Лекции 12-14. И.С.Тургенев. Обзор творчества. Художественное своеобразие цикла «Записки охотника». «Отцы и дети». Нигилизм как «нравственная болезнь». Генезис образа «лишнего человека».

Русский писатель, член-корреспондент Петербургской Академии Наук (1880). Мастер языка и психологического анализа, Тургенев оказал существенное влияние на развитие русской и мировой литературы.

Родился 28 октября (9 ноября н.с.) в Орле в дворянской семье. Отец, Сергей Николаевич, отставной гусарский офицер, происходил из старинного дворянского рода; мать, Варвара Петровна, — из богатой помещичьей семьи Лутовиновых. Детство Тургенева прошло в родовом имении Спасское-Лутовиново. Рос он на попечении "гувернеров и учителей, швейцарцев и немцев, доморощенных дядек и крепостных нянек".

С переездом семьи в Москву в 1827 будущий писатель был отдан в пансион, провел там около двух с половиной лет. Дальнейшее образование продолжал под руководством частных учителей. С детства он знал французский, немецкий, английский языки.

Осенью 1833, не достигнув пятнадцатилетнего возраста, поступил в Московский университет, а в следующем году перевелся в Петербургский университет, который окончил в 1936 по словесному отделению философского факультета.

В мае 1838 он уехал в Берлин слушать лекции по классической филологии и философии. Познакомился и сдружился с Н. Станкевичем и М. Бакуниным, встречи с которыми имели гораздо большее значение, чем лекции берлинских профессоров. Провел за границей более двух учебных лет, сочетая занятия с продолжительными путешествиями: объездил Германию, побывал в Голландии и Франции, несколько месяцев жил в Италии.

Вернувшись в 1841 на родину, поселился в Москве, где готовился к магистерским экзаменам и посещал литературные кружки и салоны: познакомился с Гоголем, Аксаковым, Хомяковым. В одну из поездок в Петербург — с Герценым.

В 1842 успешно сдал магистерские экзамены, надеясь получить место профессора в Московском университете, но, поскольку философия была взята под подозрение николаевским правительством, кафедры философии были упразднены в русских университетах, стать профессором не удалось

В 1843 Тургенев поступил на службу чиновником "особенной канцелярии" министра внутренних дел, где служил в течение двух лет. В этом же году состоялось знакомство с Белинским и его окружением. Общественные и литературные взгляды Тургенева определялись в этот период в основном влиянием Белинского. Тургенев публиковал свои стихотворения, поэмы, драматические произведения, повести. Критик направлял его работу своими оценками и дружескими советами.

В 1847 Тургенев надолго уехал за границу: любовь к знаменитой французской певице Полине Виардо, с которой он познакомился в 1843 во время ее гастролей в Петербурге, увела его из России. Три года прожил он в Германии, затем в Париже и в поместье семьи Виардо. Еще до отъезда отдал в "Современник" очерк "Хорь и Калиныч", который имел шумный успех. Следующие очерки из народной жизни публиковались в том же журнале на протяжении пяти лет. В 1852 вышли отдельной книгой под названием "Записки охотника".

В 1850 писатель возвратился в Россию, в качестве автора и критика сотрудничал в "Современнике", ставшем своеобразным центром русской литературной жизни.

Под впечатлением смерти Гоголя в 1852 он опубликовал некролог, запрещенный цензурой. За это был арестован на месяц, а затем выслан в свое имение под присмотр полиции без права выезда за пределы Орловской губернии.

В 1853 было разрешено приезжать в Петербург, но право выезда за границу было возвращено только в 1856.

Наряду с "охотничьими" рассказами Тургенев написал несколько пьес: "Нахлебник" (1848), "Холостяк" (1849), "Месяц в деревне" (1850), "Провинциалка" (1850). Во время ареста и ссылки создал повести "Муму" (1852) и "Постоялый двор" (1852) на "крестьянскую" тему. Однако его все больше занимала жизнь русской интеллигенции, которой посвящены повести "Дневник лишнего человека" (1850); "Яков Пасынков" (1855); "Переписка" (1856). Работа над повестями облегчила переход к роману.

