Явление третье

Те же и М о ш н а я

М о ш н а я (глядя на Глашу). Вот, оказывается, ты, где запропастилась! Чаво здесь делаешь? Аль дел у тебя никаких нету по дому? Ступай на кухню!

Г л а ш а (кротко). Слушаюсь. (Кланяется и уходит.)

Явление четвертое

А н н а и М о ш н а я

М о ш н а я. Кости-то мне, поди, еще не все перемыли?

А н н а. Как вы, Матрона Степановна, могли только такое подумать. Глаша приходила помочь мне укачать ребенка.

М о ш н а я. Аль сама не справляешься? Уж и так, практически, хлеб мой за даром ешь. Ничем тебя тяжелым не обременяю. Лишь только сиди да нянчий свое чадо. Да и эта ноша, смотрю, для тебя слишком великая. Коль на то уж дело пошло, то отдай свой приплод в приют, да живи свободно и всласть.

А н н а (сдерживая чувства). Не говорите так, Матрона Степановна! Я своего ребенка никому не отдам!

М о ш н а я. И мать ты, как я посмотрю, никудышная, и жены любящей из тебя так и не вышло! Я-то думала, что Петр, как только обзаведется семьей, станет хорошим семьянином, заботящимся отцом и любящим мужем! А что получилось? Ровным счетом, ничего! Как был пьяницей и легкомысленным человеком, так и остался! У хозяйственной и любящей жены, муж из дому не убегает сломя голову, чтобы пьянствовать, а сидит возле ее юбки, обласканный и накормленный. И, стало быть, совет да любовь такой семье!

А н н а (в сердцах). Петр не оттого уходит из дому и пьянствует, что я никудышная жена, а потому что вас он видеть и слышать больше не желает. Вы же своими нравоучениями житья в доме никому не даете. И всё вам ни так, и всё вам ни эдак. И все-то для вас никудышные, и все-то для вас плохие. Только вот сами-то вы, чем хороши? Тем, что сына своего и меня, заодно, со свету белого сживаете, жить свободно не даете? Я ведь знаю, что вы Петра до сих пор простить не можете за то, что он пошел против вашей воли и женился на мне, а не на деньгах Бочкина, как вам очень хотелось. Ведь вы поймите, что всю свою супружескую жизнь человеку придется жить не с бесчувственным богатством, которое не может ни любить, ни страдать, ни сопереживать... а жить придется с одушевленным существом – с человеком! Не могут деньги принести подлинного счастья и любви. Прошу вас, не лезьте в нашу жизнь. Дайте нам самостоятельно пожить без ваших нравоучений и советов.

М о ш н а я. Дерзишь, негодница. Ишь чаво удумала, учить меня. Ей-ей, греха не ведаешь: почитай отца своего и мать свою! Сказано в святом писании. Я, слава Богу, жизнь прожила да опыт житейский приобрела. Недолжно снохе речь держать наперед, покуда не спросят. Кроткой надобно быть. В этом залог семейного счастья.

А н н а. Вроде мы и русские с вами люди, а всё на разных языках разговариваем. Не принимает душа ваших домостроевских порядков, что жить не хочется. Театры не посещаем, увеселительные вечера не устраиваем, по гостям не хаживаем. Прямо-таки тоска смертная.

М о ш н а я. Коль в наш дом вошла, то должна перенять уклад нашей семьи. Веселье ей, видишь ли, подавай. О спасении своей грешной души бы подумала. Ибо грядет судный день, и сказано в святом писании: и ответит всякий смертный перед Господом за дела свои земные; и праведники взойдут на небо, и грешникам уготовано вечно гореть в геенне огненной. Помни об этом, и страшись!

Входит пьяный Петр.