3. Основные антропологические вопросы античной философии

Постепенно в античной философии сложился и круг вопросов, свя­занных пониманием сущности человека, его существования, места в окружающем природном мире, в обществе и т. п., которые условно можно назвать антропологическими. Воззрение античных мыслителей на человека и общество развивались, демонстрируя тем самым все более глубокое постижение человеческой сущности. Развитие это было обусловлено как внутренними тенденциями в изменении самой философии, так и социально-политической эволюцией античного общества, историей его возникновения, расцвета и упадка. Если на начальных этапах сущест­вования античной философии преобладал космоцентрический взгляд на проблемы человека, то в классический период – социологический, а на завершающих этапах – этический.

Ранние древнегреческие философы понимали космос как упорядо­ченную часть вселенной. Космос – это живая (а для некоторых филосо­фов и одушевленная) система, с которой органически связан человек. Космос определяет жизненный путь, судьбу каждого человека. Сущность человека имеет не просто природный, а космический характер, что отличает его от всех земных существ. В отличие же от космических тел (Солнца, планет, звезд, метеоритов и т. п.) человек является уменьшенной копией великого Космоса, микрокосмом. Подобно тому, как в капле воды содержатся все свойства воды, так и человек заключает в себе все свойства космоса. Это позволило одному из первых античных философов – Протагору (490-420 гг. до н. э.) сформулировать исходный принцип софистов (учителей мудрости): «Человек есть мера всех вещей: существующих, что они существуют, и несуществующих, что они не существуют». Человек объявлен софистами критерием всего: добра и зла, истины и заблуждения, прекрасного и безобразного, удовольствия и страдания, справедливости и несправедливости. Правда, из всех людей Протагор выделял мудрецов, считая их мнение лучше мнений обычных людей. Человек в своем определении вещей руководствуется выгодой и пользой, причем как личной, так и государственной. Так Протагор обосновывал деятельность софистов, которые стремились не к истине, а к победе над своими противниками в споре или тяжбе.

Исходя из космоцентрического подхода к человеку, другой выдающийся софист античности – Сократ (ок. 470-399 гг. до н. э.) сделал любимым изречением «Познай самого себя». Прежде всего оно означало, что познав себя, как микрокосмос, ты познаешь тем самым великий Космос. Однако, Сократ не ограничивался этим; он видел, что не менее важной, а может и более важной сущностью человека, чем космическая, является его общественная сущность. На ее изучении и сосредоточил свой философский интерес Сократ. Познать самого себя – значит для Сократа познать себя как общественное и нравственное существо. Это возможно, по мнению Сократа, только с помощью мудреца, который применяет майевтику – искусство извлекать скрытое в человеке правильное знание с помощью искусных наводящих вопросов.

В связи с социологическим подходом к человеку перед античными мыслителями встал вопрос о счастье, который имел не только теоретическое, но и большое практическое значение для рабовладельцев. Выдвижение общественной сущности человека на первое место означало, что человек тесно связан с обществом, не может существовать вне общества. Но это логично повлекло постановку мыслителями вопроса о том, кто первичен в этой связке: человек или общество?

Первоначальным ответом на данный вопрос в античной философии было утверждение о первичности общества. Эту позицию разрабатывал Платон.

Понимание сущности человека Платоном вытекает из его учения о бытии. Подобно двум неравноценным сферам бытия – вечных и самодо­статочных идей, с одной стороны, и преходящих, несамостоятельных вещей чувственного мира, с другой, – в человеке Платон различает бессмертную душу и смертное, тленное тело. Человеческая душа состоит как бы из двух частей – разумной и неразумной. Неразумная в свою очередь включает помимо низменной, вожделеющей части, смыкающей­ся с телом, две способности человека – рассуждать и яростно гневаться. Эти способности выступают союзниками разума. Смысл человеческого бытия, судьба человека зависит от того, кто кого осилит: неразумное, низменное, вожделеющее начало души или разум со своими союзниками? Платон принимает миф о переселении душ: после смерти тел души могут вселяться как в тела людей, так и в тела животных и растений в зависи­мости от того, насколько высшей части души – разуму – удалось побе­дить низшую часть души.

Государство (которое Платон отождествлял с обществом) возникает потому, что человек как индивид не может обеспечить удовлетворение своих главных потребностей и соответственно не может достичь счастья. Только благополучное, процветающее общество автоматически делает своих граждан счастливыми людьми. Но в реальной жизни люди имеют дело с несовершенными обществами, поэтому Платон разрабатывает учение об идеальном государстве. Для того, чтобы процветать и соответственно обеспечивать счастье своих граждан, общество должно строиться на том, что каждый человек должен занимать в нем свое место, соответствующее выделяющейся, одной из трех частей его души: разумной, эмоциональной или чувственной (вожделеющей). Подобно этому в государстве должно быть, с точки зрения Платона, три сословия: правителей-философов, вои­нов и земледельцев, ремесленников. Именно такое государство доброде­тельно, ибо все служат ему как некоей целостности и занимаются своим делом, не вмешиваясь в чужие дела, а «заниматься своим делом и не вмешиваться в чужие дела – это и есть справедливость». Трем основным сословиям соответствуют и три основные добродетели. Мудрость является добродетелью правителей – философов, храбрость – добродетель воинов, а умеренность – добродетель народа. Соблюдение этих добродетелей ведет к справедливости. Согласно Платону, справедливое и совершенное государство – это высшее из всего, что может существовать на Земле. Поэтому человек живет ради государства, а не государство ради человека.

