Тема 4.

Лекции – 4 ч.

Семинары – 4 ч.

СРС – 4 ч.

Образование

Русского централизованного государства

и развитие права

(XIV- середина XVI в.).

Судебники 1497 и 1550 гг.

План

1. Причины государственной централизации

2. Общественный строй и правовое положение населения

3. Государственный строй

4. Создание правовых основ функционирования единого

государства. Судебники 1497 и 1550 гг.

1. Создание Русского централизованного государства - важнейший этап исторического развития нашей страны. С ним связаны преодо­ление феодальной раздробленности, объединение русских земель под главенством Москвы и в результате этого - ликвидация татаро-монгольского ига. Образование единого государства создало необхо­димые условия для дальнейшего экономического н политического развития Руси, развития отечественной государственности и россий­ской правовой системы. Возросла роль России как в европейской, так и в мировой истории.

С начала XIV в. дробление русских княжеств прекращается, усту­пив место их объединению.

Основными причинами образования единого Русского государ­ства были:

1) экономические процессы, развитие хозяйственных связей ме­жду княжествами и городами, распространению чего препят­ствовала феодальная раздробленность;

2) кровная заинтересованность в единстве народных масс, стра­давших от иноземных нашествий к между княжеских усобиц;

3) появление центра объединения в лице Москвы, искусная по­литика московских князей, вставших во главе борьбы за осво­бождение.

Образование централизованного Русского государства было подготовлено также развитием городов, население которых высту­пало против феодальных войн. Однако ведущая роль в процессе цен­трализации принадлежала дворянству (мелким феодалам), враждеб­ному феодальной аристократии. Феодальное государство усиливало позиции дворянства, раздавая ему населенные земли и помогая удер­живать на них крестьянство.

2. Характеризуя общественный строй, следует выделить ряд мо­ментов:

1. Изменяется состав класса феодалов. Появляется группа слу­жилых князей (княжата), составлявших феодальную верхушку. Это бывшие удельные князья, которые после присоединения их уделов к Московскому государству потеряли свою само­стоятельность, но сохранили право собственности на землю.

2. В этот период меняется смысл самого термина «боярин». Он означает не только принадлежность к определенной социаль­ной группе, но и придворный чин, который жаловал Великий князь (введенные бояре). Вторым придворным чином стал чин окольничего.

3. Формируется новая социальная группа — дворянство. Это мел­кие феодалы, наделявшиеся Великим князем землей под усло­вием несения службы, прежде всего военной. Дворяне нужда­лись в сильной власти для защиты своих интересов. Поэтому они становятся опорой великокняжеской власти.

4. Существенные изменения происходят и в правовом положе­нии крестьянства. Крестьяне делились на две категории: чернотяглые крестьяне, не находившиеся в зависимости от како­го-либо конкретного владельца — феодала; владельческие, ко­торые жили на землях, принадлежавших тому или иному вот­чиннику или помещику. Последние состояли из старожильцев, серебренников, новоприходцеп, половников, бобылей.

До 1497 г. владельческие крестьяне могли переходить от одного хо­зяина к другому в любое время. Судебник 1497 г. ограничил это право, установив, что крестьяне могут уходить от своих господ только в Юрьев день (26 ноября), за неделю до него и за неделю после. При этом кресть­янин должен был уплатить определенную сумму - пожилое.

Правовое положение холопа конца XV в. следует рассматривать сквозь призму процесса сближения его имущественного положения с крестьянским. В это время холоп полностью теряет статус раба. По­лучает правовое оформление новое явление - кабальное холопство, когда лицо служит за долги или проценты. Согласно статье 56, холоп, бежавший из плена, получал свободу. Практиковался отпуск холопов на волю после смерти господина.

3. Раннефеодальная монархия постепенно трансформируется в бо­лее тесное политическое образование. Так, если удель­ные князья строили свои отношения с Великим князем на иммуни­тетых грамотах и договорах и служили за вознаграждение, то в нача­ле XV в. установился порядок, по которому удельные князья были обязаны подчиняться Великому князю просто в силу его положения.

Великий князь как глава государства был наделен широким кру­гом прав, обладал высшей законодательной, исполнительной и су­дебной властью. Начиная с Ивана III, Великие князья стали имено­вать себя «государями всея Руси».

К XV в. оформился такой орган, как Боярская дума. Это был по­стоянно действующий орган со стабильным составом, в который вхо­дили думные чины. Боярская дума не имела четко очерченной компе­тенции, но могла принимать решения по наиболее лажным вопросам жизни государства.

