936 Года гекзаметром на латинском языке стихотворение «Бегство некоего

пленника, иносказательно изложенное».

Повествование представляет собой рассказ о теленке, похищенном волком

и затем освобожденном из плена стадом под предводительством быка. Одновременно

развертывается другая линия действия: попавший в трудное положение

волк рассказывает о своей вражде с лисом, приводя в пример историю о

том, как больной лев пригласил к себе всех зверей и как лис взялся излечить его

с помощью волчьей шкуры. Волк воплощает в себе опасность мирской жизни,

а под теленком имеется в виду непослушный монашек, которого спасают аббат

(бык) и монашеская братия (стадо).

Стихотворение предостерегает от грешных мирских наслаждений и призывает

к праведному монастырскому образу жизни. В линии действия, связанной

со львом, отражается мирская жизнь князей и придворные нравы.

Также написанный латинскими стихами «Изенгрим» магистра Ниварда

Гентского (середина XII века) по своему объему превосходит «Бегство пленника

» в шесть раз.

Это произведение представляет собой разительный пример циклизации

эпических сюжетов, показывая, как многочисленные рассказы о волке и лисе

объединяются в одно большое целое и ставятся на службу воплощенной в художественную

форму идее. Сатира на духовенство и церковь (в образе волка

изображен глупый, корыстолюбивый клирик) связана с беспощадной критикой

абсурдных порядков феодального общества и выражением симпатии к бедным

и угнетенным.

В Германии и Франции первые произведения животного эпоса на местных

языках возникли одновременно. В этих странах на рубеже XII—XIII веков

появился «Роман о Лисе».

Роман состоит из слабо связанных между собой двадцати четырех эпизодов,

объединенных лишь общим героем — Лисом, и носит развлекательный

характер. Однако в нем присутствуют и сатирические намеки на общественные

беспорядки того времени.

Генрих-Подражатель. По сравнению с «Романом о Лисе» небольшая поэма

«Лис Рейнхарт», написанная ок. 1180—1190 гг. Генрихом-Подражателем

(Heinrich der Glîchesaere), содержит ряд новых, заслуживающих внимания моментов.

Не случайно замечание автора о том, что, рассказывая о зверях, он

вводит публику в заблуждение, ибо его произведение, проникнутое критическим

76

Развитое средневековье (XI — конец XIII века)

духом, на самом деле аллегорически изображает современное ему общество

в виде царства зверей.

Основой для поэмы Генриха послужил ряд известных басен о животных,

которые он объединил в одно цельное эпическое произведение с хорошо

продуманной структурой.

Лис Рейнхарт терпит неудачу в рискованных попытках поймать Петуха,

Синицу, Ворона и Кота. Покорившись своей судьбе, он поступает на службу

к Волку, так как соединение волчьей силы и лисьей хитрости должно сделать

обоих соратников, сюзерена и его вассала, непобедимыми. Однако эгоизм

Волка возбуждает у его вассала жажду мести, так что сильно потрепанный

Волк в конце концов приносит жалобу королю зверей Льву. Лев, сам тиран

и эгоист, поддается уговорам Лиса, обещающего ему исцеление от болезней,

и попирает законные права Волка. Волк подвергается жестокому наказанию,

а Лис отравляет Льва, голова которого распадается на три, а язык — на девять

частей.

Поэма содержит злейшую сатиру на феодальное общество. Штауфенов-

ский идеал справедливого и миролюбивого короля сравнивается с царящими

в действительности порядками. Эпизод с распадением головы и языка льва на

части можно истолковать как пророческое предсказание разложения империи

Штауфенов.

Изображение отношений между Волком-сюзереном и Лисом-вассалом —

осмеяние идеи нерушимой верности. С едкой иронией автор изображает куртуазную

культуру, выводя отъявленного злодея Лиса в роли придворного. Его

сожительство с Волчицей саркастически называется служением даме. Поэт

не щадит ни духовенства, ни даже религиозных догм.

Социальная сатира Генриха разоблачает феодальный общественный строй

как глубоко враждебный человеку.