Образец совершенного государства Платона был подвергнут уточнению со стороны Аристотеля.

Аристотель соглашался с Платоном в том, что человек – это обще­ственное существо. Жизнь в государстве является естественной сущно­стью человека. Сущность государства Аристотель видел в политическом сообществе людей, которые соединились для достижения определенного блага. Основными задачами государства он считает предотвращение чрез­мерного накопления имущества граждан, чрезмерного роста политиче­ской власти личности и удержание рабов в повиновении.

Против идеального государства Платона Аристотель выдвинул три главных соображения: 1) Платон переступил пределы допустимого един­ства, ибо единство жестко связанное, как в его государстве, менее пред­почтительно, чем «единство менее сжатое»; 2) у Платона благо целого (государства) не предполагает блага частей, ведь он даже у своих стражей отнимает счастье; 3) в отличие от Платона, который видел в частной собственности главный источник социальных зол и хотел ее устранения, Аристотель – сторонник частной собственности. Он провозглашает, что «одна мысль о собственности доставляет несказанное удовольствие», что отмена ее, как предлагает Платон, ничего не даст, так как «общее дело все сваливают друг на друга».

Идеальным Аристотель считает такое государство, которое обеспечи­вает максимально возможную меру счастливой жизни для наибольшего числа граждан. Счастливы же люди тогда, когда владеют умеренной собственностью, когда власть государства является как бы продолжением власти главы семьи. Наилучшими формами политического устройст­ва Аристотель считал политию (государство управляется большинством), аристократию (управление группой граждан, обладающих личным досто­инством) и монархию, которая допустима при наличии в государстве превосходнейшего человека. Худшими формами политического устройст­ва Аристотель считал тиранию, олигархию и демократию.

Если в период расцвета античной философии (классический период) человек, его существование и совершенствование рассматривались в не­разрывной связи с обществом, то в эллинистический период философы считают условием добродетельной и счастливой жизни освобождение человека от власти внешнего мира, от общества. В этой связи античные мыслители выдвинули на первое место этический аспект человеческой сущности. Действительно, если несовершенное реально существующее общество не может обеспечить человеку счастливую жизнь, он должен освободиться от него и сам строить свое счастье. Но тут встает вопрос: а что должен делать человек, как себя вести, чтобы стать счастливым? Ведь человек может действовать по-разному.

Ответ, лежащий буквально на поверхности человеческого существования, дает Эпикур (341-270 гг. до н. э.): удовлетворяй все свои желания, живи в наслаждении и ты будешь счастлив. Таким образом, Эпикур и его школа явились проповедниками гедонистического образа жизни. Оговорки Эпикура о соблюдении чувства меры уже его учениками, а тем более критиками были преданы забвению.

Согласно Эпикуру, человеческая душа – это не нечто бестелесное, а структура атомов, тончайшая материя, рассеянная по всему организму. Отсюда вытекает отрицание бессмертия души. С разложением тела, считает Эпикур, рассеивается и душа, поэтому страх перед смертью необоснован. Исходя из натурфилософского ут­верждения о реальном существовании отдельных изолированных атомов и вторичности всех вещей видимого мира и космоса, которые состав­ляются из атомов, Эпикур дает индивидуалистическую трактовку чело­века. В соответствии с нею, индивид, отдельный человек – первичен, а все общественные связи, отношения и явления зависят от отдель­ных лиц, т. е. вторичны.

Поскольку человек, по Эпикуру, является чувствующим существом, то его чувства суть основной критерий морали. Высшим благом, целью человеческого существования он признавал блаженство, наслаждение, удовольствие (гедоне). Оно состоит в удовлетворении естественных по­требностей и в достижении определенного душевного равновесия – спокойствия души, а тем самым и счастья. Однако подлинное удовольст­вие Эпикур видел не в том, чтобы без всякой меры предаваться грубым чувственным наслаждениям, как позднее истолковали богатые выходцы из высших кругов римского общества и его последователи – эпикурейцы. Как и большинство греческих мудрецов, Эпикур был привержен идеалу меры. Человек достигнет счастья только тогда, утверждал Эпикур, когда научится умерять свои страсти и плотские влечения, подчиняя их разуму. Мудрый человек должен избегать общественной деятельности, замыкаться в частной жизни.

