Раздел 111. Стилистическое использование фразеологии

Вопрос о статусе фразеологических единиц (далее ФЕ) в системе языка весьма сложен. Несмотря на интенсивную плодотворную раз­работку теории фразеологии в советской лингвистике, многие ее ос­новные понятия имеют различную, а подчас и противоречивую трак­товку. Это касается прежде всего определения предмета фразеологии. Под фразеологией понимают и совокупность лексикализированных словосочетаний, своеобразный «запас» выразительных средств языка, которые эквивалентны словам, и особый языковой уровень, единицы которого — ФЕ — не эквивалентны словам, а лишь соотносятся с ни­ми, и наконец, в последнее время выдвигается идея о том, что предме­том фразеологии является сочетаемость лексем всех типов. Не анали­зируя данные точки зрения, оговоримся, что мы будем рассматривать фразеологию как совокупность ФЕ, подразумевая под ФЕ устойчивые раздельнооформленные, но семантически целостные сочетания слов с полностью или частично переосмысленным значением. Такое пони­мание ФЕ дает возможность включить в состав фразеологии «и многие фразовые штампы, клише, типичные для разных литературных сти­лей, и литературные цитаты, и крылатые выражения, и народные по­словицы и поговорки» [33, 61].

Разумеется, такое определение фразеологии не является достаточно строгим, поскольку оно игнорирует наличие существенных структур­ных различий между ФЕ различных типов, а именно на структурно­семантических различиях и строятся многочисленные классификации ФЕ. Однако мы не будем касаться этого вопроса, поскольку для сти­листики существенна не столько материальная репрезентация той или

иной языковой единицы, сколько особенности ее функционирования в речи. ФЕ эквивалентны словам, так же, как и слова, они выполняют функции номинации и коммуникации. Это не означает, что между словами и ФЕ нет существенных различий в функциональном аспекте.

Во-первых ФЕ в отличие от слов, у которых связь между состав­ляющими его морфемами является жесткой и редко претерпевает ка- кие-либо изменения, являются единицами, обладающими свойством синтаксической разнооформленности, синтагматические связи между компонентами ФЕ более свободны и в речевом потоке могут значитель­но видоизменяться для создания различных стилистических эффектов. ^

Во-вторых, можно предположить, что большинство ФЕ в бтличие от слов содержит не только основную, но и дополнительную инфор­мацию. Это обусловлено тем, что очень многие ФЕ образуются в ре­зультате вторичной номинации для более экспрессивного или более эмоционального обозначения понятий и явлений, которые уже обозна­чены словами или свободными словосочетаниями.

Так, например, наряду с прилагательными со значением положи­тельной оценки good, marvelous, splendid и др. возникает ФЕ as good as gold, в котором положительная оценка может рассматриваться как имеющая превосходную степень; для обозначения чего-то хорошего, нужного, ценного наряду со свободными словосочетаниями a good thing, something which is valuable возникает ФЕ quite the potato; для обозначения понятия a difficult situation возникает фразеологизм a tight place, corner.

Фразеологизмы создаются не для называния каких-либо новых явлений, а для конкретизации и образно-эмоциональной оценки пред­метов, явлений, действий, качеств, уже названных в языке.

Вместе с тем многие ФЕ возникают в результате первичной номи­нации, вследствие невозможности выразить новое понятие одним сло­вом, как, например: primitive accumulation — первоначальное накоп­ление, gentlemen’s agreement джентельменское соглашение, put out of action вывести из боя, cast anchor — бросить якорь, balance one’s accounts подвести итоги и др.; в русском языке — выйти на орбиту, термоядерная реакция, очарованные частицы, холодная война и др. Возникая в определенной сфере речевой коммуникации и закрепляясь в ней, ФЕ могут приобретать функционально-стилистическое значение.

