Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
ТЕОРИЯ ДРАМЫ.doc
Скачиваний:
2
Добавлен:
01.05.2025
Размер:
540 Кб
Скачать
☆

§ 2. Гольдони как глашатай просветительского реализма

Реформа, о которой мечтали некоторые теоретики, была осущест­влена великим итальянским комедиографом Карло Гольдони. К мыс­ли о необходимости преобразования театра его привела практиче­ская деятельность. Он видел, что старая импровизационная манера исчерпала себя в художественном отношении. Главное же было в том, что она уже не отвечала новым идейным требованиям, кото­рые буржуазная и демократическая публика стала предъявлять те­атру. От него ждали теперь ответа на волнующие общественные проблемы. Театр должен был примкнуть к той идеологической борь­бе, которую передовые слои общества вели против феодальных пе­режитков за создание образцового буржуазно-демократического

строя.

Театральная реформа Гольдони началась с изменений чисто сценического характера. «Изменение сценической техники было сознательным элементом реформы Гольдони. Ее бессознательная тенденция была гораздо шире самых широких театральных рамок»,— писал А. К- Дживелегов 83. Реформа Гольдони возвращала италь­янский театр на широкий путь реализма, она содействовала идей­ному обогащению сценического искусства.

Характеризуя деятельность Гольдони в этом направлении, тот же исследователь определил: «Основная его задача распадалась на два момента, тесно между собой связанных: пропаганду новых идей и изображение новых людей»84. В 1738 году Гольдони, как он рассказывает об этом в своих «Ме­муарах» (1787), имел возможность работать с хорошей труппой и решился на осуществление тех экспериментов, о которых он стал с некоторого времени мечтать. «Пришло, кажется, время, когда я могу попробовать осуществить давно намеченную реформу,— пи­шет Гольдони.— Да, я буду разрабатывать сюжеты, построенные на характерах; только они и являются источником хорошей коме­дии; именно с них начал свою деятельность великий Мольер, достиг­ший такого совершенства...»85 Как он постепенно осуществлял свои цели, Гольдони подробно рассказывает в мемуарах, раскрывая на ряде примеров, что главным было обращение к живым типам, вмес­то использования традиционных образов масок.

В 1750 году Гольдони поставил на сцене пьесу «Комический те­атр», которая была своего рода манифестом новой драмы. Он вло­жил в уста персонажей речи, выражавшие его взгляды по основ­ным вопросам драмы и особенно о комедии.

Вот как характеризуется устами Ансельмо основная цель ко­медии: «Комедия была измышлена для исправления пороков, для осмеивания дурных нравов; и так как античная комедия именно эти цели и преследовала, то народ обсуждал их, находя в сцени­ческих характерах копии или с самих себя или с ближних своих. Когда комедии стали только смешными, с ними перестали считаться, потому, что в стремлении насмешить они допускали самые невероят­ные, самые звонкие глупости. Теперь же, когда комедии снова вы­лавливают свое существо из великого моря природы, зрителей хва­тает за сердце увлечение страстью или изображаемым характером: они уже разбираются в том, как выдержана страсть, хорошо ли наблюден и проведен характер»86.

Как видим, проблема характера является для Гольдони цент­ральной. Его внимание сосредоточено на ней, ибо именно характер имеет ключевое значение для решения всех главных вопросов про­светительской реалистической комедии. Характер воплощает ре­альный жизненный тип, через него раскрываются нравы, страсти, пороки. Соответственным изображением всего этого театр дости­гнет своей нравственной цели.

Мольер, как мы знаем, был для Гольдони образцом комедиогра­фа-реалиста. Но французская комедия, как она сложилась в XVII веке, уже не удовлетворяет Гольдони в полной мере. «Нель­зя, чтобы во французских комедиях не было прекрасных, хорошо выдержанных характеров, чтобы они не умели ловко обращаться со страстями и чтобы их концепции не были остроумны, удачны и блестящи, но зрители этой страны довольствуются слишком малым. Французы строят свою комедию всего лишь на одном характере. Вокруг одной страсти, правда, хорошо разработанной и проведенной, вращается целый ряд положений, которые силою выражения

кажутся новыми»87.