Особенно резко выступала против идей гедонизма философская школа киников. Ее основатель Антисфен (444-368 гг. до н. э.) видел человеческое счастье в добродетели, а для достижения добродетельности считал достаточным одного лишь желания, силы воли. Антисфен учил, что добродетель едина для всех, что она – орудие, которое никто не может отнять. Счастье – цель человеческой жизни, а средство ее достижения – добродетель.

Впрочем, учение о том, что счастье в добродетели, – это общее представление многих античных философов. Своеобразие этического учения киников состоит в том, что они понимают под добродетелью и счастьем. А добродетельными поступками, ведущими к счастью, киники считали вовсе не такие поступки, которые следуют господствующим этическим нормам и государственным законам. Киники с презрением относились к гражданской и государственной добродетели. Законы госу­дарства и законы добродетели не только не совпадают, но часто противо­речат друг другу. Разве может быть добродетельным государство, которое, например, простым актом голосования делает невежественных людей полководцами? Ведь такое голосование имеет не большую силу, чем решение считать ослов конями. Государства, как правило, не могут отличить хороших людей от дурных, отчего и погибают. Не может быть источником нравственных норм и общественное мнение. Критерием добродетели и примером счастливой жизни могут быть только мудрец и его жизнь. А таким мудрецом может быть только киник. Добродетельная и счастливая жизнь – прежде всего и в основном жизнь свободная. Но для этого недостаточно не быть рабом. Большинство политически свободных людей – рабы своих потребностей, вожделений, желаний, претензий. Единственный способ стать свободным и счастливым – отказ от большей части своих потребностей, сведение их до самого мизерного уровня, ставящего жизнь человека в один ряд с жизнью собаки.

Ученик Антисфена Диоген дал своей жизнью образец кинического мудреца: жил в большой глиняной бочке, ходил в рубище, питался отбросами, приучал себя к физическим лишениям и нравственным унижениям, отказывался соблюдать все пра­вила приличия, навлекал на себя град насмешек и провокационных выходок. В то же время всегда отвечал на них с необыкновенной наход­чивостью и меткостью, смущая тех, кто хотел его смутить. Своим аскетическим образом жизни Диоген учил правильному поведению, но при этом вовсе не призывал следовать своему примеру. Когда Диоген был захвачен пирата­ми и продан в рабство, он применил к детям своего хозяина прекрасную систему воспитания, но не копирующую его образ жизни.

Для стоиков философия – не просто наука, но прежде всего жизнен­ный путь, жизненная мудрость. Только философия в состоянии научить человека сохранять самообладание и достоинство в смутные времена разложения нравов эпохи эллинизма и поздней Римской империи.) Сто­ическую философию глубоко разработал, превратил в обширную систему Хрисипп (280-207 гг. до н. э.).

Свободу от власти внешнего мира над человеком стоики считали главным достоинством мудреца. Сила его в том, что он не есть раб собственных страстей. Мудрец не может стремиться к чувственным удо­вольствиям. Стоическая философия выдвигает на вершину человече­ских усилий добродетель. Добродетель – единственное благо. Но добро­детели стоики ищут не ради счастья, а ради покоя и безмятежности, безразличия ко всему внешнему. Такое их понимание добродетели противостоит, с одной стороны, эпикурейскому гедонизму, а, с другой стороны, киниковскому аскетизму. Иначе говоря, преодолевая крайности того и другого направления в философии, стоики приходят к пониманию добродетели как умеренности.

Добродетель означает жить в согласии с разумом. Стоики признают четыре основные добродетели: разумность, граничащую с силой воли, умеренность, справделивость и доблесть. К четырем основным доброде­телям прибавляются четыре противоположности: разумности противосто­ит неразумность, умеренности – распущенность, справедливости – не­справедливость, доблести – трусость, малодушие. Между добродетелью и грехом переходных состояний нет.

Всё остальное стоики относят к категории безразличных вещей. На вещи человек не может повлиять, однако он может над ними «возвы­ситься». Человек должен подчиняться космическому порядку; он не должен желать того, что не находится в его власти. Идеалом стоиче­ских устремлений выступает покой или, по крайней мере, безучастное терпение. Стоический мудрец (идеал человека) является воплощенным разумом.

История развития философии в рабовладельче­ском обществе показывает, что уже на первом этапе развития европей­ской философии выкристаллизовывались практически все основные фи­лософские проблемы. Античные философы представили и богатейшее разнообразие их решений, которые заложили конкурирующие между собой стержневые линии дальнейшего развития философии. Основные вопросы и пути их решений сформировали по сути дела три главных раздела философии – учение о бытии (онтологию), учение о познании (гносеологию) и учение о человеке (антропологию с элементами социоло­гии и этики).

Античная философия как первоначальный этап в истории европей­ской философии развивалась в тесной связи с научными представления­ми древних греков о мире. Неразвитость древней науки в свою очередь обусловливала опору философов исключительно на показания органов чувств и силу человеческого мышления, что придавало некоторую наив­ность онтологическим и гносеологическим воззрениям.