330 Н. Л. Полякова

тем лишения человека этой информации. 1) Информация, ка­сающаяся служб социального обеспечения и страхования. Роль этой информации чрезвычайно высока, особенно в каждоднев­ной жизни: она касается взаимодействия граждан и институтов, предоставляющих соответствующие услуги. 2) Информация, касающаяся сферы рационального социального действия, соз­дания средств, необходимых в данном обществе для реализации поставленных индивидом целей. 3) Информация, касающаяся рационального планирования и социального изменения на надиндивидуальном уровне.

Политическая власть как таковая, утверждает Ферраротти, должна быть коллективной функцией, а не исключительной прерогативой отдельных политиков, групп или классов. Этот процесс постулирует новые ориентации в культуре и ценност­ной системе. Социальная информация, связанная с процессом коллективного социального и политического планирования и изменения, необходима для того, чтобы: 1) защитить общест­венные инициативы от деструктивного влияния бюрократии; 2) гарантировать эффективность «давления снизу» не путем дек­ларации лозунгов или создания эмоционального кризиса, а че­рез создание локальных автономных общественных институтов, которые обеспечат участие простых людей в процессе социаль­ной трансформации, особенно повседневной жизни; 3) обеспе­чить такие условия, чтобы политические решения и изменения были согласованы с интересами граждан и последние могли контролировать время и ритм социальных изменений, предо­хранять себя от влияния авторитарных или патерналистских тенденций. Ферраротти считает, что модель социального изме­нения и программирования должна быть такой, чтобы «кон­структивная природа» технических и экономических моментов существенным образом определялась социальными моментами, говоря иначе, «участием народа».

«Участие народа» в принятии социальных и политических решений является необходимым императивом в рамках инфор­мационного общества. В теории Ферраротти этот императив увязывается с его концепцией «конца автоматического прогрес­са» и критикой технократической идеологии.

Гл. 8: Теории информационного общества 331

Конец автоматического прогресса и закат индивидуальности Ферраротти разделяет то убеждение «франкфуртцев», что соци­альный проект обществ XIX и XX столетий был укоренен в идеологии Просвещения с её отношением к роли и функциям знания и науки. Технократическая идеология и теория прогрес­са, причем автоматически осуществляющегося, были прямым порождением Просвещения. Господство этих идеационных об­разований в общественном сознании и в социальной практике определяло лицо обществ модерна. Современные информаци­онные общества демонстрируют несовместимость информаци­онной природы общества и основных положений идеологии Просвещения. Налицо исчерпанность технократической идео­логии, «конец» автоматического прогресса и «конец индивида». Исчерпанность идеологии технократизма в настоящее время становится главным фактором риска. Опирающаяся на класси­ческий европейский рационализм технократическая идеология всегда представляла себя в качестве рациональной системати­ческой теории. Претендуя на самоочевидность и самообосно­ванность, она отказывается от какого-либо исторического или демократического обновления и порождает весьма опасную версию «автоматически» наступающего будущего. Согласно технократам, машины могут решать все проблемы, так что за­дача состоит лишь в том, чтобы создавать все более и более со­вершенные стандартизированные и специализированные ма­шины, выпускающие все больше продукции, и делать это все быстрее.

В области социальной теории технократы всегда использо­вали радикальную версию структурного функционализма. При этом следует подчеркнуть, что в среде технократически ориен­тированных социологов и политологов имеет хождение его ос­лабленная версия, которая игнорирует социальные и психоло­гические компоненты и делает упор на формальные характери­стики. Само понятие «общество» сводится к структурирован­ному и «манипулируемому» понятию государственной органи­зации тоталитарного типа, а будущее предстает как «правление автоматов среди людей, которые сами похожи на автоматы». Совершенно очевидна упрощенность технократической