Летом 1855 в Спасском был написан роман "Рудин" и в последующие годы романы: в 1859 — "Дворянское гнездо"; в 1860 — "Накануне", в 1862 — "Отцы и дети".

Ситуация в России быстро менялась: правительство объявило о намерении освободить крестьян от крепостной зависимости, началась подготовка реформы, порождая многочисленные планы предстоящего переустройства. Тургенев принимал активное участие в этом процессе, стал негласным сотрудником Герцена, посылая обличительный материал в журнал "Колокол", сотрудничал и с "Современником", собиравшим вокруг себя главные силы передовой литературы и публицистики. Литераторы разных направлений поначалу выступали единым фронтом, но скоро появились острые разногласия. Произошел разрыв Тургенева с журналом "Современник", причиной которого стала статья Добролюбова "Когда же придет настоящий день?", посвященная роману Тургенева "Накануне", в которой критик предсказывал скорое появление русского Инсарова, приближение дня революции. Тургенев не принял подобной трактовки романа и просил Некрасова не печатать эту статью. Некрасов стал на сторону Добролюбова и Чернышевского, и Тургенев ушел из "Современника". К 1862 — 1863 относится его полемика с Герценым по вопросу о дальнейших путях развития России, приведшая к расхождению между ними. Возлагая надежды на реформы "сверху", Тургенев считал необоснованной веру Герцена в революционные и социалистические устремления крестьянства.

С 1863 писатель поселился вместе с семьей Виардо в Баден-Бадене. Тогда же стал сотрудничать с либерально-буржуазным "Вестником Европы", в котором были опубликованы все его последующие крупные произведения, в том числе и последний роман "Новь" (1876).

Следуя за семьей Виардо, Тургенев переехал в Париж. В дни Парижской коммуны жил в Лондоне, после ее разгрома вернулся во Францию, где оставался до конца своей жизни, проводя зимы в Париже, а летние месяцы за городом, в Буживале, и совершая каждую весну непродолжительные поездки в Россию.

Общественный подъем 1870-х в России, связанный с попытками народников найти революционный выход из кризиса, писатель встретил с интересом, сблизился с руководителями движения, оказывал материальную помощь в издании сборника "Вперед". Вновь пробудился его давний интерес к народной теме, возвратился к "Запискам охотника", дополняя их новыми очерками, написал повести "Пунин и Бабурин" (1874), "Часы" (1875) и др.

Началось общественное оживление среди учащейся молодежи, среди широких слоев общества. Популярность Тургенева, в свое время поколебленная его разрывом с "Современником", теперь снова восстановилась и стала быстро расти. В феврале 1879, когда он приехал в Россию, его чествовали на литературных вечерах и торжественных обедах, усиленно приглашая остаться на родине. Тургенев даже склонен был прекратить добровольное изгнание, однако это намерение не было осуществлено. Весной 1882 обнаружились первые признаки тяжелой болезни, лишившей писателя возможности передвижения.

22 августа (3 сентября н.с.) 1883 Тургенев умер в Буживале. Согласно завещанию писателя, тело его было перевезено в Россию и похоронено в Петербурге.

Записки охотника. Художественное своеобразие цикла.

Первые очерки из «Записок охотника» создавались И. С. Тургеневым в период тесного общения с В. Г. Белинским и Н. А. Некрасовым, под их непосредственным идейным влиянием. Цикл включает в себя очерки, рассказы, новеллы. Каждый в отдельности очерк или рассказ - это самостоятельное художественно законченное произведение. Но в то же время «записки» составляют единый цикл, отличающийся поэтической цельностью. Поэтическая цельность «Записок охотника» достигается посредством введения образа рассказчика и постановки во всех очерках и рассказах общей проблемы. Рассказчик в живой и увлекательной форме повествует о своих случайных встречах и беседах с многочисленными героями, сопровождая рассказ зарисовками природы, беглыми характеристиками народного быта, нравов и говоров Орловского края. Глубина типического обобщения в ранних очерках и рассказах сочетается со статичностью в изображении характеров.