Существует много ФЕ, которые не связаны с какой-либо определен­ной сферой речевой коммуникации и не обладают стилистическим зна- чецц&м. как, например: point of view — точка ^зрения, come to the point — подойти к сути дела, in position — в состоянии, without re­sult — безрезультатно. Они составляют группу ФЕ нейтрального сти- 4 лисш]^ск0ш-лзща. Очевидно, к этой группе следует отнести и ФЕ, оЗозначающиераз?тчные исторические реалии (историзмы^: j Black Prince — «черный принц», сын короля Эдуарда III, названный так из-за черных лат, которые он носил; the secular arm — гражданская власть, приводящая в исполнение приговоры церковных судов; Act of Attain­der — осуждение парламентом виновного в измене; the common beam— точные весы, которые были установлены в помещении Лондонской компании колониальных товаров; экзотизмы: the Black Belt — «чер­ная зона», южные районы США, где преобладает негритянское

население; Dust Bowl — «пыльные районы», название засушливых райо­нов на западе США; the Blue and the Grey — «синие и серые», армии северных и южных штатов в гражданской войне в США в 1861—1865 гг.; лексические неологизмы: SALT negotiation — переговоры об ограни­чении стратегических вооружений между СССР и США; energy crisis — энергетический кризис; oil crisis—нефтяной кризис; терминологи­ческие ФЕ в различных областях знаний: deep and surface structure, supersentencial units, 3rd person singular, Present Perfect Continuous Tense, expressive means — в лингвистике; упорядоченная пара, мер­ные векторы, пустое множество — в математике.

Дополнительная информация ФЕ, кдк^и дополнительная инфор-

май?Ъг^ОтгШ7^ож^т^бБРгь^етБгре1ГТиЗ^:/функционально-стилистиче- ская, указывающая на загфепленность~ФЬ за какой-то определенной сферой речевой коммуникации^экспрессивная,^эмоциональная иуоце- ночная. ** '

Можно выделить различные группы ФЕ, которые обладают дополни­тельным функционально-стилистическим значением: юридические (ac­cessory after the fact — косвенный соучастник, action of the first imp­ression — действие, не имеющее прецедентов, make an affidavit — да­вать показания под присягой, aid and abet — подстрекать и активно содействовать); коммерческие (balance one’s accounts — подводить баланс, keep accounts — вести учет, short bill — краткосрочный век­сель, accommodation bill — дружеский вексель); театральные (stock actor — актер, входящий в постоянную труппу); военные (absence without leave — самовольная отлучка, come out of action — выйти из боя, command of the air — господство в воздухе, present arms — брать на караул); морские (be all adrift — дрейфовать, ride at single anchor— стоять на одном якоре, hit the beach — пристать к берегу); парламент­ские (revising barrister — лицо, проверяющее избирательные списки, the back bench — скамья для рядовых членов парламента, block the bill — задерживать прохождение законопроекта); охотничьи (draw the badger — заставить барсука выйти из норы, make a bag — убить много дичи, at bay — загнанный) и др. Следует отметить, что данный пере­чень далеко не полон. Совершенно очевидно, что в любом языковом коллективе ФЕ возникают так же легко, как и слова. Естественно, что если ФЕ употребляются в прямом значении, то они не обладают сти­листическим значением, но могут приобретать его в случае перенос­ного употребления.

Так, в заголовке рассказа Д. Гарнетт «Letting Down the Side» спор­тивный фразеологизм «подводить свою команду» использован в пере­носном значении — «компрометировать свою страну»; в заголовках рассказов А. Кристи «The Nemean Lion», Д. Лессинг «England versus England» юридические фразеологизмы также использованы в перенос­ном значении.

ФЕ, как и слова, можно подразделить на два основных класса: ФЕ, имеющие лексико-стилистическую парадигму, и ФЕ, не имеющие лексико-стилистической парадигмы. Семантические характеристики ФЕ этих классов в общем совпадают с семантическими характеристи­ками классов слов, имеющих и не имеющих лексико-стилистические парадигмы.