Феодальные съезды по мере централизации государства начина­ют отмирать.

Сохранявшаяся дворцово-вотчинная система постепенно преоб­разуется. Возникают так называемые «пути», обеспечивавшие специ­альные нужды князя (сокольничий, ловчий, конюшенный и др.). Они выступали как административные и судебные органы.

В конце XV в, начинается перерастание дворцово-вотчинной системы в приказную, что было показателем дальнейшей централи­зации Русского государства.

Местное управление состояло из наместников в уездах и волосте­лей в волостях. В 40-50-е гг. XVI в. была проведена реформа местного самоуправления - учреждены выборные земские и губные избы для решения местных дел. Введена единая система мер и весов, единая денежная система. Судебная система была громоздкой и сложной и состояла из ряда инстанций: суд наместников (вое­вод), приказной суд, суд Боярской думы или Великого князя. Парал­лельно действовали церковные и вотчинные суды, сохранялась прак­тика «смешанных» судов.

Велика была роль церкви в государственной организации. Про­тиворечивым было ее отношение к проблеме централизации Русского государства. Среди церковных иерархов той поры были и горячие сторонники укрепления государственного единства Руси, и силы, оказывавшие упорное сопротивление этому процессу.

В организационном отношении церковь представляла собой сложную систему. Во главе ее стоял митрополит. В 1448 г. русская православная церковь стала автокефальной - самостоятельной по от­ношению к вселенскому патриарху, находившемуся к Византии. Вся территория подразделялась на возглавляемые епископами епархии. До XV в. русские митрополиты назначались константинопольским патриархом. Теперь они стали избираться Собором русских еписко­пов сначала по согласованию со светской властью, а потом и но пря­мому указанию Московских великих князей.

4. В качестве основного источника права Московского государства XIV - XV вв. продолжала действовать Русская Правда. Была создана новая редакция этого закона - так называемая Сокращенная из Про­странной, приспособившая древнерусское право к московским усло­виям. Действовало также обычное право. Однако развитие феодаль­ных отношений, образование нейтрализованного государства требо­вали создания новых законодательных актов. В целях централизации государства и подчинения земель власти Московского князя издава­лись уставные грамоты наместнического управления, регламентиро­вавшие деятельность кормленщиков, ограничивавшие в какой-то ме­ре их произвол. Наиболее ранними уставными грамотами были Двинская (1397 или 1398 г.) и Белозерская (1488 г.). Памятником фи­нансового права является Белозерская таможенная грамота 1497 г., предусматривавшая откупной порядок взимания внутренних тамо­женных пошлин.

Самым крупным памятником права этого периода был Судебник 1497 г. Он внес единообразие в судебную практику Русского государ­ства. Судебник имел и другую цель - закрепить новые общественные порядки, в частности выдвижение мелких и средних феодалов - дворян и детей боярских. В угоду этим социальным группам он внес новые ог­раничения в судебную деятельность кормленщиков. Действие Судебни­ка распространялось на всю территорию Русского государства. В Судеб­нике содержатся различные нормы, но основное его содержание состав­ляют нормы уголовного и уголовно-процессуального права.

Источниками Судебника явились Русская Правда, Псковская судная грамота, текущее законодательство Московских князей. Но он не про­сто обобщил накопившийся правовой материал. Больше половины ста­тей было написано заново, а старые нормы часто в корне переработаны.

Хотя он знаменует собой новый шаг в развитии права, некоторые во­просы в нем регламентировались менее полно, чем в Русской Правде. Это относится, в частности, к гражданскому, особенно к обязательст­венному праву. Отсюда можно предположить, что Судебник не целиком заменил предшествующее законодательство, Некоторые нормы Русской Правды, очевидно, продолжали действовать наряду с Судебником. Од­нако тот факт, что из 68 статей Судебника только 27 составлены на ос­нове предшествующих юридических памятников, позволяет сделать вывод о преобладании в нем современных составителю законника су­дебной практики и правовых актов.

Основное значение труда предполагаемого автора Судебника 1497 г. дьяка Владимира Гусева в том и состоит, что помешенные до этого в различных источниках постановления были соединены в один сборник.