Ограниченный узкими сюжетными рамками очерка и рассказа, в пределах которых невозможно было показать героев в действии и взаимных столкновениях, раскрывающих наиболее полно их характеры, Тургенев прибегает к максимальному использованию других художественных средств. Именно жанровой спецификой «Записок охотника» объясняется преобладание в них портрета, мастерски построенного диалога, лаконичной и выразительной речевой характеристики героев, превосходных пейзажных зарисовок. Художественное единство и стройность очеркам и рассказам Тургенева 40-х годов придает точная композиционная расстановка персонажей, а также часто встречающиеся сравнительные авторские характеристики. Именно так построены «Хорь и Калиныч», «Два помещика», «Лебедянь», «Малиновая вода» и др. Программным для «Записок охотника» ожно считать рассказ «Хорь и Калиныч». В этом произведении сюжет развертывается в манере объективной зарисовки с натуры. Очерк начинается с точного указания места действия: с описания Волховского и Жиздринского уездов Орловской и Калужской губерний. Затем охотник-рассказчик по принципу антитезы рисует предельно обобщенные портреты орловского и калужского мужиков, подчеркивая с самого начала различие между барщинным и оброчным их существованием. Очерк лишен событийной основы сюжета и активного развития действия. Все повествование строится вокруг встреч рассказчика с различными персонажами: Полутыкиным, Федей, Калинычем и Хорем. Основной темой рассказа Тургенев ставит злободневный для эпохи вопрос о социально-экономической, юридической и моральной несостоятельности крепостничества.

Основным средством психологической характеристики героев в «Хоре и Калиныче» является портрет. Характер умного русского мужика Хоря раскрывается посредством сравнения его с древнегреческим мудрецом Сократом: «...старик - лысый, низкого роста, плечистый и плотный. Склад его лица напоминал Сократа: такой же высокий, шишковатый лоб, такие же маленькие глазки, такой же курносый нос». Этот авторский прием имел не только художественное значение, но заключал в себе глубокий социальный смысл. Сопоставление крепостного мужика с великим философом со всей очевидностью раскрывало антикрепостнический пафос очерка. А убеждение рассказчика, вынесенное из разговоров с Хорем, что «Петр Великий был по преимуществу русский человек, русский именно в своих преобразованиях», еще более типизировало характер Хоря как носителя творческого, созидательного начала и усиливало социально-политическое звучание очерка. Логическим завершением характеристики Хоря является обобщенный вывод автора о «силе и крепости» русского народа, который «смело глядит вперед».

В отличие от приземистого, кряжистого Хоря, Калиныч был «высокого роста, худой с небольшой загнутой назад головкой», с «добродушным смуглым лицом, кое-где отмеченным рябинами». «Человек самого веселого, самого кроткого права», он «беспрестанно попевал вполголоса, беззаботно поглядывал во все стороны, говорил немного в нос, улыбаясь, прищуривал свои светло-голубые глаза и часто брался рукою за свою жидкую, клиновидную бороду». Хорь «говорил мало, посмеивался и разумел про себя; Калиныч объяснялся с жаром». Через изображение внешнего облика Калиныча Тургенев стремится раскрыть отличительную черту его характера - восторженность и мечтательность, в противовес практичности, хозяйственности Хоря.

В других очерках 40-х годов («Бурмистр», «Контора», «Бирюк» и др.) жанровые признаки уже не столь определенны. В них все большее значение приобретает событийный сюжет, основу которого составляет активное развитие действия. Но особенно сильно звучит эпическое начало в рассказах 50-х годов («Певцы», «Касьян с Красивой Мечи» и др.). Они отличаются от ранних очерков «Записок охотника» и по решению главной проблемы, и по жанровым особенностям. В очерках 40-х годов Тургенев заострил внимание преимущественно на уродствах крепостнического быта, беспощадно разоблачая несправедливость общественных порядков, обрекающих русский народ на позорное рабство. В этих очерках писатель ставил перед собой задачу - показать социальную трагедию народа, томящегося под гнетом крепостничества. В рассказах 50-х годов он уже не затрагивает прямо тему отношений барина и мужика. Фигура помещика как такового вообще исчезает со страниц «Свидания», «Бежин луга», «Касьяна с Красивой Мечи», «Певцов». Автор подошел к изображению народа с новой стороны, выдвинув целый ряд важных жизненных проблем: религиозно-философские и нравственные искания народа, жаждущего умственного познания и справедливости («Касьян с Красивой Мечи»), отношение его к искусству («Певцы»), взгляд на природу и любовь («Свидание»), поэзия народных преданий и верований («Бежин луг»).