ФЕ, имеющие лексиксьстилистическую парадигму, так же как и слова этого класса.деогут быть разбиты на ФЕ^высокого стилигтиир- ского тона и ФЕ‘"сниженного стилистического тона—В. этой связи встает вопрос о наличии межстилевой и внутристилевой синонимии в совокупности фразеологизмов. Мы уже отмечали, что распростра­ненность межстилевой синонимии в лексике имеет ограниченный характер. Применительно к ФЕ область межстилевой синонимии оказы­вается еще уже, что связано с отсутствием в ФЕ развернутых сино­нимических рядов [102, 78]. Для выражения нескольких понятий в анг­лийском и русском языках существуют фразеологические синонимы сниженного и высокого стилистического тона (приказать долго жить, сыграть в ящик, дать дуба, протянуть ноги, to kick the bucket, to hop the twig, to tip over the perch — отдать богу душу, сойти в мо­гилу, уйти в мир иной, уйти из жизни, to go West, to depart to God, to join the majority), но их количество очень невелико, и они встречают­ся только в некоторых тематических областях.

ФЕ высокого и сниженного стилистического тона разграничивают­ся не столько на основе их стилистического значения, сколько на ос­нове принадлежности их к определенному типу речи —^книжному или ^разговорному.

, ФЕ высокого стилистического тона, как и слова, можно подразде­лить на'следующие группы:

а) архаизмы: be at accord with somebody—соглашаться с кем- либо, play upon advantage — обманывать, at adventure — наугад, at fortune’s alms — как милостыня судьбы, all and some — порознь и вместе; иду на вы, темна вода в облацех, ищите и обрящете;

б) поэтизмы: of high account — имеющий ценность, most and least — все без исключения, bring to mould — хоронить, proud sea — вздымающееся море; сойти в таинственную сень, приговор судьбы, бранный гром, служитель Парнаса, колесо Фортуны, честь и слава россов;

в) варваризмы: лат. ad ovo — с самого начала, ad hoc—для данно­го случая, ad patres — к праотцам, ad verbum — слово в слово; фр.: a la carte — по заказу, a la mode — по моде, a propos — кстати, beau monde — высший свет, bon mot — острота;

г) книжные: a heart of oak — мужественный человек, Achilles heel — Ахиллесова пята, steal somebody’s heart — похитить чье-то сердце.

Следует отметить, что книжные ФЕ, источником которых является библейская и античная мифология, средневековая и, частично, новая европейская литература, имеют в большинстве случаев интернацио­нальный характер и лишены национальной специфики, как в выше­приведенных примерах.

ФЕ сниженного стилистического тона можно подразделить на сле- дующйе группы: "

а) разговорные: Adam’s ale — вода, agony in red — яркокрасный костюм, alive and kicking — жив и здоров, about East — правильно, верно, have bats in one’s belfry — быть не в своем уме, slit the bat — говорить на иностранном языке, ask me another — спроси чего-нибудь полегче, you are another — сам такой, от такого слышу;

б) интержаргонные: monkey’s allowance — побои вместо еды, have got appartments to let — не все дома, to get on the ball — скорее! жи­вее!, have a crush on somebody—сильно любить кого-либо, drop a cue — сыграть в ящик, do brown — доводить дело до конца, put dots on somebody — наскучить, недоесть, ride the black donkey — быть в плохом настроении;

в) жаргонные, которые, в свою очередь, подразделяются по сферам употребления. Так, можно выделить морские жаргонизмы: admiral of the red — пьяница с красным лицом, put up a badge — получить очередное звание, be on the beach — быть в отставке, catch the boat — явиться вовремя, miss the boat — опоздать; авиационные: hit the gro­und — совершить посадку, go into the drunk — сесть на воду, grab for altitude — стараться набрать высоту; театральные: the big bird — свист, шикание, get the bird — освистать, ошикать; спортивные: sell one’s back — дать себя победить противнику за деньги, have the bye — быть свободным от игры; политические: wrecking amendment — по­правка к законопроекту, сделанная для того, чтобы свести его на нет, midnight appointments — назначения, производимые правительством к концу его пребывания у власти, tap the barrel — присвоить государ­ственные или общественные деньги и др.;

г) в качестве отдельной группы можно выделить просторечные ФЕ и ФЕ-вульгаризмы, лежащие за пределами нормативного разговорного языка: get the wind up — «сдрейфить», a bit of jam — хорошенькая девушка, get somebody up on his ears — разозлить, get outside — со­жрать, выпить и др.

