Сми в третьем избирательном цикле (2003–2004)

Согласимся с прогнозом Михаила Виноградова¹³: «Скорее всего основные игроки сделают выбор в пользу сочетания обработки общественного мнения (через “желтые”, “популяризаторские” и сохраняющие значительную аудиторию государственные СМИ) и переговоров в коридорах власти». Кто, как, с какими целями и в чьих интересах использует федеральные государственные СМИ, нам демонстрируют уже сегодня (проект «Единороссы – спасители и собиратели», проекты «Новые правые» и «Новые левые» на «Первом канале» и РТР). Справедливы и предположения Михаила Виноградова о том, что «после выборов власть попытается отвлечь от себя внимание зрителей через “деполитизацию” эфира, сократив объем политического вещания на госканалах».

И хотя в целом предстоящую реконфигурацию сил на медиарынке весьма точно и разносторонне описывают эксперты (А. Панкин, И. Засурский, И. Дзялошинский), ее региональная проекция требует, на наш взгляд, некоторых уточнений. Видимо, правы эксперты, полагающие, что роль региональных (в некоторых регионах – районных) СМИ возрастет. Возрастет также роль и количество различных интернет-проектов (по данным Министерства связи, сегодня в России – 6 млн. пользователей Сети, к 2004 г. эта цифра может достигнуть 10 млн.).

Однако не следует забывать, что за последние два-три года «города-миллионники» и большинство крупных областных центров стали свидетелями следующих, нередко противонаправленных, процессов. Сегодня трансграничные, и тем более транснациональные корпорации (ФПГ), стремясь к снижению своих политических рисков, либо завершают, либо уже завершили формирование собственных локальных «медиаимперий» на территориях, где располагаются их филиалы, где проходят их «технологические» и бизнес-цепочки. При этом структура управления этих «империй» напоминает «лоскутное одеяло»: в нее могут входить и местные «олигархи», и чиновники, и депутаты, а кое-где – набравший силу региональный бизнес.

C другой стороны, многочисленные выборы различных уровней, прошедшие с 2000 по 2002 гг., оставили в регионах «выжженное информационное поле»: отдельные СМИ и целые холдинги были закрыты (перепроданы, распущены) хозяевами за ненадобностью, многие журналисты сменили или потеряли работу, в некоторых регионах наблюдалась даже «коллективная эмиграция и иммиграция» журналистов. Журналистское сообщество крупных городов резко обновилось – количественно и качественно. Типовая ситуация последних лет: столичные ПР-специалисты и политтехнологи, приезжая в какой-нибудь областной город, «не узнают его».

Многие эксперты (А. Панкин, И. Дзялошинский) отмечают тенденцию к снижению эффективности медиавоздействия на электоральную ситуацию и рентабельности медиахолдингов. В регионах эта тенденция проявилась еще более отчетливо. Социологи фиксируют устойчивое падение доверия к СМИ. Показатель «затраты – результат», или, иначе, «себестоимость голосов», полученных в ходе многих провальных компаний в регионах, достигает величин, изумляющих даже видавших виды специалистов.

Подводя итоги, с высокой степенью вероятности можно прогнозировать следующее.

Контрагентам СМИ в регионах придется иметь дело не столько с редакциями и журналистами, сколько с владельцами местных медиахолдингов, чьи «штаб-квартиры» нередко находятся не только за пределами региона, но даже и не в столицах. Спрос на «телекиллеров» и аналогичные проекты будет снижаться, поскольку, по верному замечанию Алексея Панкина, многие «держатели финансового ресурса поймут, наконец, что журналисты их систематически охмуряют. И что содержать профессиональные службы по связям с общественностью дешевле, чем зависимую и не пользующуюся доверием прессу. Иными словами… политики перестанут быть глупее своих избирателей». Процесс формирования новых холдингов в регионах продолжится, но влияние предвыборных кампаний на него будет неуклонно снижаться. Следует согласиться с выводом И. Дзялошинского: «После этих выборов медийное сообщество окончательно откажется от непосредственного участия в избирательных процессах и начнет рассматривать все, что происходит на политическом поле, исключительно как информационный повод. А потому медиа перестанет рассчитывать на политические деньги, как это было все предыдущие годы».

И последнее. По-видимому, в ближайшие два-три года, вне зависимости от протекания тех или иных политических кампаний, на медиарынке все громче начнет заявлять о себе новый пока еще малозаметный игрок – профсоюзы. Экспертное и журналистское сообщество до сих пор традиционно относится к ним с понятным пренебрежением. Однако наиболее дальновидные топ-менеджеры крупнейших российских компаний либо уже начали формировать подконтрольные отраслевые профсоюзы, либо активно внедряются в ныне существующие организации. Конкуренция и рынок труда вынуждают их делать это. Ведь ни для кого не секрет, что профсоюзы сегодня становятся инструментом не только конкурентной борьбы, но и передела собственности в различных формах. В процессе легализации бизнеса «оседлать» профсоюзы стремится и криминал, и нередко успешно. Держатели «контрольных пакетов» в профсоюзах отчетливо осознают их растущую «инструментальность» в решении коммерческих и политических задач. До создания полноценных профсоюзных СМИ осталось полшага. Немного финансовых вливаний и креативных усилий – и эти СМИ по влиятельности смогут успешно конкурировать с привычными газетами.¹⁴ Организаторам и исполнителям будущих политических кампаний с таким игроком придется считаться.