1. Происхождение крепостного права

Изначально, одним из главнейших занятий русского рабочего народа было земледелие.

После возвышения Москвы, в XV веке, основным фактором хозяйственной и социальной истории Московской Руси становятся огромные земельные просторы при постоянном недостатке рабочих рук для их обработки. Да и пространства “доброй” земли в Северо-восточной Руси были не столь велики. Гораздо больше было земли “средней” и ”худой”, которая, ко всему прочему, была первоначально почти сплошь покрыта лесами. Чтобы добраться до пашни, крестьянин должен был расчистить лес, срубить деревья, а затем уже “ деревню распахати и поля огородити”. Трудовая заимка была основанием крестьянского права на владение землей, а границы владений каждого двора определялись стереотипной фразой – “куды коса да соха да топор ходили”. Землю, приобретенную трудовой заимкой каждый крестьянский двор считал своей, но верховное право собственности на всю землю принадлежало великому князю, а потому обычной формулой для крестьянского участка в это время была “земля великого князя, а моего (или нашего) владения”.

“И великий князь, и все частные землевладельцы, преимущественно бояре и монастыри, были заинтересованы том, чтобы “называть” на свои земли как можно больше крестьян - “новоприходцев”, - писал С.Г. Пушкарев [“Обзор русской истории”, “Кавказский край”, Ставрополь, 1993 г., стр.221]...они предоставляли им на несколько лет льготы от платежей и повинностей, а также давали им “ссуду” и “подмогу” для первого обзаведения на новом месте “. Прикрепления крестьян к земле в это время еще не наблюдается. Обезземельные крестьяне считались свободными, они могли переходить от одного помещика к другому, и хотя, куда бы они ни пришли и на какой бы земле они не осели, они должны были нести за нее всякие повинности и находились в зависимости от землевладельца, тем не менее, крестьяне могли выбирать для себя более выгодные условия поселения, что в свою очередь приводило к столкновению интересов землевладельцев, которые были одинаково заинтересованы в удержании крестьянской рабочей силы. Так, известно о существовании уже в начале XV веке междукняжеских договоров, согласно которым князья обязуются не переманивать друг у друга крестьян.

Отношения между перехожим поселенцем и землевладельцем оформлялись в виде частных договоров, которые имели либо словесную форму, либо форму “рядной” записи. К наиболее важным условиям, оговаривающимся в этих договорах, относились:

A)Оброк:

За занятый участок крестьянин ежегодно вносил арендную плату – оброк, который обыкновенно уплачивался натурой, но иногда и переводился на деньги. Закон не устанавливает точной величины оброка, а рядные записи, очевидно, предполагают ее известной, так как большей частью она определялась не для каждого отдельного крестьянина, но для целой вотчины или села. Лишь изредка, крестьянин в рядной прямо обязывается к определенной уплате в деньгах. При определении величины оброка в конце XV века могут служить Новгородские писцовые книги, согласно которым в имениях детей боярских крестьянин уплачивает 5-ю или 4-ю часть урожая.

Б) Повинности:

Важнейшая часть отношений крестьян к землевладельцам состояла в издельных (барщинных) повинностях. Явление барщины, несомненно, весьма древнее, так, еще во времена Русской Правды существовали т.н. ролейные закупы, которые выполняли различные службы на господина. Позже, по Псковской судной грамоте барщинными услугами были обязаны “старые ” изорники, которые должны были “ вози вести на государя” (ст. 75, ПСГ). Некоторые исследователи полагали, что барщиной обязывались только серебреники, т.е. крестьяне, получившие ссуду, а, следовательно, барщина являлась последствием договора займа. Впрочем, личная работа могла также явиться в виде дополнения или замены оброка. Во всяком случае, в древнейших письменных свидетельствах Московского государства находим, что все крестьяне были обязаны и барщиной: по грамоте митрополита Киприана Константиновскому монастырю 1391 г., крестьяне “ церковь наряжали, двор тынили, хоромы ставили, пашню пахали на монастырь изгоном...”

В) Ссуда и подмога:

Самое же значительное влияние на судьбу крестьянина проявилось в условиях о подмоге или ссуде. Надо сказать, что существует мнение, согласно которому ссуда отличается от подмоги, якобы ссуда давалась на обычный инвентарь крестьянского хозяйства, а подмога – за особые труды по возделыванию необработанного участка. Между тем, источники не дают права делать такие различия. Величина ссуды была различной, но крестьянин был обязан вернуть ее при выходе. Такая ссуда называлась серебром, а крестьяне, получившие ее серебренниками. Для такого крестьянина выход становится практически невозможным, поскольку при известном характере аренды накопление излишков для выплаты долга представлялось нереальным, положение ухудшалось тем, что крестьянин, выходя, должен был оплатить долги не только свои, но и всего крестьянского рода, жившего на этой земле. Старожильство становится одним из оснований прикрепления. На этот счет существуют некоторые сомнения. Неясным остается вопрос, что считать первичным фактором – старожильство или задолженность, а что производным.

Эту проблему уместно рассмотреть несколько подробнее в рамках вопроса о крепостном законодательстве XV – XVI века.

В любом случае и старожильство и задолженность крестьян землевладельцам становится существенным препятствием для свободной смены места жительства. Между тем, юридически за крестьянами признавалось право свободного перехода и потому говорить о крепостном праве, как о государственной политике до XV века не приходится. Формально крестьяне сохраняли право свободного перехода.

Наступление государства и помещиков на права и свободы крестьянского населения в определенной мере начинается с конца XV века, с изданием княжеского судебника.