^ Отметим два существенных обстоятельства. Во-первых, как и в случае с классификацией лексики, четких границ между выделенными группами нет. Во-вторых, именно этим группам ФЕ свойственна узу­альная стилистическая окраска, которая создается самыми разно­образными средствами:

а) повтором слова: again and again, by and by, more and more;

б) аллитерацией в сочетаниях частичных синонимов: bag and bag­gage, chop and change, part and parcel, rack and ruin, safe and sound;

в) аллитерацией и ассонансом в сочетаниях полных и частичных антонимов! heads and tails, hit and miss, more or less, now or never;

г) рифмой: to be art and part, fair and square, by hook or by crook;

д) образностью: as bold as brass, as cold as a cucumber, as dead as a doornail, as good as gold, as pleased as Punch, где, кроме того, наблю­дается аллитерация в компонентах ФЕ!

Это явление характерно и для русского языка: Федот, да не тот, всякой твари по паре, не до жиру, быть бы живу и др.

Особенностью ФЕ, обусловленной их раздельнооформленностью, является возможность их окказионального стилистического исполь­зования — различные авторские преобразования ФЕ, целью которых является достижение определенного стилистического эффекта.

Целесообразно различать два вида окказионального стилистическо­го использования ФЕ:

а) структурную трансформацию, или различные преобразования структуры (или компонентного состава ФЕ), сопровождаемые частич­ным или полным изменением его значения и

б) контекстуальную транспозицию, или полное (или частичное) переосмысление значения ФЕ в данном контексте без изменения его состава и структуры.

Рассмотрим каждое из этих явлений отдельно.

Структурная трансформация ФЕ может осуществляться следующи­ми способами: 1) расширением компонентного состава ФЕ; 2) сокраще­нием компонентного состава ФЕ; 3) изменением компонентного состава ФЕ; 4) инверсией компонентов ФЕ.

Расширение компонентного состава ФЕ (или «вклинивание») рас­сматривается учеными как простое вклинивание и вклинивание, со­провождаемое осложнением ФЕ*— лексической или морфологической заменой, словообразовательными изменениями, инверсией, добавле­нием слова. Мы предпочитаем термин «расширение», который включает различные виды вклинивания. Окказиональное авторское преобразо­вание ФЕ представляет собой уточнение, усиление или ослабление значения всей ФЕ с целью достижения определенного стилистического эффекта.

Так, например, в размышлениях одного из персонажей романа А. Хейли «В высших сферах» находим: But that was no reason for not being pleased, or making political hay whenever one could, где ФЕ make hay — наживаться, делать что-либо быстро и вовремя образо­валась в результате усечения пословицы такейау while the sun shines — коси коса, пока роса; куй железо, пока горячо и расширяется с целью уточнения, конкретизации значения ФЕ — making political hay — наживать политический капитал.

В том же романе в предложении When you had a weak case and knew it Alan thought, even straws should be grasped at firmly происходит расширение ФЕ (catch at a straw — хвататься за соломинку), изме­нение порядка следования компонентов и лексического состава с целью усиления значения ФЁ.

В предложении Captain Jaabeck chewed on the date, then wiped his fingers and mouth fastidiously with a linen napkin. A machine exists, 1 am told, Mr Maitland, so sensitive it can hear the death scre­ams of a peach when plucked and skinned. [...] The captain smiled, and Alan wondered if his leg were being gently pulled расширение ФЕ (pull somebody leg — одурачивать) ведет к ослаблению выражаемого им зна­чения.