Ранний расцвет малых форм эпики:

творчество Штриккера

Из всех представителей куртуазной литературы, писавших в эпических

жанрах, лишь Гартман фон Ауэ испробовал свои силы в малых формах эпики.

Написав «Бедного Генриха», он внес первый вклад в развитие немецкой новеллистики,

сопоставить с которым из созданных в это же время произведений

можно только «Морица Краунского» (1189—1190), представляющего собой

грубоватую бурлескную критику традиционного культа высокой любви. Лишь

в ранней городской литературе пышно расцветают малые формы эпики как

средство социальной критики, воспитания и развлечения.

С развитием малых форм эпики в XIII веке на первый план, кроме писавшего

новеллы Конрада Вюрцбургского (см. с. 80—81), выдвигается автор, который

называл себя Штриккером. По-видимому, он был бюргером, уроженцем юга

Рейнской Франконии. Ему принадлежат два романа: роман о Карле Великом и

артуровский роман «Даниэль из Цветущей долины». Однако известность он

получил как автор новелл, басен, шванков, нравоучительных рассказов в стихах

(bîspel) и первого немецкого цикла шванков о попе Амисе. Новшества в

выборе жанра и в форме, новые пути в восприятии материала и его художественном

освоении свидетельствуют о том, что творчество Штриккера последовательно

развивалось в русле традиций, наметившихся в ранней городской

литературе.

77

Немецкая литература с древнейших времен до конца XV века

В своих произведениях Штриккер часто показывает и деревенскую, и городскую

жизнь. В рассказе «Ночь на святого Мартина» он, например, рисует

картину разгульной крестьянской пирушки; в рассказе «Судья и черт» читатель

попадает в пеструю сутолоку городского рынка и видит горожан, занимающихся

каждый своим ремеслом. Мир дворянства изображается иногда с иронией

в его лишенных блеска и мишуры буднях, как, например, в шванке «Голый гонец

».

Главным произведением Штриккера является цикл шванков «Поп Амис»,

в центре которого стоит клирик, своего рода Тиль Уленшпигель XIII века.

Смысл этого произведения также заключается в том, чтобы показать победу

ума над глупостью, богатством и привилегиями, которые автор наблюдает во

всех кругах и слоях общества.

Новые тенденции в развитии жанров

дидактической поэзии

(шпрух и дидактическая поэма)

Фрейданк. Среди авторов шпрухов, бывших современниками Вальтера фон

дер Фогельвейде или писавших после него, выделяется поэт, известный нам

под именем Фрейданк (род. в 1233 году). Он не писал песенных шпрухов,

предпочитая шпрухи-эпиграммы, отражающие опыт поэта, народную мудрость

и сочиненные по образцу народных пословиц. Будучи уроженцем юго-запада

Германии, Фрейданк собирал народные пословицы и поговорки, дополнял и

расширял их и около 1230 года издал сборник своих шпрухов, объемом примерно

в 4700 строк под названием «Разумение» («Bescheidenheit»). По своему

содержанию этот сборник распадается на тематические разделы, в которых

разбираются политические, религиозные, этические и другие вопросы. Среди

них есть шпрухи удивительной критической силы. Хотя Фрейданк и не высказывает

сомнений в справедливости установленного божьим изволением порядка,

тем не менее он не согласен с социальными привилегиями господствующих

сословий:

Кем бы мы ни были на свете,

и князь и раб — Адама дети.

Фрейданк заостряет высказанное писавшим шпрухи поэтом Рейнмаром фон

Цветером (1200—1260) требование подтверждать благородное происхождение

благородством характера и поступков:

Лишь честного можно назвать благородным,

Будь крепостным он или свободным.

Нет благородства без доброты.

Пусть по рожденью не рыцарь ты,

Ты можешь благородным мужем стать,

Коль будешь благородно поступать.

Самым резким образом осуждается угнетение бедняков дворянами:

Где замки воздвигают,

Там бедных угнетают.

В своих шпрухах Фрейданк заклеймил также алчность дворянства, беззаконие

и многие другие пороки — злость, высокомерие, неверность и т. д.

