Особенности субэтноса
Ингерманландцы считают себя культурными наследниками Новгородской республики. Также ингерманландцы считают себя принадлежащими к европейской культуре и чуть ли не первой демократией в Европе.
Языческие представления у ингерманландцев были так устойчивы, что три века спустя после проникновения на эти земли христианства, в середине XVI века, обеспокоенный живучестью языческих обрядов в землях Водской пятины новгородский архиепископ Макарий направил туда своего соборного священника с грамотой, в которой призывал к искоренению языческих требищ, обрядов и мольбищ, а языческих жрецов-арбуев направить к нему в Новгород.
С принятием большей частью ингерманландцев лютеранства, в 1641г в Вейнйоки (Славянка) был основан самый крупный лютеранский приход в Ингрии.
После завоевания в 1743 г. южной части Карельского перешейка, эти земли (бывшая Выборгская губерния) также были включены в Ингрию. С этого времени начинается активная русификация Ингрии, но при этом возрастал и приток финских и эстонских переселенцев. Языком же образования, как и религии малых народов Ингерманландии был русский. Впрочем, никаких проблем это не создавало, и на протяжении последующих веков наблюдался процесс мирного сосуществования и культурного соседства всех трех культур на территории Ингрии: русской, финской и ингерманландской, финские деревни сохранялись на территории Петербурга вплоть до сер. 19 в. (на Крестовском острове). Причем историки отмечают большую зажиточность ингерманландцев по сравнению с русскими переселенцами, обуславливаемую их трудолюбием, умеренностью и настойчивостью.
Наряду с русификацией коренного населения наблюдался и обратный процесс: народы Ингерманландии оказывали большое влияние на русских, вследствие чего, что, в общем, естественно в таких случаях, менталитет русских переселенцев постепенно стал изменяться и походить на финско-ингерманландский. Нет оснований усматривать в этих процессах "офинение", скорее, речь идет об обычном воздействии климатических, природных, бытовых и прочих факторов на уклад жизни переселенцев, ведь русские в Ингрии испытывали воздействие тех же внешних условий, что повлияли и на становление финнов и прибалтов. В результате произошли некоторые изменения в жизни, быту, мировоззрении русских, появление новых схожих традиций, вследствие чего стало возможным говорить об органической интеграции русских в Ингрию и возникновении нового ингерманландского субэтноса, отличительной особенностью которого являлось то, что он носил не национальный, а территориальный характер, впрочем, обуславливаемый особенностями региона и, конечно, испытывающий культурное и духовное влияние финнов и прибалтов. Подробнее о феномене возникновения и существования такого рода территориальных внутринациональных субэтносов (а также о многих других интересных вещах) можно прочитать в труде Л.Н. Гумилева "Этногенез и биосфера Земли".
В период советской власти большевики довольно активно способствовали процессам национального возрождения народа Ингрии (открывались национальные школы, создавались национальные сельсоветы). Как следствие, количество населения, причисляющего себя к представителям «малых народов» плавно увеличивалось. На 1 ноября 1925 года, например, в Ораниенбаумской волости из 9072 человек ингерманландцами называли себя 5301 человек.