Расширение ФЕ может происходить и за счет объединения двух ФЕ, которые используют один образ: Richardson grinhed. “«You could TPy Suggesting that he keeps both feet on the ground. That way he might not put one in his mouth so often, где ФЕ (keep feet on the ground твердо стоять на земле, быть реалистом) первого предложения развертывает­ся во втором предложении, используя ФЕ put feet into one’s mouth влипнуть, сплоховать, сесть в галошу.

Аналогичное явление наблюдается и в русском языке, как, напри­мер, «Лишь испустив свой доисторический дух, мамонт промерзал до последней косточки, превращаясь в предмет поисков и находок бу­дущих палеонтологов» (Изв., 14 марта 1980), где расширение ФЕ ис­пустить дух и преобразование ФЕ промерзнуть до костей создает юмористический эффект; «Нет, мы не были столь плохо профессиональ­но воспитаны, чтобы обрушиться на безымянных, неуловимых, неуяз­вимых грабителей с большой железной дороги» (Изв., 22 марта 1980), где происходит контаминация выражения грабитель с большой дороги й словосочетания железная дорога, что создает ярко выраженный сати­рический эффект.

Сокращение компонентного состава ФЕ не является стилистиче­ским приемом, это, скорее, результат речевой компрессии пословиц, поговорок, литературных цитат и сентенций, как, например: a bird in the hand от a bird in the hand is worth two in the bush, new broom от new brooms sweep clean, catch at a straw от drowning man will catch at a straw. Употребление усеченного фразеологизма отсылает слушателя или читателя к мысли или образу, которые ему уже извест­ны, стилистический эффект ФЕ в таких случаях ослаблен. Однако иног­да усечение ФЕ может преследовать иные цели: создание юмористиче­ского эффекта. Так, в книге А. Милна о Винни-пухе усечение ФЕ Trespassers will be prosecuted в Trespassers W на доске трактуется по­росенком Пятачком как имя его деда.

Наиболее широко распространенным случаем окказионального преобразования ФЕ в стилистических целях является изменение компонентного состава фразеологизмов. Различаются простые и ос­ложненные замены. Простые контекстуальные преобразования могут происходить как с изменением структуры ФЕ, так и без ее изменения. Постоянный, или узуальный, компонент ФЕ может заменяться еди­ницей, которая синонимична или антонимична ему, связана или не связана с ней тематически. Осложненные контекстуальные замены, которые встречаются относительно редко, представляют собой те же простые замены, но осложненные авторскими комментариями, повто­рами, морфологическими и иными структурными изменениями.

Очень часто данный стилистический прием встречается в книге JI. Кэрролла «Алиса в стране чудес». Так, в предложении «Well, I’d hardly finished the first verse», said the Hatter, «when the Queen baw­led out: «He’s murdering time. Off with head!» в ФЕ kill time бесцельно проводить (букв, убивать) время глагол to kill заменяется более эм­фатическим глаголом to murder — злодейски убивать. Одновременно здесь реализуется и дополнительное значение слова time — ритм. Таким образом, в словах Королевы одновременно реализуются два значения — «он (злодейски) убивает время» и «он (злодейски) иска­жает ритм». Другой персонаж книги Белый Кролик в удивлении восклицает: «Oh, my ears and whiskers (вместо обычного my eyes), how late it’s getting». На этом же приеме построено и восклицание Ко­ролевы: «Now, I give you fair warning» shouted the Queen [...] «either you or your head must be off and that in about half no time, где в ФЕ in less than no time компонент less than заменяется about half no time.

Иногда происходит полная замена всех компонентов ФЕ, при со­хранении модели исходной ФЕ, в результате чего образуется своеоб­разный авторский неологизм. Так образуются новые ФЕ в той же книге в словах Герцогини: Take care of the sense, and the sounds will take care of themselves, образованные по аналогии с известной посло­вицей Take care of the pence, and the pounds will take care of themsel­ves, или в словах Белого Кролика, который «преобразует» ФЕ as sure as death или as sure as eggs в as sure as ferrets are ferrets.