Отцы и дети.

Влияние заглавия на систему образов («отцы» и «дети»). Прием психологической пары (внешняя параллель - Николай Петрович и Павел Петрович, Базаров и Аркадий. Роль включения в повествование «историй» Павла и Николая Кирсановых; «Внутренняя» параллель – Базаров и Павел Петрович). «Герой времени» и «лишний человек» – типы, соединенные в Павле Петровиче и Базарове.

Особенности композиции романа (2 «круга» путешествия Базарова). Тургенев избрал для романа очень интересную композицию. Он дважды проводит своего героя по кругу: Марьино, Никольское, родительский дом. Создается великолепный эффект: к тем же людям, в схожие ситуации и былые отношения во второй половине романа приходит новый Базаров: познавший сомнение, мучительно старающийся сохранить свою теорию, спрятаться за ней от нарастающей сложности реального мира.

Образ Базарова. Автор и герой

Образ центрального героя романа "Отцы и дети" уникален. И прежде всего уникально отношение автора к своему творению. Особо показательна в этом плане история создания романа: "...в основание главной фигуры, Базарова, легла одна поразившая меня личность молодого провинциального врача.., - писал Тургенев в статье "По поводу "Отцов й детей". - В этом замечательном человеке воплотилась -на мои глаза - едва народившееся, еще бродившее начало, которое потом получило название нигилизма. Впечатление, произведенное на меня этой личностью, было очень сильно и в то же время не совсем ясно..." Отмеченная Иваном Сергеевичем "неясность" впечатления тем больше подтверждает наше суждение о принципиальной чужеродности ему этого человеческого и социального типа, что, задумав роман с таким героем, Тургенев начал писать дневник от лица Базарова! В литературном творчестве у Тургенева в этом предшественников не было.

В приведенной цитате из статьи "По поводу "Отцов и детей" Тургенев подчеркивает очень важное обстоятельство: его герой появляется в момент социального перелома. Уже одно это определяет неоднозначность Базарова, соединение в его личности разных, порой противонаправленных, взаимоисключающих начал. Он - герой времени, когда общественные силы гибели и возрождения, противостоя друг другу, действуют одновременно. Такие эпохи порождают непредсказуемый, построенный на внутреннем конфликте, дисгармоничный тип личности.

Автор не только не разделяет нигилистических - убеждений Базарова, но всем ходом романа последовательно их развенчивает. Личность Базарова привлекает автора. Тургенев, создает образ неоднозначный, небезупречный, но человечески очень интересный, вызывающий вначале по крайней мере любопытство, а к финалу романа - уже сострадание. Момент социальных переустройств обязательно предполагает действия людей-разрушителей, людей, в которых силен "заряд отрицательной энергии". В базаровской теории, в нигилистических убеждениях нового поколения Тургенев увидел главную их беду, ставшую впоследствии трагедией всей России: практитизм, возведенный в абсолютный принцип. Все приносится в жертву сиюминутной практической пользе, эффекту материальному. С этой точки зрения, Пушкин - вздор, Рафаэль - "гроша медного не стоит"; и вообще, любой порядочный математик заведомо лучше поэта... Любовь для ниглистов оказывается лишь физиологическим влечением самцов и самок, природа - мастерской, а все люди - одинаковы, как деревья в лесу. Разница между материализмом и вульгарным материализмом такова, что материализм утверждает первичность материи, а вульгарный материализм не признает вообще ничего, кроме материи. Он упрощает материалистическую философию, сводит ее к набору якобы самоочевидных истин. Об этих результатах деятельности вульгарных материалистов знаем мы, люди конца XX века. 0 них не знал Тургенев. С гениальной прозорливостью художника он в нелепых, подчас комических в своем максимализме убеждениях Базарова увидел зародыш грядущих трагедий.

