2.2. Особенности электорального поведения населения России

Несмотря, на обширную теоретическую базу западных концепций, и моделей электорального поведения применительно к России практически невозможно. Это связано с политической историей нашей страны и с особенностями ее современной политической системы.

С момента зарождения народного голосования на территории нашей страны Аксенов К.Э.³, выделяет 4 электоральные системы [5]:

1. Антиаппаратная электоральная система 1989-1990 гг.;

2. Протесно-демократическая перегруппировка и этап консолидации второй электоральной системы, 1991-1193 гг.;

3. Этап размывания протесно-демократической системы, 1994-1998 гг.;

4. Лоялистская перегруппировка и электоральная система, 1999-2004 гг.

По аналогии эту систематизацию можно дополнить ещё 2 электоральными системами:

5. Период стагнации электоральной системы, 2005-2008 гг.;

6. Либерализация электоральной системы 2009-2012 гг.

Нынешний статус России "посткоммунинистического" государства с неокрепшими демократическими институтами диктует необходимость относиться к полученным выводам с двойной осторожностью, ограничивает возможности структурно-функционального моделирования такого сложного общественного явления, как электоральное поведение.

Незавершенность процесса структурирования политического пространства, подверженность выборов фальсификациям (использование административного ресурса), слабость российских политических партий, вынужденных действовать в ситуации политически неинституционализированных социальных сетей; наконец, колоссальный уровень региональных различий и асимметрии - все это требует обязательного учета, оговорок и допущений при анализе электоральных предпочтений населения.

В то же время сегодня исследователь электоральной системы обладает значительным объемом информации и статистических данных, что при анализе результатов выборов в динамике позволяет пренебречь вероятными погрешностями и возможными фальсификациями без существенного ущерба для исследования.

Все вышеизложенные концепции электорального поведения (см. 2.1) в определенной степени применимы для интерпретации волеизъявления избирателей в нашей стране, хотя их использование и содержит многие противоречия.

В современной России основополагающим для объяснения территориальной дифференциации электоральных предпочтений является фактор урбанизации - раскол «город-село». В то же время в странах Западной Европы фактор урбанизации давно уже отошел на второй план. [16]

О проявлении «партийной идентификации» в России можно говорить с некоторыми оговорками лишь применительно к голосованию за КПРФ, привлекательность которой как правопреемницы КПСС базируется на определенной сумме идеологических стереотипов. На обывательском уровне широко распространено также мнение о наличии в российском обществе устойчивого «яблочного» электората, который объединяет сегмент правозащитной, демократически настроенной, но в то же время не сумевшей в полной мере адаптироваться к новым экономическим условиям интеллигенции. Правда, многие исследователи придерживаются обратной точки зрения, а социологические опросы говорят о том, что избиратели «Яблока» и лично Г.А.Явлинского отличаются значительной переменчивостью. Так или иначе, в данном случае неверно говорить о феномене «партийной идентификации» (здесь задействованы иные механизмы мотивации избирателя), поскольку «яблочный» электорат слишком мал да и любая идентификация по определению формируется на протяжении достаточно длительного времени. Крайнюю нестабильность "центристской периферии" лояльно-демократического электората, с одной стороны, и мобилизованность и сплоченность электората коммунистов, с другой, отмечают В.А.Колосов и Р.Ф.Туровский.

Следует отметить, что значение феномена партийной принадлежности как фактора электорального поведения в России в последние годы еще более снизилось как результат сужения электората КПРФ, а также на фоне общего спада политизированности практически всех слоев населения.

По мнению Ю.Д. Шевченко, «отсутствие в России и в других посткоммунистических странах однозначно идентифицируемых социальных «расколов» и «партийной идентификации» свидетельствует в пользу выбора экономической теории голосования». Влияние экономических факторов особенно возрастает на региональных и местных выборах. [36]

Однако с исчезновением двухполюсности электората и усложнением его структуры влияние социально-экономических факторов должно было ослабнуть. На первый план все более выходят использование средств массовой информации, феномен контролируемого голосования в национальных республиках, PR-технологии и прочие приемы стратегии избирательной кампании.