«Хорошо приспособленные»

В наших детских домах нам всегда приходилось вести наблю­дения за детьми, у которых даже при строгой-оценке нельзя было отметить каких-либо отклонений или странностей в поведении, мо­гущих быть соотнесенными с пребыванием детей в учреждении. С самого начала.для нас было очевидным, что между ними име­ются как дети конституционно каким-то образом «более стойкие» в отношении неблагоприятных жизненных условий, так и дети, которые благодаря своему приспособляющемуся приятному пове­дению могут и в обедненной стимулами среде пользоваться доста­точным их количеством для развития.

В нескольких исследованиях, где мы сосредоточивали наше

208

внимание на типе социального поведения детей в учреждениях, нам удалось отметить хотя бы приблизительное проявление данного сравнительно благоприятного развития. Так, например, между 23 детьми, которые из дошкольных детских домов перешли в спе­циальные школы-интернаты, нам удалось — несмотря на сравни­тельно хороший интеллект <...> —выявить 6 (т. е. 26%) «хорошо приспособленных» согласно оценке учителей, воспитателей и ис­следующих психологов <...>

Число «хорошо приспособленных» детей в учреждениях уже в школьном возрасте является, таким образом, примечательно тож­дественным в различных наблюдениях и исследованиях, составляя приблизительно 'Д—Vs детей в учреждениях.

Если над этими детьми проводить непосредственное наблюде­ние, то можно отметить, что уже на исходе первого года «они нашли свое место» и «своих людей». Хотя персонал в учреждении непрестанно меняется, такой ребенок умеет сосредоточиться на ка­кой-либо сестре или воспитательнице и снискать ее расположение. Это бывают так называемые «любимчики», на которых сосредото­чивается внимание всех или хотя бы большинства тех, кто вступает в контакт с детской группой, причем это не обязательно бывают лишь воспитатели. Такие дети не провоцируют чужих посетителей и не пристают к ним, желая «показать себя», не кокетничают (как дети социально сверхактивного типа), а спокойно и сдержанно вступают в контакт. Они кладут посетителю головки на колени и мило ему улыбаются — понятно, что в качестве ответа их спокойно и нежно гладят. Таким образом, они вызывают у взрослых также спокойное, уравновешенное, однако эмоционально теплое отноше­ние. Опасность для них представляет, несомненно, перемена среды учреждения, что имеет следствием разрыв имеющихся эмо­циональных связей. Так как попытки удовлетворить эмоциональ­ные и социальные потребности в новой среде у данных детей осу­ществляются так же, как правило, с использованием соответствую­щих и приемлемых средств, то имеется благоприятная надежда, что они снова «зацепятся».

Является, следовательно, очевидным, что и здесь речь идет о взаимодействии специфических условий среды учреждений со специфическим вкладом, вносимым ребенком в данные ситуации в виде свойственной ему психической структуры.

209

При этом нельзя, конечно, забывать, что их «хорошее при­способление» действительно только для жизненной среды, в кото­рой оно возникло, причем данная среда, несомненно, в целом более бедна стимулами, отличается более простой структурой и предъяв­ляет меньше требований, чем обычная семейная среда. То, что эти дети умеют в дошкольном возрасте хорошо играть, что они могут удовлетворительно учиться, что они кончают школу и свое пребывание в учреждении без каких-либо больших отклонений — все это еще не должно автоматически обозначать, что они спо­собны хорошо приспособиться к условиям жизни вне учреждения. Хотя у нас и нет пока непосредственного учета недостаточности

14 Заказ №. 1290

данных детей в более позднем возрасте, когда они из «оранжерей­ной» среды переходят в так называемую нормальную жизнь, все же некоторые случаи, которые мы имели возможность наблюдать, нас принуждают к осторожности относительно слишком оптими­стичной оценки прогноза.