Тургенев - великий психолог. Его Базаров, отрицающий духовностъ и мораль, на самом деле человек нравственный. Каждое его выступление, нарушающее общепринятые нормы - аффектировано, подчеркнуто, то есть для него самого не очень естественно. Сам того не осознавая, Базаров живет по достаточно высоким нравственным принципам, Но дело в том, что эти принципы и нигилизм несовместимы, от чего-то придется отказаться. Тогда-то и встанет перед нашим героем его ГЛАВНЫЙ ВЫБОР...

Несостоятельность, ущербность нигилистической философии в том, что она, отрицая духовную жизнь, отрицает и нравственные принципы. Нигилистическая борьба с авторитетами строится на неуважении ко всему человечеству, следовательно, на безнравственности. И вот на наших глазах Базаров отступает от нравственных принципов, позволяет себе использовать людей, недопустимо распоясаться, хамски себя вести в присутствии жаждущих его общества Ситникова и Кукшиной. Оказалось, что чем крепче нигилистические убеждения, тем слабее моральные принципы.

Кукшина и Ситников - очень важные персонажи романа. Они необходимы не только для характеристики главного героя. Этот тип прихлебателей, адептов любого модного направления уже знаком нам: по мните Репетилова из Торя от ума"? Такие люди профанируют идеи, которым поклоняются. Блестяще характеризует этот человеческий тип Герцен в цикле "Капризы и раздумье": "Нет той всеобщей, истинной мысли, из которой бы, вместо расширения круга действий, человек не сплел бы веревку , чтобы ею же потом перевязать себе ноги, а если можно, то и другим, так что свободное произведение его творчества делается карательною властью над ним самим..."

Но есть и еще одна существенная роль, которую играют эти герои в романе "Отцы и дети": они по-своему характеризуют избранную теорию. Профанируя идеи Базарова, Кукшина и Ситников доводят их до абсурда, невольно выявляя все истинные негативные стороны вульгарного материализма и нигилизма.

Так, проповедуя равенство полов, Кукшина позволяет обращаться с собой запанибрата - и Базарова это устраивает. Проповедуя свободу женщины, кощунственно радуется, что у нее "слава Богу... нет детей".Образы Кукшиной и Ситникова становятся косвенным средством разоблачения нигилизма. Не так уж это несущественно - чему поклоняешься. И философия, обретающая и удерживающая столь глупых и неблагородных последователей, как Кукшина и Ситников, у мыслящего человека не может не вызвать сомнений: видимо, что-то в нигилизме есть привлекательного именно для них - упрощенность, схематичность, излишняя доступность, необязательность ума, образования, чести, беспринципность и безнравственность...

Последовательно развенчивает Тургенев базаровские убеждения. До 13 главы конфликт внешний - противостояние Базарова и Павла Петровича Кирсанова. После встречи с Одинцовой конфликт назревает в душе главного героя. Он, отрицавший любовь, также бессилен с ней бороться, как в финале романа будет бессилен бороться со смертью: "Да, поди попробуй отрицать смерть. Она тебя отрицает, и баста!" Посмотрите, как многое выявляет эта фраза в характере Базарова. Вся его жизнь строилась как бесконечный поединок: весь мир - и его отрицание этого мира. Но и любовь, как смерть, нельзя отрицать: "она тебя отрицает". И, прежде уверенный в себе, гордящийся тем, что он "самоломанный", Базаров теряет свою былую цельность, утрачивает самоуверенность. Ввосемнадцатой главе Тургенев допускает пространное рассуждение о внутреннем мире Базарова, прежде как будто скрытом и от нас, и от самого автора под броней нигилизма. Рассуждения о "чувстве, внушенном Базарову Одинцовой" выстраиваются в великолепный психологический анализ личности героя: Базаров и "сознавал романтика в самом себе", и презирал себя, и не мог забыть Одинцову, и уж видел "в выражении ее лица... что-то особенное." Любовь раскалывает душу Базарова надвое, ставит под сомнение все идеи, которыми он жил. Нигилизм, бывший ранее свободным убеждением, в рамках которого вольготно существовал герой, становится отныне для него броней, панцирем, сковывающим его рост. Отрицавший во имя нигилизма все авторитеты, Базаров теперь не в силах отрицать во имя реального факта своей любви авторитет нигилизма. Так свободный нигилист оказывается рабом своей теории.

