7. Экофилософия мирового развития. Материалистические и идеалистические представления о взаимоотношениях человека и природы.

Под экофилософией автор понимает наднаучный взгляд на ту часть окружающего человека материального мира, которая образует среду его обитания, и на взаимоотношения человека с этой частью мира. Экологическое сознание всегда формировалось в более широких – мировоззренческих рамках. Можно выделить общие и наиболее значимые черты экофилософии доиндустриального и индустриального периодов (от зарождения первых цивилизаций до второй п. XX в.). Вплоть до теоретического этапа развития естествознания (XIX – пп. XX в.), по времени совпавшего с периодом индустриализации, экофилософия носила не только наднаучный, но и, преимущественно, вненаучный характер. Тем не менее, еще задолго до рождения науч- ной экологии, философы давали глубокие, часто, провидческие оценки созерцаемого. Не потерявшие актуальность изречения древних – яркий тому пример. Н.Ф. Реймерс предварил свою последнюю книгу «Надежды на выживание человечества» безнадежно мрачным эпиграфом: «Люди погибнут от неумения пользоваться силами природы и от незнания истинного мира» [Реймерс, 1992]. Развитие философии в индустриальный период пошло по пути ее конвергенции с наукой. Результатом этого стало не только новое качество философского знания, но и появление первых попыток построения цепи «философия – наука – практика», оказавших зримое влияние на принятие конкретных решений и как результат – на всю социально-экономическую жизнь в последние 2 – 3 столетия. В случае с экофилософией эта цепь также имеет три звена, но более конкретные: «экофилософия – экология – экоповедение».Одним из ключевых вопросов естествознания, стал вопрос о сущности и характере взаимоотношений в планетарной системе «Человек – Природа». В зависимости от понимания этого вопроса появились попытки построить

общий алгоритм поведения человека и общества в отношении к природе. Экофилософия как самостоятельная область философского знания существует сравнительно недавно. Среди наиболее авторитетных ученых-экофилософов, в России чаще других называют В.И. Вернадского, Н.Н. Моисеева. В западной философии не менее широко известны Э. Реклю, О. Леопольд и др. деидеологизация философии и религии, наступившая, якобы, в эпоху плюрализма и толерантности, не более, чем миф. Скорее наоборот, их идеологическая функция в обозримой перспективе будет усиливаться во всем мире (достаточно вспомнить т.н. «исламский фактор»). Главным философско-идеологическим конфликтом в вопросе взаимоотношений природы и общества стал конфликт между идеалистическими и материалистическими взглядами на мироздание. Для материалистов экологическая проблематика более близка, т.к. внешний мир для них материализован. Опора на научные, эмпирически проверенные данные придает большую уверенность в познаваемости и, значит, решаемости проблемы гармонизации отношения человека с окружающим его миром, в частности, по экологическим. параметрам. Опора на науку, эмпиризм – главное достоинство материализма. на этапе эмпиризма стала выкристаллизовываться и принимать все более четкие очертания экофобная концепция, ставшая доктринальной в эпоху индустриализации: концепция «власти человека над природой» как результата научно-технического прогресса и как первоосновы его могущества и процветания. Одним из ее первых идеологов был Ф. Бэкон в конце XVI в. Именно эта концепция стала главной «экофилософией» в эпоху индустриализма. Индустриализация, активно втягивая людей в сферу материального производства, столь же активно «материализовывала» и сознание, а вместе с ним и массовое мировосприятие. Огромной популярностью пользовались труды Л. Фейербаха. Фейербаховская теория антропологического материализма стала ключевой концепцией эко-

философии периода индустриализма. Идея Человека-бога легла в основу всей конструкции материалистических взглядов на характер взаимоотношений человека и природы в период начальной индустриализации. Стремительно растущая зависимость человека от ресурсов природы, ее богатств в период индустриализации не только подкрепляли веру в истинность фейербаховских и ленинских взглядов, но и толкали на активные действия. «Течет вода