Аналогичное явление наблюдается и в русской литературе. Так, в стихотворении А. Вознесенского «Песня Офелии» есть случай пере- разложения и переосмысления пословицы «с миру по нитке — голому рубацжа» в «миру по нитке — голая станешь, ивой поникнешь, горкой растаешь [...]►.

Образованйе авторского фразеологизма может строиться и на более сложных ассоциациях и связях. Из ФЕ better late than never легко выводится свободное словосочетание better early than late. В упомя­нутом романе А. Хейли оно эмфатически усиливается: Howden added severely: «Better too much too early than too little too late».

Под инверсией, или переразложением, компонентов ФЕ понимается изменение структуры ФЕ при сохранении ее исходных компонентов и частичном переосмыслении всей ФЕ или, чаще, одного из его компо­нентов. Вот диалог Винни-пуха и ослика Иа-Иа: «Good morning, Ееуо- ге», said Pooh. «Good morning, Pooh Bear», said Eeyore gloomily. «If it is a good morning», he said. «Which I doubt», said he. ФЕ good morning, буквальное значение которой стерлось, трактуется осликом Иа-Иа как буквальное и поэтому помещается в несвойственную дан­ной ФЕ позицию предиката. В другом диалоге тех же персонажей: «And how are you?» said Winnie-the-Pooh. Eeyore shook his head from side to side. «Not very how», he said. «I don’t seem to have felt at all how for a very long time» наблюдается аналогичное явление, фразео­логизм how are you воспринимается Иа-Иа как свободное словосо­четание (типа you are well, ill, fine), в результате чего вопросительное слово how выступает в несвойственной ему функции обстоятельства образа действия.

В том же романе А. Хейли есть такой диалог. «But I’m surprised to hear it from you. I’ve always thought of you as Jamie’s enthusiastic right arm». Milly said suddenly, surprising herself, «Enthusiasm wears thin and arms get tired», где в первом предложении наблюдается расши­рение ФЕ, а во втором предложении компоненты ФЕ сохраняются, но первый компонент сохраняет свое основное значение, а второй лишается переносного значения и выступает в прямом значении в ре­зультате того, что из позиции предиката он перемещается в позицию субъекта.

Еще один пример: «Hullo, Angry», James Howden said. «I hear that your people let the cat out».

The Hon. Phillip Angrove’s Bostonian drawl came back. «I know, Prime Minister, and I’m damned apologetic. Fortunately, though, it’s only the cat’s head and we still have a firm grip on the body».

В данном случае в первом предложении сохраняются все компо­ненты ФЕ to let the cat out of the bag, а во втором происходит пере- разложение ее и расщепление с переосмыслением компонентов the cat’s head — часть секрета, the body — главная часть секрета.

Рассмотрим теперь явление ^контекстуальной транспозиции^ Суть ее заключается в том, что ФЕ, сохраняя свою целостность и свой ком­понентный состав, в определенном контексте полностью переосмысляе­тся. Чаще всего контекстуальная транспозиция представляет собой

реализацию буквального значения ФЕ. Такие преобразования обычно преследуют достижение юмористического эффекта.

Так, в названии одной из глав книги о Винни-пухе Pooh goes visi­ting and gets into a tight place ФЕ a tight place одновременно означает и трудное положение, и узкий проход, в который попал Винни-пух.

Таким образом, как сами фразеологизмы, так и способы их исполь­зования в речи, в том числе и художественной, являются одним из важнейших стилистических средств современного английского языка.

Рассмотрение лексических средств стилистики показывает, что лек­сический состав современного английского языка, благодаря сложной и многообразной дифференциации как по сферам его речевого исполь­зования, так и по стилистическим характеристикам, является одним из самых важных стилистических средств языка, обеспечивающих возможность выразить и передать все богатство человеческих мыслей и чувств.