Этот кризис - главное испытание для Базарова. Ситников безболезненно отказываетея от нигилизма и будет угождать жене - "урожден-ной княжне Дурдолесовой". Базаров, сам пришедший к своей теории, отступничество от нее видит как свою слабость, как жизненный крах.

В попытках вновь увериться в нигилизме Базаров пытается сблизиться с Фенечкой. Ведь если любовь - всего лишь физиологическое влечение, то она не может не ответить взаимностью молодому пылкому мужчине. Но оказывается, что необразованная, простенькая Фенечка живет не по физиологическим, а по нравственным законам; что для человека неестественно, постыдно руководствоваться лишь инстинктами, "ощущениями".

"Принципов нет.., а есть ощущения",- заявляет Аркадию Базаров. Этот спор в восемнадцатой главе - один из ключевых эпизодов романа. Неслучайно Евгений противопоставляет принципу - ощущение. Он стремится доказать, что нет в человеке ничего, что не объяснялось бы анатомией: 'Тлубже этого люди никогда не проникнут." Принципы же - явление духовного порядка. Допустить их наличие - значит, отказаться от столь любезного сердцу вульгарного материализма, расписаться в ошибочности всего мировоззрения, учиться жить заново, в мире с душой, принципами, романтизмом...

Теряя почву под ногами, Базаров начинает ненавидеть окружающий мир, подозревать во лживости все. Издевательством или заблуждением кажется ему теперь даже "святая" цель современных отрицателей - жизнь во имя народа.

Вторая часть романа строится на разрушении прежних связей Базарова с другими героями. Все взаимоотношения, свидетелями которых стали читатели в "первом круге", разрешаются во "втором". Тургенев доводит до логического конца, исчерпывает их. Течение второй половины "Отцов и детей" отроится как бы на чередовании "взрывов": все, что осталось недосказанным, находит свое разрешение. И очень важно, что теперь перед нами не Базаров-нигилист, с чьими убеждениями мы уже ознакомились. И здесь особенно значимо, что человеческие, личностные взаимоотношения Евгения и Павла Петровича начинаются именно в тот момент, когда исчерпаны отношения разночинца-нигилиста и либерала-аристократа. Их нелепая дуэль "за убеждения" заканчивается вполне реальной кровью, И внезапно перед Базаровым оказывается не заносчивый аристократ, не "идиот-дядюшка", но страдающий морально и физически пожилой человек, в которого он, Базаров, стрелял.

Для возникновения диалога необходимы не только убеждения, которые хочется высказать. Необходимо желание выслушать противника. До поединка ни Павел Петрович, ни Базаров друг друга не слушали, заведомо уверенные каждый в своей правоте. Разглядев в идейном противнике человека, человеческие достоинства и недостатки, они обнаружили, что не так уж непреодолима пропасть, их разделяющая. Острое чувство неловкости, охватившее обоих "дуэлянтов", порождено не только нелепостью поединка, но и абсурдностью всего их былого противостояния.

Отношения с Одинцовой заканчиваются тем же посрамлением теории. И Базаров возвращается в родительский дом.

Отец и сын Базаровы - это особая тема романа. С родителями любого человека связывают важнейшие нити; отношение к отцу и матери - та лакмусовая бумажка, на которой выявляется нравственность человека. Почитая любовь физиологией, Базаров и в родительской любви видит лишь инстинкт, животное чувство. Потому так томится он в отчем доме, потому и не находит общего языка с родителями.

Трагедия любви Базарова к Анне Сергеевне Одинцовой не в холодном, рассудочном характере этой женщины, но в "бездомье" самого героя, в его неспособности ни создать Дом, ни жить в нем. Так же, как ему не дано стать отцом, не дано ему и быть сыном - это явления слишком взаимосвязанные. Потому и не получается у него диалог с отцом.

