17. Творчество Екатерины II. Общая характеристика (Ксюша) по учебнику

(1729 – 1796)

Биография

Феномен Екатерины II - может быть, одно из самых поразительных и загадочных явлений русского XVIII века. Ее деятельность была весьма противоречива, переменчивость ее натуры часто отмечали современники и в России, и за рубежом, но на них на всех ее далеко не ординарная личность производила неизгладимое впечатление.

О ее семье и происхождении В.О. Ключевский писал о ней: "Екатерина была воспитана в очень тесной обстановке. Отец ее был строгий лютеранин, а мать непоседная и неуживчивая женщина, готовая принять участие во всяком темном деле, - ходячая интрига, воплощенное приключение; ей было везде хорошо, только не дома. На своем веку она исколесила почти всю Европу, служила Фридриху Великому по таким дипломатическим поручениям, за которые стыдились браться настоящие дипломаты, заслужила этим большой решпект со стороны великого короля, не заслужив денег, и незадолго до воцарения дочери умерла в Париже в очень жалком положении. Екатерина могла только благодарить судьбу за то, что мать ее редко бывала дома [ибо в воспитании дочери та] придерживалась самых первобытных педагогических приемов, и Екатерина сама признавалась, что приучена была за всякий промах ждать себе материнских пощечин".

Анализируя вопрос о том, насколько сама будущая российская императрица была готова к удивительному повороту в ее судьбе, Ключевский отвечает на него положительно. "Мир мелких северо-германских княжеств... воспитывал политических космополитов, которые думали не о родине, а о карьере, для которых родина была везде, где удавалась карьера. Голштинский дом в XVIII веке был по преимуществу таким питомником владетельного бродяжничества". Дочь штетинского губернатора жила в постоянном предчувствии своей блестящей будущности. Не случайно ей запомнилось, что один старый каноник в Брауншвейге предсказал ее матери: "На лбу вашей дочери я вижу по крайней мере три короны". Она получила только одну - корону Российской империи.

В 14 лет юная принцесса явилась в незнакомое ей общество в роли бедной невесты, но зато уже с готовой программой, о чем говорила позднее сама: "1) нравиться великому князю, 2) нравиться императрице, 3) нравиться народу". Сама Екатерина впоследствии вспоминала, как очень рано решила, что рано или поздно станет "самодержицей Российской империи", и шаг за шагом, с замечательной последовательностью шла навстречу этой цели.

Литературная деятельность

Большая часть ее произведений анонимна. Сама императрица в духе времени говорила о своем авторстве как о развлечении: "Свои сочинения я рассматриваю как безделицу, я любила пробовать себя в разных жанрах; мне кажется, что все мои опыты довольно посредственны, да и разве я придавала им какую-то важность? - просто я проводила свой досуг".

Перу Екатерины принадлежит большое количество художественных произведений самых разных жанров. Невзирая на труды и заботы государственного управления, она неизменно следовала твердому правилу - каждый день уделять время занятиям в библиотеке: с 7 до 9 утра и затем вечером по нескольку часов кряду. "Я не могу видеть чистого пера без того, чтобы не пришла мне охота обмакнуть оного в чернила; буде же еще к тому лежит на столе бумага, то, конечно, рука моя очутится с пером на этой бумаге", - говорила она.

1767 г. – перевод романа Мармонтеля «Велизарий» (одновременно с изданием "Наказа" государыни Комиссии по составлению нового Уложения, т.е. нового свода законов Российской империи)

Перевод был напечатан год спустя под заглавием "Велизер". Это была золотая пора екатерининского либерализма. Роман, избранный ею для перевода, был запрещен на родине его автора, во Франции. Там же вскоре был подвергнут строгой цензуре и запрету и "Наказ", что составляло тогда предмет особой гордости Екатерины, задумавшей удивить Европу своим свободомыслием.

Сатирическая журналистика

В 1769 г. Екатерина организует выпуск еженедельного издания "Всякая всячина", разрешив одновременно публиковать подобные журналы всем желающим. "Всякая всячина" выходила в течение двух лет с 1769 по 1770. Журнал редактировался секретарем императрицы Г.В. Козицким, в нем принимали участие ряд вельмож и несколько писателей, таких, как А.О. Аблесимов, И.П. Елагин, А.П. Сумароков. Екатерина же была - анонимно - и весьма деятельным автором, и своего рода "главным редактором" журнала.

