3.2 Институт возмещения государством причиненного личности вреда как основное направление реализации принципа взаимной ответственности власти и личности.

Ключевым аспектом содержания взаимной ответственности власти и личности является возмещение государством материального и морального вреда, осуществляемое в сфере гражданско-правового регулирования. Поэтому именно гражданско-правовая ответственность государства и личности способна выступать универсальным средством защиты прав в отношениях между этими субъектами независимо от их отраслевой принадлежности. О приоритете и универсальности гражданско-правового регулирования взаимной ответственности государства и личности свидетельствуют и конституционные положения, в которых закрепляется обязанность государства по возмещению (компенсации) гражданам причиненного им ущерба экологическими правонарушениями, преступлением и злоупотреблением властью, незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 42, 52, 53 Конституции РФ). К сожалению, в современной России право еще не стало приоритетной ценностью для многих представителей власти, зачастую считающих интересы государства и государственной собственности превалирующими над интересами граждан и организаций иных форм собственности. В результате граждане, пострадавшие от осуществления властной деятельности государственных органов или их должностных лиц зачастую не могут получить своевременного и адекватного возмещения причиненного им вреда и вынуждены обращаться за защитой в Европейский Суд по правам человека. Большинство таких обращений имеет гражданско-правовой характер и касается неисполнения государством обязательств перед гражданами, особенно денежных. Чаще всего жалобы вызваны нарушением сроков рассмотрения дел в суде, неисполнением решений суда и др. 

Нормы, относящиеся к институту возмещения вреда, причиненного государственными органами и должностными лицами, закреплены в различных законах: в Конституции РФ (ст. 46, 53), в Уголовно-процессуальном (ст. 133-139), Гражданском (ст. 1069, 1070), Бюджетном (ст. 242.1-242.5) кодексах. Проведенное исследование выявило многочисленные несоответствия в данных нормативных актах, что серьезно осложняет их применение.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ (глава 18) определяет более широкий в сравнении с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса РФ перечень оснований возмещения государством вреда в полном объеме независимо от вины органа дознания, следователя, прокурора и суда, включая в него незаконное применение мер медицинского характера, незаконное избрание любых мер процессуального принуждения. Налицо коллизия федеральных законов, поскольку в соответствии с п. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, не повлекший последствий, прямо установленных п. 1 ст. 1070 ГК РФ, подлежит возмещению по правилам ст. 1069 ГК РФ, следовательно, вина выступает необходимым условием ответственности. В работе обосновывается необходимость применения в указанных случаях положений уголовно-процессуального законодательства.¹

Бюджетный кодекс РФ (ст. 158) и Гражданский кодекс РФ (ст. 1071) по-разному определяют ответчиков по искам о взыскании средств с казны, что приводит к отсутствию единообразной судебной практики.

Отмечается наличие серьезных противоречий в законодательстве, регулирующем порядок исполнения судебных актов о взыскании денежных средств с Российской Федерации. С одной стороны, установлен запрет на ограничение источников взыскания только средствами бюджета, с другой – не определены виды иного государственного имущества, на которое может быть обращено взыскание. В то же время размер заложенных в бюджет ассигнований, как правило, не соответствует объему денежных обязательств России по вынесенным судебным решениям, что в условиях отсутствия механизма обращения взыскания на иное государственное имущество влечет невозмещение вреда потерпевшим.

Действующее законодательство, регулирующее вопросы возмещения вреда, причиненного лицам в результате чрезвычайных ситуаций, стихийных бедствий, исполнения служебных (трудовых, гражданских) обязанностей, совершения определенных категорий преступлений, представлено рядом несогласованных нормативных актов, устанавливающих различные суммы и порядок их выплат. При определении размеров компенсаций законодатель опирается на разные базовые значения: минимальный размер оплаты труда, должностной оклад, четко определенная сумма в рублях и т.д. На основе анализа некоторых нормативных актов, регулирующих данную сферу отношений, можно сделать вывод о том, что стоимость человеческой жизни в России определяется в зависимости от статуса лица и от обстоятельств причинения вреда. Так, размер компенсации, выплачиваемой государством в случае гибели лица в результате чрезвычайной ситуации или стихийного бедствия, составляет один миллион рублей, при гибели свидетеля или потерпевшего в связи с его участием в уголовном судопроизводстве – сто тысяч рублей, при гибели сотрудника полиции при исполнении служебных обязанностей – три миллиона рублей. Это противоречит общеправовым принципам справедливости, равенства, взаимной ответственности власти и личности, требования которых выражаются, в частности, и в закреплении за всеми гражданами равного объема прав и равных возможностей их защиты и восстановления.

Проведенное исследование выявило объективную необходимость разработки единой, экономически обоснованной методики определения стоимости человеческой жизни, что будет способствовать не только восстановлению потерпевших в их законных правах, но и стремлению государства обеспечить конституционное право каждого члена общества на жизнь, здоровье, безопасность.

В данном случае целесообразно установление одинакового размера компенсации, выплачиваемой государством по предусмотренным в законе основаниям. В то же время в отношении определенных категорий граждан, на которых государством возложена обязанность по исполнению особо значимых для общества функций, целесообразно сохранить существующий механизм обязательного личного страхования.