Тип, характеризующийся замещающим удовлетворением аффективных и социальных потребностей

Опыт работы с детьми, содержащимися в учреждениях, нам всегда позволял дифференцировать еще один тип детей, развитие которых характеризуется целым рядом совместных признаков. Данные признаки являются, однако, несколько разнородными и не встречаются во всех случаях все вместе в тот же самый период развития, как это имелось у предшествующих типов, а, скорее, следуют один за другим в соответствии с прохождением ребенком отдельных этапов развития. Они выступают при этом на первый план с различной интенсивностью, и у отдельных детей их как бы набор отличается весьма индивидуальным характером. Их со­вместный знаменатель представляет, однако, то, что в них можно усматривать определенные проявления компенсации за неудовле­творение аффективно-социальных потребностей.

Так, например, для детей, воспитываемых с грудного возрас­та в детских учреждениях, характерно, что они в целом лучше едят и отличаются большим весом тела, чем дети, которые посту­пили в учреждения позднее из семей. Некоторые из них едят, однако, явно много, с жадностью, они в настоящем смысле слова объедаются. Воспитательницы вполне метко комментируют по­следнее так, «что дети таким способом возмещают то, что у них нет собственной матери». У других детей это единственная дея­тельность, которую они проводят в покое, так как не ощущают по­требности защищаться от конкуренции других или добиваться здесь «своих прав». Мы обратили внимание также на то, что де­тей, длительно содержавшихся в учреждениях, весьма часто ха­рактеризуют в школьном возрасте как «ябедников», тогда как де­ти, поступившие в учреждения позднее и покинувшие его раньше, отличаются более открытой агрессивностью. В указанном «ябед­ничестве» мы опять-таки усматриваем определенную форму заме­щающего удовлетворения, когда детям не представилась возмож­ность получать удовлетворение при непосредственном социальном включении в группу и когда они сами не способны обеспечить для себя подобное место в группе. Примечательно, что данные заме­щающие виды активности соответствуют, как правило, более низ­кому уровню, приближаясь больше к биологическим потребностям . (еда, мастурбация, сексуальная активность, манипулирование с вещами вместо контакта с людьми, «ябедничество» вместо актив­ного стремления проникнуть в группу, позднее чрезмерное любо­вание собственной персоной, причем, главным образом, в физиче-

210

ском отношении, скорее, злорадство при боли других, чем по­ложительное чувство дружбы и сочувствия и т. д.) <...>

Напротив, дети данного типа рассеяны по различным учрежде­ниям в соответствии с направленностью их замещающей, удовле­творяющей активности. С ними можно встретиться в домах с усиленной педагогической заботой, а также в специальных школах-интернатах, в нормальных детских домах, но и в детских психиат­рических лечебницах, куда они, как правило, попадают по диагно­стическим причинам, так как их поведение носит часто чрезмер­ный, чудаковатый, «ненормальный» характер. Чаще всего речь идет об аутистской направленности на самого себя в раннем воз­расте, о преждевременном и чрезмерном сексуальном любопыт­стве, что в детском коллективе учреждения вызывает затруднения, о проявлениях садизма, позднее о склонностях к гомосексуализму и т. п.

Склонность к замещающему удовлетворению потребностей об­наруживается, по стечению обстоятельств, чаще всего у детей, по­ступающих в учреждение только в ходе третьего года их жизни, когда предшествующие периоды развития были проведены в семей­ной среде, где им не уделялись в достаточной мере индивидуальная забота и внимание, так что их жизнь, по-видимому, лишь незна­чительно отличалась от жизни в среде учреждений. Несмотря на это следует предположить, что тут взаимодействовали некоторые обстоятельства, не находившиеся под нашим контролем. Таким образом, при определении данного типа мы остаемся пока на шат­кой основе, хотя, производя анализ отдельных случаев, можно безошибочно установить влияние некоторых механизмов заме­щения <...>

Выводы

Если рассмотреть результаты всех многочисленных работ о развитии детей в учреждениях, то можно отметить, во-первых, что их совершенно преобладающее большинство тождественно указы­вает на невыгодные стороны учреждения как воспитательной сре­ды для ребенка. Сравнение развития детей из семей и из учреж­дений почти всегда подтверждает более плохое развитие детей из учреждений в области интеллекта, чувств и характера. В исследо­ваниях во всех случаях однозначно приводится, что неблагоприят­ная среда учреждений затрагивает в особенности детей самого раннего возраста — до 3 или, возможно, до 5 лет. Дети, воспиты­вавшиеся в учреждениях практически от своего рождения, подвер­гаются поражениям значительно больше, чем те дети, которые поступают в учреждение только в школьном возрасте.