Решение императрицы издавать периодические листки "Всякой всячины" было главным образом вызвано самой большой политической неудачей того времени - сложностями в работе Комиссии для составления Нового уложения 1767 г., деятельность которой была сначала свернута, а потом и вовсе прекращена, поскольку возникла серьезная депутатская оппозиция. Эту проблему Екатерины попыталась решить при помощи журналистики.

Одно за другим появляются новые периодические издания: журнал М.Д.Чулкова "И то и сё", В.Г.Рубана "Ни то ни сё", В.Тузова "Подёнщина", Ф.А.Эмина "Адская почта", "Полезное с приятным", "Смесь", состоявшая в первых номерах почти исключительно из переводов.

"Всякая всячина" постепенно приучала читателей к нравоучительно-развлекательному тону своих еженедельных листков. Время от времени в отдельных номерах появлялись материалы, разъяснявшие в иносказательной форме позицию Екатерины в отношении вопросов, интересовавших общественное мнение. Печатаются статьи, направленные против распространения среди придворных страсти властолюбия и корысти, против досаждавших императрице многочисленных любителей всяческих "прожектов". Все это было облечено в форму дружеских наставлений в духе мягкого урезонивания строптивых домашних или непослушных детей.

Резко ополчавшаяся против сатиры на лицо, Екатерина позволяет однако в своем журнале открыто потешаться над теми писателями, чьи позиции по тем или иным мотивам ее не устраивали. В качестве объекта для насмешек ею был выбран В.К.Тредиаковский, "Тилемахида" рекомендовалась на страницах "Всякой всячины" как средство от бессонницы.

Полемика с Новиковым

1 мая 1769 г. Н.И.Новиков выпустил первый номер своего журнала, который он назвал "Трутень", и с его появлением гегемонии "Всякой всячины" наступил конец. Полемическая направленность "Трутня" по отношению к журналу императрицы обнаружилась очень скоро.

В литературоведении отмечалась зависимость екатерининской "Всякой всячины" от английских сатирико-нравоучительных журналов. Излюбленными формами журнала Екатерины были бытовые очерки, нравоописательные эссе, а также система обмена письмами со своими действительными или мнимыми корреспондентами. Острой сатиры императрица избегала, предпочитая ей проникнутые терпимостью дружеские увещевания. Отсюда проистекала своеобразная "интимность", камерность форм екатерининской сатиры.

У Новикова на первом месте оказывается прямо противоположное. Его сатира направлена на наиболее острые и болезненные социальные явления. Отсюда - формы, рассчитанные на максимальное расширение читательской аудитории, на привлечение массового читателя к обсуждению животрепещущих вопросов жизни. Для этого сатирические произведения заключались в те формы повседневного культурного обихода, которые были доступны каждому: в формы газетного объявления или рецепта больному, толкового словаря или случайно попавшего в руки корреспонденту "Трутня" документа или письма, сопровожденного репликами издателя.

Важным пунктом литературной полемики "Всякой всячины" и "Трутня" был пункт о задачах и характере сатиры.

"Всякая всячина" сформулировала свои задачи так: "добрый вкус и здравое рассуждение... одною рукою прогоняют дурачества и вздоры, а другою доброе поколение Всякия всячины за руку ведут". Но цель эту можно было осуществлять двояко: направляя острие сатиры на "порок" и не касаясь конкретных носителей порока, и высмеивая порочных людей и тем самым поражая порок. На языке сатирических писателей того времени эти две возможности обозначались терминами сатира "на порок" и сатира "на лицо". Екатерина была сторонником первого метода, Новиков - второго.

Комедии

1772 г. – комедия «О время!»

Главные героини - пожилые женщины Ханжахина, Чудихина и Вестникова - постоянно выражают недовольство всем и вся, в том числе и действиями правительства, распускают нелепые слухи, находятся во власти предрассудков. Изображая своих противников в карикатурных образах, Екатерина особенно подчеркивает, что все это - люди старого поколения, родившиеся еще в петровскую эпоху, отсталые, неспособные понять новые веяния и требования.