Судебник 1550 г. получил название Царского судебника. Он пред­ставлял собой новую редакцию Судебника 1497 г. В нем были отра­жены изменения в российском законодательстве за прошедшие пол­века. Судебник был утвержден во время реформ Ивана IV и служил правовой основой их проведения в разгар реформаторской деятель­ности правительства в 50-е гг. XVI п. Он состоял из 100 статей и по разнообразию регулируемых ситуаций и отраженных в нем правовых институтов превосходил Судебник 1497 г. Подробнее и обстоятельнее в нем были представлены отношения дворян и крестьян. Есть осно­вания полагать, что этот Судебник был принят после его обсуждения представителями различных сословий. Вне сомнения, он был направ­лен на достижение общегосударственной стабильности после полосы межсословных разногласий в период малолетства Ивана IV. О значе­нии закрепленных в нем правовых принципов свидетельствует тот факт, что в момент учреждения опричнины Царь настойчиво доби­вался не принимать их во внимание, желая развязать себе руки при переходе к террору против противников усиления царской власти. После смерти Ивана IV различные правительства в России стреми­лись восстановить в полном объеме правовые принципы, закрепленные Судебнике 1550г.

К источникам, содержавшим главным образом нормы церков­ного права, а также некоторые нормы гражданского, семейного, уго­ловного права, относился Стоглав 1551 г. - собрание постановлений Церковного собора. Значительный интерес представляет и такой ис­точник права, как уставные книги приказов.

Гражданское и семейное право. Судебник 1497 г. содержал в себе, как отмечалось ранее, главным образом нормы уголовно-процессуального права. Вопросы граждан­ского права здесь регламентируются менее полно, чем в Русской Правде или Псковской судной грамоте.

Право собственности. Развитие земельных отношений характери­зовалось полным или почти полным исчезновением самостоятельной общинной собственности на землю. Общинные земли переходили в руки вотчинников и помещиков, включались в состав княжеского домена. Вотчина отличалась тем, что собственник обладал почти не­ограниченным правом на нее. Он мог не только владеть и пользовать­ся своей землей, но и распоряжаться ею: продавать, дарить, переда­вать по наследству. В то же время вотчина - форма феодального землевладения, поэтому - условное землевладение. Например, князь мог отобрать вотчину у отъехавшего вассала.

Ещё более условная форма землевладения - поместье. Оно дава­лось сеньором своим вассалам только на время службы как вознагра­ждение за нее. Поэтому распоряжаться землей помещик не мог.

Великокняжеский домен разделялся на земли чернотяглые и двор­цовые. Они различались лишь по форме эксплуатации населявших эти земли крестьян и по организации управления ими. Дворцовые крестья­не несли барщину или натуральный оброк и управлялись представите­лями дворцовой власти. Чернотяглые платили денежную ренту и под­чинялись общегосударственным чиновникам. Земли домена постепен­но раздавались Великими князьями в вотчины и поместья.

Несколько статей Судебника 1497 г., посвященных земельным спорам (60-63). определяют порядок разбирательства о принадлежно­сти собственности. Многословность содержания этих статей свиде­тельствует о скрупулезном отношении властей к защите права собст­венности на недвижимость.

Также весьма неполно представлены в Судебнике нормы обяза­тельственного права. Упоминаются договоры купли-продажи (ст. 46-47), займа (ст. 6, 38, 48, 55), личного найма (ст. 54). Судебник вслед за Псковской судной грамотой предусматривал, что наймит, не дослу­живший своего срока или не выполнивший обусловленное задание, лишался оплаты.

Судебник 1497 г. более четко, чем Русская Правда, выделял обяза­тельства из причинения вреда, правда, лишь в одном случае: ст. 61 пре­дусматривала имущественную ответственность за потраву. Как своеоб­разные обязательства из причинения вреда рассматривает Судебник некоторые правонарушения, связанные с судебной деятельностью. Су­дья, вынесший неправое решение, обязан был возместить сторонам убытки. Такая же мера применялась и к лжесвидетелям. Закон прямо указывает, что наказанию судья за свой проступок не подлежит (ст. 19).

Наследственное право. Мало изменилось и наследственное право. Судебник устанавливал общую и четкую норму о наследовании. При наследовании по закону наследство получал сын, при отсутствии сы­новей — дочери. Дочь получала не только движимое имущество, но и землю (ст. 60). За неимением дочерей наследство переходило бли­жайшему родственнику.

Уголовное право. Если гражданские правоотноше­ния развивались сравнительно медленно, то уголовное право в данный период претерпело существенные изменения, отражая обостре­ние противоречий феодального общества.

Развитие уголовного права связано главным образом с изданием Судебника 1497 г., который трактовал понятие преступления отлично от Русской Правды, но в принципе тождественно Псковской судной грамоте. Под преступлением законодатель понимал всякие действия, которые, так или иначе, угрожают государству. В отличие от ПСГ Су­дебник дает термин для обозначения преступления, которое отныне именуется «лихим делом».