Страшным порождением философии бездомья оказался русский нигилизм, ведущий к разрушению, отрицающий преемственность, нравственность подменивший физиологией, снявший с человека ответственность за свои убеждения и поступки и возложивший ее на "социальную среду": "исправьте общество - и пороки исчезнут". Но эта же философия дает миру людей, способных обновить жизнь, "героев времени', без которых смена поколений оказывается лишь механическим повторением и ведет к вырождению.

Значение финала романа.

Второе и окончательное - на страницах романа - возвращение Евгения в родительский дом выглядит бегством героя: бегством от самого себя, от собственной души, оказавшейся живой преградой на стремлении Базарова отрицать все, кроме материального мира. Базаров оказался гораздо больше убогой схемы своей теории. И именно в силу неоднозначности, глубины и сложности натуры, он не может легко расстаться с прежними убеждениями. Чем глубже, чем умнее человек, тем тяжелее для него проходят периоды переоценки ценностей.

Попробуем пофантазировать: не умри Базаров, как могла бы сложиться его жизнь? Возвращение к Одинцовой невозможно. Что обретет Базаров взамен нигилизма? Нет в реальной жизни занятия, достойного Базарова. Сама смерть героя глубоко символична. Он гибнет бессмысленно, даже не исполняя свой врачебный долг, а лишь практикуясь: "Они его почему-хо вскрывать собирались, а я давно в этом не упражнялся." Тургенев дает Базарову время осознать, что он обречен, принять неиз-бежность близкой смерти. Он ставит своего героя в страшные условия: молодой, полный сил медик, готовившийся жить долго, свершать вели-кие дела, должен умереть - и никакая медицина ему не поможет, она только лишает его последнего прибежища непосвященных: надежды на чудо.

Зачем потребовалась автору такая смерть героя? Чтобы выявить в нем всю силу, всю мощь личности. Несумевший реализовать себя в жизни, Базаров должен перед лицом смерти совершить все, на что способен; в считанные дни проявить себя полностью, до конца. Ни в какой жизненной ситуации не смог бы Базаров проявить себя так, как перед лицом смерти.И Евгений мужественно взглянул ей в лицо. Не дрогнул. До последнего мгновения вел себя достойно - и Тургенев искренне восхищается сейчас своим героем, в этот момент автор твердо знает, что любит его. Нелепая, бессмысленная смерть не озлобляет Базарова. Напротив, в нем высвобождаются от последнего нигилистического гнета его луч-шие человеческие черты. Пусть неуклюже, неумело, но искренне пытается он утешить родителей; не показать своих страданий; не помешать им искать утешение в религии. Он открывает, что истинная ценность мира - вне каких бы то ни было отвлеченных теорий, что высшие законы для человека - законы нравственности. Его прощание с Анной Сергеевной - одна из прекраснейших страниц романа. "И ведь тоже думал – обломаю дел много, не умру: куда! Задача есть, ведь я гигант! А теперь вся задача гиганта - как бы умереть прилично. Хотя никому до этого дела нет. ...Все равно; вилять хвостом не стану." Так принял Базаров свое обновление мира, так - во всем величии и высшей простоте - открылась ему в последние часы жизнь.

Но гибелью Базарова роман не кончается. Тургенев писал роман не о Базарове как таковом. Его интересовала жизнь в ее современном и всевременном проявлениях, влияние нигилиста Базарова на современную Россию и воздействие нигилизма на самого героя. Поэтому и пишет он эпилог, не сообщающий читателю ничего нового, но несущий идею всеобъемлющую: жизнь продолжается, над ней не властны никакие теории. И какие бы люди ни приходили в мир, как бы страстно ни желали они перевернуть жизнь, как бы ни отрицали духовное начало, они уходят, исчезают - а остается то, что вечно: любовь, дети, земля, небо и безутешные двое у могилы сына.

Последняя фраза романа знаменательна: "Какое бы страстное, грешное, бунтующее сердце ни скрылось в могиле, цветы, растущие на ней, безмятежно глядят на нас своими невинными глазами: не об одном вечном спокойствии говорят нам они, о том великом спокойствии "равнодушной" природы; они говорят также о вечном примирении и о жизни бесконечной..."