16. Австрийская литература первой половины XX века. Феномен пражской немецкоязычной литературы.

------------------------------------------------------------------------------

_{В немецкоязычных литературах Австрии и Швейцарии после первой мировой войны и до наших дней намечается ряд черт, отличающих их от развития литературы Германии, Выдвигается ряд писателей, достигших мирового признания, поставивших проблемы специфически национальные, превратившиеся в проблемы мирового значения. Острое ощущение исторической бесперспективности капиталистического мира, преследующее многих писателей этих стран, заставило их видеть в их странах «модель мира» (Ф. Кафка, Р. Музиль, М. Фриш, Ф. Дюрренматт).}

_{Писатели Австрии и Швейцарии стали свидетелями и летописцами краха Австро-Венгерской империи и угрозы развала швейцарской конфедерации из-за разъедавших ее прогерманских и профранцузских тенденций, аншлюса Австрии и политико-экономической интеграции Швейцарии, осуществляемой фашизмом, классовой борьбы пролетариата и сопротивления передовых сил нации фашизму.}

_{Своеобразным явлением культуры была пражская немецкая литература, существовавшая с начала века до исхода второй мировой войны, оставившая яркий след в истории литературы, выдвинувшая ряд писателей, завоевавших мировую известность (Р. М. Рильке, Ф. Кафка, Ф. Верфель, Э. Э. Киш). Писателей из Праги объединяло неприятие германского шовинизма (чем они резко отличались от националистической областнической «судетско-немецкой литературы»), австрийской правительственной системы, симпатия к чешскому национально-освободительному движению, связь с традициями славянских культур. В силу особого «межнационального» положения они острее других ощущали крах обреченной общественной системы.}

_{Основные представители:}

_{Франц Кафка («Процесс», «Превращение»)}

_{Карл Краус («Последние дни человечества»)}

_{Роберт Музиль («Человек без свойства»)}

_{Стефан Цвейг («Нетерпение сердца», «Малая хроника»)}

16. Своеобразие художественного метода ф. Кафки. Роман «Процесс» в контексте его творчества.

------------------------------------------------------------------------------------------------

_{С поразительной чуткостью запечатлевал Ф. Кафка усиливающееся отчуждение человека в капиталистическом мире, стремясь пробудить в людях сознание их отчужденности. Человек в его изображении напоминает преследуемое животное, обреченное на гибель.}

_{Создание романа «Процесс» сопровождалось на всём своём протяжении (с лета 1914 по январь 1915 года) важными событиями в жизни автора. В июле 1914 года Кафка разорвал свою помолвку с Фелицией Бауэр. Начинается Первая мировая война. Начиная с осени Франц Кафка впервые живет в отдельной от своих родителей комнате.}

_{«Процесс» — уникальная книга Франца Кафки, которая фактически «создала» его имя для культуры мирового постмодернистского театра и кинематографа второй половины XX века — точнее, «вплела» это имя в идею постмодернистского абсурдизма. Страшная и пленительно-нелепая история «Процесса» — история, что начинается с «ничего нелепости» и заканчивается «ничем смерти». Интересно, что Кафка не оставил никаких подсказок, по которым можно было бы как-то воссоздать фабулу романа. Все главы не были пронумерованы и содержались в отдельных конвертах.}

_{Банковский прокурист Йозеф К. в день своего рождения оказывается неожиданно арестованным властями без указания его вины. Так начинается роман «Процесс» (1914-1915), чье содержание составляет сопротивление Кафки анонимному судопроизводству, за которым стоит «огромная организация», «при абсолютной бессмысленности всей системы в целом», не выносящая ни одного оправдания, бесполезная настолько, что ее «мог бы вполне заменить один палач». За городом, в каменоломне, залитой лунным светом, посыльные суда вонзают в сердце Йозефа К. длинный мясницкий нож. Он виновен и казнен потому, что уверовал в право, отказался принять неправый закон, приспособиться к бесчеловечности. И все же он покорно согласился следовать к месту казни.}

_{Все это время он пытается выяснить причину своего ареста, но никак не добьется правды от окружающей его бюрократии. В одной из сцен тюремный священник, которого Йозеф К. встретил в соборе, рассказывает ему притчу «У врат закона», символизирующую попытки К. добиться правды от организации.}