78

Развитое средневековье (XI — конец ХIII века)

В борьбе за власть между императором, князьями и курией Фрейданк без

колебаний встал на сторону императорской власти. Последовательно и страстно

он выступает как против претензий папства на мировое господство, так и

против эгоистического стремления князей к расширению своей власти:

Князей стремленье к власти

Сулит стране напасти.

В этом Фрейданк пошел дальше Вальтера фон дер Фогельвейде, который

не видел с такой отчетливостью опасностей, угрожавших империи со стороны

могущественных князей.

Движимый искренним благочестием, Фрейданк бичевал обмирщение духовенства,

порочную жизнь в монастырях. Более того, в отличие от церковной

догмы он проявлял удивительную терпимость по отношению к иноверцам:

Трое у господа бога детей:

Христианин, язычник, еврей.

Творчество Фрейданка не может безоговорочно оцениваться как выражение

куртуазной культуры и феодальной идеологии. В некоторых вопросах он шел,

несомненно, своим путем — явно под влиянием бюргерской идеологии. Об этом

говорит и его обращение к пословицам и поговоркам, которые отражали не

только народную мудрость, но и оппозиционный дух народа. Не случайно в

XV—XVI веках пословицы и поговорки, которые собирали, в частности,

Себастиан Франк и Иоганнес Агрикола, использовались в качестве оружия

в идеологической борьбе. Фрейданк положил начало такому использованию

пословиц и поговорок.

Дидактическая поэма:

«Скакун» Гуго Тримбергского

Подчеркнутое внимание к дидактической поэзии, характерное для раннего

периода развития городской литературы, привело к появлению ряда дидактических

поэм. Среди них выделяется поэма «Скакун», написанная около 1300 года

Гуго Тримбергским (ок. 1230—1313). Ей предшествовала поэма «Итальянский

гость» (1215—1216) Томасина Циркларийского (ок.1186—1238), представляющая

собой, несмотря на некоторые оговорки в адрес дворянства и культа высокой

любви, учение о куртуазных добродетелях. Этой поэме мы обязаны многими

культурно-историческими сведениями о нравах феодального общества.

Гуго Тримбергский был горожанином и ученым-педагогом, проработавшим

пятьдесят лет в качестве учителя и ректора соборной школы в Бамберге. Он

исповедовал бюргерские взгляды на мораль, которые возникли и развились в

столкновении с идеалами куртуазного мира и нравственным одичанием и обмирщением

римской церкви. Из его творческого наследия сохранились лишь

три латинских сочинения и венец его творчества — написанная на немецком

языке поэма «Скакун». Название этой объемистой дидактической поэмы,

насчитывающей 24611 строк, как бы содержало пожелание ей доброго пути в

ее дальнейшей судьбе: она должна была «скакать по всем землям», т. е. стать

известной повсюду.

Поэма представляет собой аллегорическую нравоучительную проповедь,

79

Немецкая литература с древнейших времен до конца XV века

состоящую из семи частей — соответственно семи смертным грехам, — и в своей

композиции следует христианским представлениям об истории рода человеческого,

которая начинается грехопадением Адама и Евы и заканчивается

Страшным судом. Склонность Гуго к морализированию могла бы сделать его

поэму в какой-то степени неудобочитаемой, если бы не рассыпанное по всему

тексту множество небольших рассказов, забавных историй и басен, которые

и придают целому своеобразие.

Состязания в храбрости и турниры Гуго находит всего лишь смешными;

культ высокой любви, по его мнению, может лишь превратить разумных людей

в дураков, а старые рыцарские романы лживы и не могут научить людей ничему

путному. Гуго Тримбергский сумел лучше других авторов дидактических поэм

найти верный тон и понравиться читателю. О популярности его поэмы как

назидательного чтения и ее влиянии на читателей свидетельствуют более

шестидесяти ее рукописных копий и одно печатное издание 1549 года.