Развитие феодализма нашло свое отражение в некотором изме­нении взгляда на субъект преступления. Холоп рассматривается уже как человек и в отличие от Русской Правды считается способным са­мостоятельно отвечать за свои поступки.

В соответствии с изменением понятия преступления усложня­лась и система преступлений. Судебник вводит преступления, не из­вестные Русской Правде и лишь намеченные в Псковской судной грамоте, - государственные преступления. Судебник указывал два та­ких преступления - крамолу и подым. Под крамолой понималось дея­ние, совершаемое преимущественно представителями господствую­щего класса. Именно как крамолу стали рассматривать Великие кня­зья отъезд бояр к другому князю. Тверской летописей, например, на­зывает крамольниками князей и бояр, отъехавших в 1485 г. из Твери к Московскому великому князю. Понятие «подым» является спорным. Можно предположить, что подымщиками называли людей, подби­вающих народ на восстание. Мерой наказания за государственные преступления устанавливалась смертная казнь.

Закон предусматривал развитую систему имущественных престу­плений. К ним относятся разбой, татьба, истребление и повреждение чужого имущества. Все эти преступления, подрывавшие основу фео­дальных отношений - собственность, строго наказывались. Судебник знал и преступления против личности: убийство (душегубство), ос­корбление действием и словом.

Изменяются цели, вместе с ними и система наказаний. Если раньше князья видели в наказаниях - вире и продаже — одну из до­ходных статей, существенно пополнявших казну, то теперь на первый план выступил другой интерес устрашение. За большинство преступ­лений Судебник вводит смертную (по 10 составам, тогда как по ПСГ только 4) и торговую казнь. Способы смертной казни закон не кон­кретизирует. На практике, как известно из других источников, они были весьма разнообразны: отсечение головы, повешение, утопление и др. Торговая казнь состояла в битье кнутом на торговой площади и часто влекла за собой смерть наказываемого. Судебник, как и Русская Правда, знает продажу, но она теперь применяется редко и обычно в сочетании со смертной или торговой казнью. Помимо указанных в Судебнике практика знала и такие наказания, как лишение свободы и членовредительство. Членовредительские наказания (урезание ушей, языка, клеймение), вводившиеся Судебником, кроме устрашения выполняли важную практическую функцию — выделение преступни­ка из общей массы.

Процессуальное право. Процесс характеризовался развитием ста­рой формы, т.е. состязательного процесса, и появлением новой — ро­зыска. При состязательном процессе дело начиналось по жалобе ист­ца, которая называлась челобитной. Она обычно подавалась в устной форме. По получении челобитной судебный орган принимал меры к доставке ответчика в суд. Явка ответчика обеспечивалась поручите­лями. Если ответчик каким-либо образом уклонялся от суда, то он проигрывал дело даже без разбирательства. Истцу в таком случае вы­давалась так называемая бессудная грамота. Неявка истца в суд озна­чала прекращение дела.

Несколько изменилась система доказательств. В отличие от Рус­ской Правды Судебник не различает послухов и видоков, именуя всех послухами. Послушествовать (т.е. свидетельствовать) теперь могли и холопы.

Доказательством признавалось и «поле» - судебный поединок. Победивший в единоборстве считался правым и выигрывал дело. Проигравшим признавался не явившийся на поединок или сбежавший с него. На «поле» можно было выставлять наемного бойца. В XV в. применение «поля» все больше ограничивалось и в XVI в. постепенно сошло на нет. В качестве доказательств стали применяться разного рода документы: договорные акты, официальные грамоты. Доказа­тельством по-прежнему считалась и присяга.

Розыскной (следственный, или инквизиционный) процесс при­менялся при рассмотрении наиболее серьезных уголовных лел, в том числе по политическим преступлениям. Его введение было обуслов­лено стремлением не столько найти истину, сколько быстро и жесто­ко расправиться с «лихими» людьми. Розыск отличался от состяза­тельного процесса тем, что суд сам возбуждал, вел и завершал дело по собственной инициативе и исключительно по своему усмотрению. Подсудимый был скорее объектом процесса. Главным способом «вы­яснения истины» при розыске являлась пытка. Главным доказатель­ством вины служило признание самого обвиняемого.

Обращение в суд было весьма дорогим удовольствием. Стороны облагались различными пошлинами. Например, существовала так называемая полевая пошлина, которая платилась даже в том случае, если стороны, помирившись, отказывались от судебного поединка. Если же «поле» состоялось, то пошлины уплачивались, кроме бояри­на и дьяка, еще и специальным должностным лицам, организующим поединок.