Если, однако, продвинуться дальше этих общих определений, то отмечается уже значительно меньше тождества в конкретных данных о размерах, серьезности, форме и длительности поражений. Было подтверждено, что определенное число детей, воспитываемых в учреждениях с раннего возраста в течение длительного времени, остается в психическом отношении если не полностью, то хотя бы

14*

211

частично хорошо приспособленными в социальном и индивидуаль­ном отношениях. Степень поражения среднего ребенка из учреж­дений в действительности весьма различна, она видоизменяется в зависимости от возраста детей, от условий жизни в отдельных уч­реждениях, проявляясь различно при различных компонентах раз­вития (а также в различных тестах). Предполагаемая однород­ность группы «детей из учреждений», описанная Голдфарбом или Боулби как «бесчувственный характер», растворилась в дальней­ших исследовательских работах, показавших дифференциацию клинических признаков уже у грудных детей и ползунков, тогда как в более позднем возрасте наличествуют уже весьма разнооб­разные формы.

Тот факт, что у детей, вырастающих в тождественных депри-ващюнных условиях, также устанавливаются различные формы депривационных последствий, указывает несомненно на то, что следует серьезно считаться с индивидуальными факторами, вноси­мыми самим ребенком в депривационную ситуацию (свойства кон­ституции, пол, возраст, возможно, и патологические признаки и др.)- В каком соотношении стоят эти основные индивидуаль­ные предпосылки к определенным депривационным условиям или констелляциям условий, остается пока открытым вопросом.

Исследовательские работы хотя и сходятся на том, что при обычных условиях, существующих в учреждениях, развитие детей задерживается более всего в области речи (особенно в ее экспрес­сивном компоненте) и в социальном поведении, однако это не от­носится абсолютно ко всем случаям; здесь бывают отклонения как в связи с возрастом, так и с возможностью учения, как это доказывают некоторые исследования, проводимые в Иове, в осо­бенности же некоторые советские исследовательские работы Коль­цовой, Лурия и др. о физиологических основах развития речи. В последние годы также повторно подтверждалась возможность далеко идущей регуляции поражений и задержек развития в луч­ших условиях, причем либо спонтанно, либо после направленного вмешательства. Новые работы в целом подтверждают принципи­альное значение отсутствия постоянного личного отношения воспи­тателя к ребенку в этиологии нарушений у детей из учреждений, как это подчеркивали Шпиц, Боулби и другие авторы; одновре­менно эти работы, однако, вновь указали также на значение не­достаточной сенсорной стимуляции и вообще на влияние разно­образных жизненных условий ребенка в учреждении.

Подтвержденные тяжелые последствия развития детей из уч­реждений нельзя просто переносить из одних условий на другие и распространять на учреждения вообще. Новые работы показыва­ют, что поражение ребенка, воспитывающегося в учреждении, не является неизбежным и что возможны весьма действенные ме­роприятия для его предотвращения (например, специальная психо­логическая помощь, приближение воспитания в учреждении к се­мейному воспитанию, более совершенное персональное и вещест­венное оснащение, особый отбор персонала, организация в малой

212

группе, последовательность воспитания и т. п.). Это, конечно, не легко (в особенности же с детьми раннего возраста), и хотя в способе исправления нет до сих пор согласия, тем не менее уже имеются разработанные системы исправления. Одна тенденция идет по направлению к изменению существующих учреждений (по­средством их внутренней реформы), вторая же тенденция более радикальна — она требует коренным образом перестроить всю си­стему детских учреждений. Однако обе тенденции значительно приспосабливают воспитание в учреждениях к хорошему семей­ному воспитанию, в частности путем углубления отношений взрос­лого к ребенку. В учреждениях, где добивались наибольших успе­хов, отмечалось наличие соотношения: один взрослый на 2—3 де­тей <...>

Психическая депривация в детском возрасте.— Прага, 1984,—С. 5—334.