподах и от которого он отказывается в сатирах. Воспроизводя метрическое построение и общий стилистический тон эолийской лирики, Гораций во всем остальном идет по собственному пути. Как и в эподах, он использует художественный опыт разных периодов и часто перекликается с эллинистической поэзией. Древнегреческая форма служит облачением для эллинистически-римского содержания.

Отдельное место занимают т. н. "Римские оды" (III, 1 6), в которых наиболее законченно выражено отношение Горация к идеологической программе Августа. Оды связаны общей темой и единым стихотворным размером (излюбленной Горацием Алкеевой строфой). Программа "Римских од" такова: грехи отцов, совершенные ими во время гражданских войн и как проклятие тяготеющие над детьми, будут искуплены только возвращением римлян к старинной простоте нравов и древнему почитанию богов. "Римские оды" отражают состояние римского общества, вступившее в решающую стадию эллинизации, которая придала культуре Империи ясный греко-римский характер.

Любопытно, что ювелирно обработанная и "насыщенная мыслью", но сдержанная и бесстрастная лирика не встретила у современников того приема, которого ожидал автор. Её находили излишне аристократичной и недостаточно оригинальной (следует сделать вывод, что таково было мнение общей "образованной массы").

В целом оды проводят все ту же мораль умеренности и квиетизма. В знаменитой 30 Оде третьей книги Гораций сулит себе бессмертие как поэту; ода вызвала многочисленные подражания, из которых наиболее известны подражания Державина и Пушкина).