Глава 11. Система международных отношений после 1956 г. 1121

тики внутри коммунистического блока. Последствия кризиса по­влияли на образ СССР в мире и внутри международного ком­мунистического движения, а в особенности - на растущее недо-верие китайцев.

Что касается последствий кризиса для остальной Восточной Европы, то документы, опубликованные в 1992 г., показывают, что тревога ощущалась прежде всего в Польше и в Восточной Германии. Последствий «пражской весны» особенно опасались Гомулка и Ульбрихт. Именно они, и прежде всего немецкий ли-дер, оказали давление на Брежнева в поддержку вмешательства. Их деятельности в значительной мере способствовали также не-которые консервативные представители самой Компартии Чехо-словакии. Пятеро из них, в том числе Алоис Индра и Васил Би-ляк, за несколько дней до вооруженного вмешательства передали Брежневу два письма (о существовании которых было известно, хотя их текст был опубликован лишь в 1992 г.) с выражением со-жаления по поводу ошибок, совершенных друзьями Дубчека, и с просьбой о «помощи и поддержке всеми имеющимися в его рас­поряжении средствами» для того, чтобы спасти Чехословацкую республику «от опасности неминуемой контрреволюции». Это было нелегким шагом, писали они, однако в условиях, когда воз-можность сопротивляться контрреволюционной волне была ис-черпана, их призыв следовало рассматривать как «неотложную просьбу, призывающую к вмешательству в полном объеме». В со-ответствующем контексте оба письма делают очевидным одно об­стоятельство: в тот момент просоветские элементы рассматривали ситуацию как уже проигранную контрреволюционным элементам («Само существование социализма в нашей стране находится под угрозой», - писали они), а вмешательство Советского Союза -как неизбежное. Пролетарский интернационализм, то есть пре-данность по отношению к СССР, возобладал, следовательно, над лояльностью по отношении к нации. Призыв делал советское вмешательство в какой-то мере легитимным, поскольку подтверж-дал Брежневу, что оно встретит поддержку людей, готовых к со-трудничеству.

В международном плане Брежнев оправдал акцию с помощью так называемой «доктрины ограниченного суверенитета». По су-ществу речь шла о приукрашенном варианте режима протектората, то есть делегирования Советскому Союзу в определенных случаях права поддерживать порядок во всех странах коммунистической системы. Зденек Млынарж, один из членов чехословацкой деле-гации на «переговорах» в Москве в августе 1968 г., вспоминает в своих мемуарах, что Брежнев в той ситуации не скрывал свое

1122 Часть 4. Биполярная система: разрядка напряженности...

мнение. Жертвы Советского Союза ради освобождения стран Ев-ропы от нацизма во время войны оправдывали постоянную опеку в их отношении со стороны Красной Армии. Речь шла не о фор-мальной позиции (хотя через некоторое время министр иностран-ных дел Громыко повторил аналогичные концепции на заседании Генеральной Ассамблеи ООН), но о смысле этого утверждения, предопределявшем отношения колониального типа.

Хотя внешне «доктрина Брежнева» и демонстрировала стрем-ление к абсолютному доминированию, в действительности она отражала глубокую неуверенность. Помимо всего прочего, начи-ная с 1948 г., то есть с конфликта с Югославией Тито, и в даль-нейшем Советскому Союзу пришлось противостоять почти не-прерывным попыткам восстаний, либо сдерживаемых предос­тавлением каких-либо своевременных уступок, либо подавляемых с помощью насилия, роль которого еще не исследована в полной мере. Это означало, что Советскому Союзу не удалось укоренить-ся в общественной жизни стран, где он доминировал, а также, что концепция лагеря «реального социализма» обретала реальное содержание, только когда границы этого лагеря определялись с помощью силы. Спустя почти четверть века после окончания войны Советскому Союзу все еще приходилось противостоять уг-розам нестабильности в Восточной Европе. Поэтому он настой-чиво стремился к началу масштабного диалога с Западом с целью созыва конференции по безопасности в Европе. В самом деле, через шесть месяцев после пражских событий русские предложи-ли начать переговоры, которые в 1972 г. положили начало Хель-синкскому процессу, завершившемуся в 1975 г. подписанием Заклю-чительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе.

Вторжение в Чехословакию привело также в движение меха-низмы, позволившие впоследствии выявить новые проблемы, с которыми пришлось столкнуться режиму Советов. До 1956 г. не-согласные с советской политикой выражали свое мнение, по­степенно отделяясь от компартии своей страны. В 1968 г. проти-водействие приобрело иной характер. Коммунистические партии Западной Европы, включенные в плюралистическую политичес­кую систему, обвинялись в том, что выступали приверженцами режима, подавляющего гражданские свободы. Они стали дистан-цироваться от системы «реального социализма». Все (или почти все) западные компартии высказали свое несогласие с действиями московского правительства. Именно тогда возникла концепция «еврокоммунизма», теоретический проект, имевший недолгую судьбу, однако оставивший глубокий след. В проекте четко кон-