Собиратель

Конрад Вюрцбургский

Конрад Вюрцбургский (1220/ 30—1287) был профессиональным поэтом,

состоявшим на службе у базельского патрициата. Будучи исключительно образованным

человеком, он как бы воплощал в себе стремление нарождающейся

городской буржуазии к искусству. Большое впечатление производит разнообразие

тем и сюжетов его лирических, эпических и дидактических произведений.

Известны религиозный и светский лейхи Конрада, его любовные песни и

шпрухи. Он сочинил три легенды — о папе Сильвестре; о святом Алексее, который

покидает в первую брачную ночь свою невесту, посвящает себя богу и с

тех пор ведет жизнь в бедности; о святом Панталеоне, который принимает в

древнем Риме христианство и умирает мученической смертью, — а также посвященное

восхвалению девы Марии религиозное стихотворение «Золотая кузница

». Ему принадлежит и несколько больших рыцарских романов: «Энгельхард»,

«Партенопиер и Мелиур», «Рыцарь с лебедем» (по мотивам сказания о Лоэнгри-

не) и, наконец, самый большой роман, оставшийся незавершенным, «Троянская

война», впоследствии законченный одним малоодаренным автором.

Заслуживает внимания вклад Конрада в формирование немецкой новеллистики

на раннем этапе ее развития. В «Повести о сердце» он рассказывает о том,

как ревнивый рыцарь угостил свою жену вкусно приготовленным сердцем ее

мертвого возлюбленного, которое она, ничего не подозревая, съела. Узнав

правду, она лишает себя жизни. В «Награде мира» он выводит мирскую жизнь

в аллегорической фигуре дамы (Госпожа Мир — Frau Welt), очаровательной

спереди, но сзади изъеденной червями и паразитами. В «Генрихе фон Кемпте-

не» он рисует образ бесстрашного рыцаря, который не боится даже кайзера

Фридриха I и осмеливается поднять руку на священную особу императора;

правда, в конце ему удается храбрым поступком завоевать благоволение разгневанного

Барбароссы.

Творчество Конрада напоминает музей, в котором представлены все известные

циклы сюжетов и жанры. Большое значение сохраняет прежде всего

его вклад в развитие новых жанров: новеллы, аллегории (он положил начало

популярной в XIV—XV веках любовной аллегории) и геральдической поэзии,

этого распространенного в литературе позднего средневековья жанра.

Хотя в общем Конрад следовал примеру старых мастеров, в вопросах

80

Развитое средневековье (XI — конец XIII века)

формы и содержания он часто искал новые пути. Тем, что сочинение стихов

было для него чисто ремесленной деятельностью, он предвосхитил практику

мейстерзингеров. Как портной кроит платье и искусно сшивает его, так и он,

по словам Конрада, изготавливает поэтические произведения на традиционные

сюжеты и мотивы по старому и новому покрою. Многообразие его сюжетов и

тем не дает оснований для вывода о наличии в его творчестве новых мировоззренческих

и художественных тенденций. Тем не менее производит впечатление

свойственное его творчеству чувство реальности, которое мы встречаем в

литературе предшествующих десятилетий лишь в исключительных случаях.

Так, в «Рыцаре с лебедем» содержится абсолютно реалистическая сцена суда,

которая расширяет наши познания о средневековом судопроизводстве.

Вообще все его творчество несет на себе отпечаток убеждения в том, что современный

ему мир плох и представляет собой весьма неблагоприятную почву

для истинного искусства. К классической куртуазной поэзии Конрад Вюрцбург-

ский относился с восхищением, смешанным с грустью, и высоко ценил ее. Он

видел в ней культурное достояние, которому он хотел придать своим творчеством

новый блеск, но в целом его усилия успеха не имели.

Однако Конрад не был эпигоном, т. е. подражателем, лишенным всякого

своеобразия. Он остался в истории немецкой литературы как великий собиратель

куртуазной поэзии, чьи ценности он сохранил и сделал доступными для

бюргерского искусства следующего периода.

Средневековые обработки сюжета

о Тристане

Докуртуазный «Пра-Тристан», по-видимому, мог иметь равно как кельтское,

так и англонорманнское или старофранцузское происхождение. Новейшие

исследования не исключают также адаптации персидского сюжета XI века.