Кубань-реки куда велят большевики!» В этом ракурсе видится закономерным закат к концу XX в. наиболее стройной и целостной материалистической концепции индустриальной эпохи – марксистской, Так как в экологии речь идет о «внешнем мире», в идеалистических концепциях традиционно в меньшей степени обращалось внимание на экологическую проблематику, нежели в материалистических. Проблематика взаимоотношений природы и общества, как и естествознания в целом, находится на периферии таких мировых религий, как иудаизм, христианство, магометанство. Более целостной картина этих взаимоотношений представлена в индуизме. Один из основателей отечественной социальной экологии С.М. Мягков считал наиболее «экологичной» религией язычество, которое одушевляет природу и благоговеет перед нею как перед матерью. Один из теперь очень почитаемых в России философов – французский теолог Тейар де Шарден – редкое исключение из названной печальной традиции. Автор идеи «ноосферы» живо интересовался вопросами естествознания и взаимоотношений человека и природы. Однако чрезмерное вольнодумие и публичное изложение своих оригинальных идей ему стоили анафемы со стороны официальной католической церкви, лишения сана и изгнания из церкви. В последнее время наметился некоторый поворот идеалистической философской и теологической мысли к экологии. Спектр современных оценок идеалистических экофилософий (экотеологии) ши-

рок, в большинстве своем они отражают мировоззренческие и идеологические взгляды авторов, что естественно. Отсутствие внятных трактовок и тем более, популяризации рассматриваемой тематики со стороны христианских, в частности, православных богословов, позволяет использовать «экологию» как новую «борозду» для противопоставления «экофильных» восточных религий и «экофобного» западного христианства. Экофильные концепции мировоззрения во многом определили хозяйственно-культурный уклад в традиционных аграрных обществах. Эволюция природопользования и связанных с ним институтов и культурных традиций Востока коренным образом отличается от европейского опыта. Христианство поставило человека над природой и сыграло этим отрицательную роль в отношении природопользования. Хотя иудейско-христианская этика и делает человеческие существа ответственными перед Богом за сохранение природного разнообразия (биоразнообразие – собственность Бога), но с позиций протестантизма, например, профессиональная деятельность рассматривается не просто как средство удовлетворения материальных нужд, но как священная обязанность, долг перед Богом, а деловой успех – как знак избранности, путь к спасению. Материальный прогресс сделался самоцелью. Рыночная экономика и унаследованные от христианства либеральные ценности (свобода, практицизм, предприимчивость и др.) еще более закрепили самоцель материального прогресса в западной техногенной цивилизации, потребительство и разруши тельное отношение господства человека над природой. На пороге XXI века Активно проповедуется мысль, что западная ментальность направлена на преобразование природы, а восточная на гармонию с ней, что, по меньшей мере, упрощает реальный спектр идей, как на Западе, так и на Востоке. Вполне вероятно, что в постиндустриальном обществе будут вызревать предпосылки идеалистического ренессанса. Наметившиеся в этом направлении тенденция уже получила название «постматериализма». Переход массового сознания к двум формам бытия – «реальной» и «виртуальной», в условиях относительного материального пресыщения хорошая для этого почва, также как столетием назад становление индустриального общества с его приматом организации массового материального потребления стало главной исторической предпосылкой триумфального шествия материализма во в.п. XIX – п.п. XX в. Хотя социологический анализ тяготения к материалистическому или идеалистическому мировосприятию в обществе – тема отдельная и очень сложная, тем не менее известно, что наибольший отклик идеализм находит либо у относительно более бедных, либо у более богатых. Периоды массового материального обогащения способствуют развитию прагматизма и мировоззренческого тяготения к материализму. Диалектический круг «знания – незнания» применительно к системе «Человек – Природа» как был, так и будет оставаться замкнутым на обозримую перспективу, несмотря на все неоспоримые достижения научного познания. И материализм, и идеализм, принципиально по-разному трактуя Бытие и место в нем Человека, решая вопрос «первичности и вторичности», в большей части философских конструкций сходятся в том, что человек «на этом Свете» живет в своем «жилище» – окружающем его материальном мире, «в мире сем». Быть «не от мира сего» – значит уходить от него, неосознанно либо сознательно уклоняться от проблем его устройства. Нельзя забывать, что глобальная экологическая проблема – это проблема всех, материалистов и идеалистов, верующих и атеистов, ученых и не ученых. Для поиска конструктивной экофилософии как базы экополитики постиндустриального времени, по-видимому, придется отказаться от идеи предварительного решения спора между идеалистами и материалистами в чью либо пользу, так же как и от идеи, что «религия и наука несовместимы». Более продуктивно искать возможности использования экофильных идеалистических и материалистических подходов в познании окружающего мира, но не по принципу «скрестить ужа и ежа», а «сопрягая» экофильные стороны каждого из них. Это ни в коей мере не помешает продолжению извечного и принципиального идейного спора между идеалистами и

материалистами. А решению экологической проблемы будет способствовать.