§ 1. Проблемы типизации социалистич. И постсоциалистич. Правовых систем 463

вовой картины мира выпадает «нормативный регион и соответственно правовая общность, образуемая странами в основном славянского этнического происхождения, относимыми в свое время к социалистической правовой семье»⁷²⁸[22].

«Для исправления создавшегося положения» и устранения пробелов, возникших в типологии правовых систем, автор предлагает ввести новые, уточненные критерии.

В традиционной для нашей науки классификации семей «на семьи общего, романо-германского (континентального), традиционно-обычного, религиозного и социалистического права», пишет В.Н. Си-нюков, «использовалось сразу несколько, довольно разнохарактерных критериев – от технико-юридических до социально-экономических и идеологических». Такая классификация «соответствовала устоявшимся научным подходам и главное – государственно-правовым реалиям мира». Поэтому она была общепризнанной в литературе⁷²⁹[23].

Однако, в настоящий период данная типология, по мнению автора, «нуждается в определенных уточнениях, вытекающих из новой политической, социально-экономической и духовной ситуации, сложившейся в правовом мире в связи с распадом СССР, европейской социалистической системы, эволюцией общественно-политического строя стран, входивших в зону социалистического права»⁷³⁰[24].

К числу такого рода «определенных уточнений» относится рассмотрение в качестве самостоятельной группы национальных правовых систем славянской правовой семьи.

Основным доводом в пользу выделения ее как относительно обособленной правовой семьи является наличие славянской правовой общности, базирующейся на «значительной культурно-исторической специфике правовых ценностей славянских стран», на глубоких «национальных, духовных, исторических, социальных и юридических основаниях в правовой культуре России и ряда восточно-европейских стран»⁷³¹[25].

В качестве важнейшего фактора при этом рассматривается «самобытность славянской правовой семьи и прежде всего российской правовой системы», которая обусловлена «не столько технико-юридическими, формальными признаками, сколько глубокими социальными, культурными, государственными началами жизни славянских народов».

464 Глава XVIII. Правовые системы социалистам и постсоциалистич. Стран

К таким началам В.Н. Синюков, а вслед за ним и другие авторы⁷³²[26], относят следующие.

Во-первых, самобытность русской государственности, «не поддающаяся элиминации даже после длительных и массированных включений иностранных управленческих и конституционных форм. Для русского права всегда была исключительно важной связь с государством».

Во-вторых, особые условия экономического прогресса, для которого характерна опора на коллективные формы хозяйствования: крестьянскую общину, артель, сельскохозяйственный кооператив, которые основывались на специфической трудовой этике, взаимопомощи, трудовой демократии, традициях местного самоуправления.

В-третьих, формирование особого типа социального статуса личности, для которого свойственно «преобладание коллективистских элементов правосознания и нежесткость линий дифференциации личности и государства».

И, в-четвертых, тесная связь традиционной основы права и государства «со спецификой православной ветви христианства с ее акцентами не на мирском жизнепонимании Бога и человека (католицизм) и тем более благословении стяжательства (протестантизм), а на духовной жизни человека с соответствующими этическими нормами (нестяжание, благочестие и т.д.)»⁷³³[27].

Идея выделения славянской правовой семьи наряду с другими правовыми семьями на основе новых, «уточненных» критериев, несомненно, заслуживает всяческой поддержки, дальнейшего изучения и развития. Те государственные, социально-экономические, духовные, этнические, религиозные и иные факторы – «начала», которые обусловливают общность правовых систем славянских народов и их самобытность по отношению к правовым системам других стран, не только не могут умалчиваться или игнорироваться в процессе типологии правовых систем, но, наоборот, должны всячески учитываться.

Речь при этом идет об общности и самобытности не только правовых систем славянских народов, но и национальных правовых систем других стран. Однако, вводя этнические, религиозные и иные «уточненные» критерии в отношении процесса выделения в отдельную правовую семью национальных правовых систем славянских народов, мы должны будем проделать то же самое (для того, чтобы быть последовательными) и в отношении правовых систем народов других стран