Старейшая обработка сюжета — старофранцузский рыцарский роман, явившийся

прототипом для всех последующих обработок, — лишь реконструируется

на основе его перевода Эйльхартом фон Оберге на средневерхненемецкий

язык. В нем излагается кельтское сказание о Дростане и Эссильт, в котором

действуют исторически засвидетельствованные лица: король Корнуэльса Марк,

бретонец Риваль, жившие оба в VI веке, и пиктский герой Дростан.

6—1028

Позднее средневековье

(конец XIII — конец XV века)

Общественно-исторические условия

В литературе XIII—XV веков продолжали развиваться тенденции,

характерные для городской культуры предшествовавшего периода.

Заметно возросло влияние бюргерской идеологии, постепенно проникавшей

во все сферы жизни; вместе с тем княжеские дворы продолжали оставаться

средоточием феодально-рыцарского искусства, пережившего свой расцвет в

середине XIII века; но и его коснулись веяния времени: учитывая изменившиеся

общественные потребности, оно искало новые формы воздействия на читателей.

Упрочение власти князей. Общественное развитие в XIV и XV веках проходило

под знаком расширения княжеских территорий. Центральная власть

едва ли играла сколько-нибудь значительную роль.

Попытки Рудольфа Габсбургского (1273—1291), его сына Альбрехта I

(1298—1308) и Карла IV (1346—1378) подчинить князей политике императорского

дома оказались безуспешными. Карл IV наконец в так называемой

«Золотой булле» (1356) признал за князьями право преобразовывать свои

земли в полусамостоятельные государства. Князья стремились усилить свое

могущество: они насильственно подчиняли себе мелкопоместных дворян (используя

свое преимущество в военной силе и технике и разрушая замки неповинующихся),

организовывали четкую систему местной власти (разделяя территории

на ведомства, насаждая княжеских чиновников), налаживали деятельность

центральных органов управления (создавая княжеские канцелярии

и облекая своих советников полномочиями министров) ; в распоряжении

князей было наемное войско, оснащенное новейшей военной техникой; они

старались использовать в своих целях экономический потенциал городов, а также

формирующуюся прослойку феодалов-церковников.

Папство в борьбе с императорской властью одержало пиррову победу. Курия

уже в XIV—XV веках проводила имперскую политику и затрачивала

на это огромные средства, тем более что церковная аристократия постепенно

сближалась со светской. Спекуляция должностями и торговля индульгенциями

вызывали все большее возмущение; за деньги у служителей папского престола

можно было купить все, любое судебное решение, смягчение любого приговора.

Авторитет церкви стремительно падал, возникали мощные оппозиционные

движения: мистика (указывала верующим путь непосредственного общения с

богом), движение хлыстов (находивших в самобичевании средство освобождения

от церковного покаяния), бегинок и беггардов, а также еретическое движение

вальденсов (те и другие отвергали церковное учение и институт церкви).

Поэтому не удивительно, что уже в это время получила распространение идея

отделения империи от римской католической церкви путем учреждения самостоятельной

национальной церкви, что и было практически осуществлено в

эпоху Реформации.

Города. Существенным условием для консолидации суверенных княжеств

было использование экономического могущества городов. Рост и усиление

городов привели к тому, что начиная с конца XIII века они в значительной

степени стали определять хозяйственное и культурное развитие.

82

Позднее средневековье (конец XIII — конец XV века)