Односторонности, композиционной ограниченности француз­ской комедии Гольдони противопоставляет комедию более широко­го реалистического плана: «Наши итальянцы желают большего. Они желают, чтобы главный характер был силен, оригинален и ясен, чтобы почти все, даже только эпизодические фигуры, тоже были, как-никак, характерами; чтобы завязка достаточно изобиловала случайностями и новизной. Они желают, чтобы мораль была пере­сыпана шутками и остротами. Желают финала неожиданного, но ясно вытекающего из всего хода комедии»88.

Это целая программа, изложенная лаконично, но выразитель­но. Гольдони, как видим, настаивает, чтобы все персонажи были характерами. Он готов включить в комедию разнообразный жизнен­ный материал,— таков источник «новизны», о которой он говорит. Развязка должна быть не условной, а тоже подсказанной жизнен­ным сюжетом пьесы. Наконец, сухое морализаторство претит Голь­дони, хотя нравственные задачи театра он ставит высоко.

В своей комедии Гольдони касается также пресловутого вопро­са о правилах единства места и времени. При этом он замечает, что о комедии Аристотель вообще высказался кратко, и страницы, по­священные этому виду драмы, в его трактате являются «несовер­шенными». «В своей «Поэтике» он предписывает единство места лишь по отношению к трагедии, а о комедии не говорит ни слова,— при­бегает Гольдони к уловке формального характера.— Некоторые утверждают, будто все, что он писал о трагедии, относится также и к комедии, и что если бы он закончил свой трактат о комедии, то предписал бы единство места и для нее. Но на это отвечают, что если бы Аристотель был еще жив, то он сам отказался бы от этого труд­ного правила, ибо из него родятся тысячи бессмыслиц, тысячи не­точностей и нелепиц. Я различаю только два рода комедий: про­стую и комедию интриги. Комедия простая может иметь единство места, комедия интриги может иметь его лишь с натяжкою и неточ­ностями. В старину не было тех удобств для перемены декораций, какими обладаем мы, вот почему и приходилось считаться с един­ством места. Мы соблюдаем единство места уже тем, что комедия происходит в одном и том же городе, еще более того, если в одном и том же доме; лишь бы не перескакивать из Неаполя в Кастилию, как это легко проделывали испанцы... Из всего этого я делаю вы­вод: если комедия может быть выполнена без натяжек и нелепо­стей с соблюдением единства места,— прекрасно; если ради един­ства места приходится вводить бессмыслицы,— лучше переменить место и соблюсти правила правдоподобия». Это высказывание не нуждается в комментариях. Оно свиде­тельствует о том, что стремление к жизненной правде помогает Гольдони преодолевать догматизм классицистекой теории драмы. В своих мемуарах Гольдони еще раз возвращается к вопросу о единстве места и повторяет уже известные нам соображения по это­му поводу 90.

Гольдони рассказал также о том, как он писал свои комедии. Сначала творческий процесс протекал у него сложно и складывался из четырех последовательных операций: «1) составление плана пье­сы с разделением ее на три главные части: экспозицию, интригу и развязку; 2) разбивка действия на акты и сцены; 3) сочинение диа­лога наиболее важных сцен; 4) сочинение диалога всей пьесы в це­лом»91. Такой способ сочинения пьесы можно назвать механическим. Драматург следует определенной схеме композиции.

Однако Гольдони стал замечать, что, создавая диалог всей пье­сы, он оказывался вынужденным менять и разбивку сюжета на ак­ты, и сцены, и содержание диалога главных эпизодов. «Так как идеи находятся в тесной связи,— пишет Гольдони,— одна сцена влечет за собой другую, и случайно найденное словечко порождает новую мысль»92. Гольдони изменил свою творческую манеру: он перестал расчленять написание пьесы на отдельные задачи и свел все «опе­рации» к одной: «Имея в голове план и разделение на три главные части, я сразу начинаю писать: «Действие первое, сцена первая», и так продолжаю до самого конца, руководствуясь правилом, что все линии должны привести к одной определенной точке, то есть к развязке пьесы, ее основному моменту, для которого все осталь­ное служит подготовкой»93.

Этот метод представляется более органическим. Обращение к нему тесно связано со стремлением к жизненной правде и естест­венности в развитии драматического действия.

Просветительский реализм Гольдони сыграл переломную роль в истории итальянской драмы. Театр, основанный на драматургии, победил импровизационный театр, жанр комедии масок был вытес­нен реалистической комедией. Однако победа просветительского реализма не стала полной. У него оказался серьезный противник.