1772 г. – комедия «Именины госпожи Ворчалкиной»

В ней расширяется круг осмеиваемых персонажей. В комедии представлены не только ворчливые и вздорные старухи, но и петиметр, прожектер, промотавшийся бездельник и др., причем все эти персонажи рисуются в подчеркнуто карикатурных тонах. По наблюдениям исследователей, такое обилие действующих лиц не оправдано сюжетом, но чувствуется, что для Екатерины в данном случае важно было не соблюдение принципов сценичности и художественной логики, а политическая полемика: с каждым из отрицательных персонажей у нее были связаны какие-то определенные неприязненные ассоциации, которые современникам были понятнее, чем нам; с каждым из отрицательных персонажей она сводила какие-то счеты.

1772 г. – комедия «Передняя знатного боярина»

В ней фактически нет сюжета, она содержит изображение различных просителей, собравшихся в передней знатного боярина Хрисанфа. Сам боярин даже не появляется на сцене, но не потому, что автор хочет осмеять его за это, а потому, что цель комедии - показать именно этих просителей, а ее мораль отчасти заключается и в том, насколько удручающе печальна участь высокопоставленного правительственного чиновника, поскольку ему суждено постоянно иметь дело с такими людьми.

- комедии у Екатерины II лишены интриги

Дидактические сказки

К началу 80-х гг. относится написание дидактических "Сказки о царевиче Хлоре" и "Сказки о царевиче Февее". Сказки были созданы для маленьких внуков Александра и Константина. В связи со второй исследователи отмечают, что даже в педагогическом жанре императрица не свободна от любовного чувства, поскольку в образе наставника царевича Февея, вельможи Решемысла она рисует восторженно-панегирический портрет своего фаворита Г.А.Потемкина. Во второй рассказывается, как русского царевича Хлора похитил киргизский хан. Хан, решив "заподлинно узнать, правда ли слышанное" о Хлоре, т.е. что он - "дитя разумное", повелел ему найти "цветок розу без шипов чтоб не колется" - символ добродетели. Хлору помогла в его задаче ханская дочь Фелица; в конце концов Хлор, руководимый сыном Фелицы - Рассудком, взобрался на гору на вершине которой он и нашел розу без шипов. Этой сказке суждено будет сыграть чрезвычайно важную роль в истории русской литературы, когда ее образность будет использована Г.Р. Державиным в его знаменитой оде "Фелица".

Трагедии

В ходе подготовки отдельного издания своего исторического труда "Записок касательно российской истории" Екатерина решила представить отдельные сцены русской истории на сцене.

Екатерина собиралась написать монументальную историко-драматическую хронику, состоящую из нескольких пьес. Размышляя над драматургическим и сценическим воплощением этого замысла, она приходит к отказу от строгих классицистических норм.

В 1786 г. появляется анонимно изданная пьеса "Подражание Шакеспиру, историческое представление без сохранения феатральных обыкновенных правил, из жизни Рюрика". В условиях XVIII в. отказ от "сохранения феатральных обыкновенных правил" как раз и означал несоблюдение канонов классицизма. С этой пьесой связано появление в русской литературе темы Вадима Новгородского, возглавлявшего, согласно летописной легенде, восстание древних новгородцев против Рюрика.

Однако в екатерининской трагедии особое внимание уделяется другому событию - собственно призванию новгородцами варяжских князей Рюрика, Синеуса и Трувора.

Трактовка летописных известий подчиняется доказательству вполне определенной идеологической концепции. В пьесе нет ни слова о вечевом правлении древнего Новгорода, этом символе исконной вольности новгородцев в их борьбе с великокняжеской властью в последующие века. Протест Вадима идеологически не обоснован и является результатом своеволия, честолюбия и молодого задора, но в финале он оказывается вынужденным признать нравственную победу Рюрика.

Доказывая историческую неизбежность на Руси монархии, Екатерина подкрепляла эту мысль утверждением об исконно присущих русскому народу послушании и покорности своему государю. Кроме того, задача автора состоит в том, чтобы показать, что справедливый, приверженный законности иноземец в любое время будет предпочтительнее своего государя, если он сеет в народе смуту и беспорядки.