Экономический прогресс был отмечен многочисленными техническими

изобретениями и усовершенствованиями. Это способствовало дальнейшей

специализации ремесленного производства; повышалось качество продукции,

большие массы товаров могли поступать на рынок. Кроме того, примерно с

1300 года империя заняла ведущее положение в европейской торговле между

городами. Южногерманские прирейнские города сосредоточили в своих руках

всю посредническую торговлю между Италией и Северной Европой, приносившую

высокую прибыль; северогерманские города (объединившиеся затем в

Ганзейский союз) монополизировали торговлю между Западной и Восточной

Европой. Благодаря успешному развитию торговли и ремесел, а также горной

промышленности (особо важное место занимала добыча серебра) возникли

экономические центры в южногерманских прирейнских землях, в северогерманской

и верхнесаксонско-мейсенской областях, наметившиеся между ними

экономические связи способствовали образованию внутреннего рынка. Расширение

торговли — прежде всего посреднической, но также и денежной (обусловленной

большим разнообразием находившихся в обращении денег) — постепенно

привело к сосредоточению в городах значительного богатства в виде

торгового и ростовщического капитала. Это богатство умножалось благодаря

первичным формам капиталистического хозяйства, системе авансирования.

Обладая высоким экономически-материальным потенциалом, города могли

постепенно освобождаться от зависимости от светских и духовных князей и

образовывать городские автономии, которые нашли выражение во внутреннем

самоуправлении и образовании союзов городов.

Внешним проявлением могущества городов были крепостные укрепления и

оснащенность их новейшими военными средствами защиты. О том, что военная

мощь использовалась не только в целях обороны, свидетельствуют успешные

бои, которые городские военные формирования вели с вооруженными

рыцарскими отрядами. Особенно могущественной силой города становились

тогда, когда они в целях защиты своих интересов объединялись в союзы

(Ганзейский, Швабский и Рейнский союзы городов).

И. Гутенберг

Типография (1499)

83

6*

Немецкая литература с древнейших времен до конца XV века

Бюргерское влияние на науку и искусство. Экономические и политические

условия того времени породили новые потребности в образовании. Это в свою

очередь повлекло за собой открытие городских школ и обеспечило активное

участие городов в создании первых немецких университетов.

Города были инициаторами основания университетов в Кёльне (1388)

и в Эрфурте (1392). Активная роль принадлежала городам и в открытии университетов

в Ростоке (1419) и в Грейфсвальде (1456). Наряду с городами в

открытии университетов были заинтересованы и князья, стремившиеся подготовить

молодое пополнение для духовенства и чиновничества.

Важнейшие виды искусства того времени — литература, изобразительное

искусство, архитектура и музыка — продолжали развиваться при княжеских

дворах, вместе с тем важная роль в художественном творчестве принадлежала

бюргерству. Как феодально-придворная культура была эстетическим и художественным

выражением могущества, достигнутого господствующим феодальным

классом, так отныне культура и искусство должны были придать блеск

возвышавшемуся бюргерству, стать выражением его усилившегося влияния.

Возникали новые потребности в развлечениях, отчетливо проявилась тенденция

использовать средства искусства в противоборстве идеологий.

С изобретением книгопечатания Иоганном Гутенбергом (ок. 1399—1467)

особенно возросло значение литературы. Стало возможным издавать книги

в более короткие сроки, более высокими тиражами и продавать их по

более низким ценам. Литература меняла содержание и форму, все сильнее ее

лицо определялось идеологией и эстетическими вкусами и потребностями

городских кругов. Сюжеты и темы становились более близкими современности,

возникали новые жанры (широкое распространение получили шванк,

басня, короткий рассказ), росло число прозаических произведений на немецком

языке.

Истоки Ренессанса и гуманизма

Переход от эпохи феодализма к капитализму, от средневековья к новому

времени ознаменовался культурным переломом, который называют Ренессансом.

Ренессанс — это культурное движение. Его носителем стал поднимающийся

класс буржуазии. Главной отличительной особенностью Ренессанса

принято считать его обращенность к миру: человек стремился вырваться из

оков феодально-церковной идеологии, раскрыть тайну мира и собственного

бытия, постигнуть самого себя как цель и венец творения, утвердить красоту

мира. Это стремление сопровождалось отходом от схоластики, разрывом с

теологией и философией, обращением к естественным наукам. Новый взгляд

потребовал критического пересмотра наследия прошлого, прежде всего, церковного

учения и его догм, критического анализа источников. Это новое духовное

устремление мы называем гуманизмом, формой выражения Ренессанса

в области науки. Уже термины «Ренессанс» (от итал. rinascità, что значит

«возрождение») и «гуманизм» указывают, что истоки этого культурного движения

и его научной концепции связаны прежде всего с Италией. При этом, однако,

не следует упускать из виду сходные явления в развитии других европейских

стран.

84

Позднее средневековье (конец XIII — конец XV века)

Крупнейшие писатели Европы

эпохи Ренессанса:

Италия: Ф. Петрарка 1304—1374

Д. Боккаччо 1313—1375

Ф. Саккетти 1335—1400

Д.-Ф. Поджо Браччолини 1380—1459

Т. Мазуччо Гуардати 1415—1480

Л. Медичи 1449—1492

А. Полициано 1454—1494

Я. Саннадзаро 1458—1530

Н. Макиавелли 1469—1527

Л. Ариосто 1474—1533

М. Банделло 1485—1562

Ф. Колонна 1492—1547

Д. Б. Гуарини 1538—1612

Т. Кампанелла 1568—1639

Испания: X. де Монтемайор 1520—1561

М. Алеман 1547—1613

М. де Сервантес 1547—1616

Португалия: Л. В. ди Камоэнс 1525—1580

Франция: Ф. Вийон 1431—1463

М. Наваррская 1492—1549

Ф. Рабле 1494—1553

К. Маро 1496—1544

П. де Ронсар 1524—1585

Л. Лабе 1525—1566

Англия: М. де Монтень 1533—1592

Д. Чосер 1340—1400

Т. Мор 1478—1535

Т. Делони 1543—1607

Ф. Бэкон 1561—1626

Польша: Ян Кохановский 1530—1584

Нидерланды: Я. Катс 1577—1660

П. К. Хофт 1581—1647

Разумеется, новые культурные устремления в Италии — стране с относительно

широко развитыми городскими коммунами и ранним переходом к

торговому капиталу — проявились особенно ярко: итальянский Ренессанс

представляется движением сравнительно единым, выросшим на национальной

почве и богатым взлетами человеческого гения. Итальянская буржуазия обратилась

к славным традициям римской античности в поисках новых красок для

создания собственной культуры. Интерес к античности проистекал из желания

духовного обновления — «возрождения» античного человека во всей полноте

его ощущений земного бытия. Это стремление вначале и дало движению

название Ренессанс, в то время как понятие «гуманист» связывалось

прежде всего с человеком, который занимался античностью в научном плане.

И в наши дни мы испытываем воздействие великих творений искусства,

созданных мастерами итальянского Ренессанса. Имена Леонардо да Винчи,

Микеланджело Буонарроти или Рафаэля, в которых мы видим гениальных художников,

для нас так же живы, как и имена поэтов Данте, Боккаччо или

85

Немецкая литература с древнейших времен до конца XV века

Петрарки. В своей «Божественной комедии» Данте (1265—1321) обобщил всю

предшествовавшую философскую мудрость и знание, вместе с тем в прославлении

свободы чувства, пытливой мысли и стремления к познанию мира он

выступил как предвестник нового времени. В «Декамероне» Боккаччо (1313—

1375) выразилась бьющая ключом радость бытия, а сонеты Петрарки (1304—

1374), в которых он воспевает свою возлюбленную (Лауру), — еще одна вершина

итальянского Ренессанса.

Расцвет искусства и науки в Италии отразился и на развитии немецкой

культуры. Однако понимание особенностей немецких условий сузилось бы, если

определение своеобразия немецкого Ренессанса пытаться сводить только к

выявлению влияния со стороны итальянской культуры. Своеобразие раннего

Ренессанса обозначилось в Германии уже в феодально-придворном и городском

искусстве.

Вспомним в этой связи о Готфриде Страсбургском (см. с. 70—72) и о Тан-

гейзере (см. с. 55, 57). Также неверно искать истоки духовного влияния извне

лишь при Пражском дворе во время правления Карла IV. Уже императорский

двор Людвига IV Баварского (1282—1347) в Мюнхене в период ожесточенной

идеологической вражды с папством (прежде всего с папой Иоанном XXII,