Письмо т. Стаунинга я. С. Ганецкому

Уважаемый товарищ Ганецкий. В ответ не Ваше письмо, в котором Вы меня просите дать заявление по Вашему копенгагенскому делу, которое теперь против Вас политически используют, настоящим подтверждаю, что мне известно по этому делу следующее:

Экспедитор фирмы «Handels og Exportkompaiet», которой Вы состоите уполномоченным, экспортировал в одном случае медикаменты и термометры в Россию без лиценза. В мирное время таковое разрешение вообще не требовалось. Под давлением обстоятельств Дания принуждена была ввести систему лицензов. За нарушение этой системы лицензов Вы были административно подвергнуты штрафу. Никакого судебного преследования против Вас не велось.

Т. Стаунинг,

Председатель датской социал‑демократии

Копенгаген

11.7.1917

Показания б. Шишковского

По просьбе Якова Фюрстенберга констатирую следующее:

Переезжая из Копенгагена в Петроград, я получил от Фюрстенберга пакет, в котором находились медикаменты (1 кило). Пакет этот я передал в Петрограде по указанному адресу. Я взял с собой этот пакет, так как я не показал никакому контролю на границе, и я известил об этом русское посольство, благодаря чему перевозка этого пакета была с моей стороны совершена легально. Прибавлю, что посольство неоднократно доставляло таким образом медикаменты в Россию, которых был полный недостаток. Беря пакет от Фюрстенберга, я его уверил, что провоз в Россию будет совершенно легальным, т. к. посольства имеют право по международному соглашению пересылать посылки.

Насколько я знаю, пакет вышепоименованный принадлежит фирме торговой, управляющим которой был Фюрстенберг.

Бол. Шишковский

17.XI‑17 г.

Показания г. И. Чудновского

По делу тов. Ганецкого могу показать следующее:

Жившие в Скандинавии российские социал‑демократы в большей своей части занимались торговыми операциями. Официальных протестов по этому поводу ни одна организация не заявляла. С другой стороны, мне неизвестно, чтобы кто‑либо из отдельных товарищей делал по этому поводу какие‑либо заявления. Это не исключало, конечно, отрицательного отношения отдельных товарищей к факту занятия торговлей партийных деятелей. Мое показание относится к периоду времени между июлем 1915 г. и октябрем 1916 г., когда я проживал в Копенгагене.

Г. Чудновский

18 ноября 1917 г.

Петроград

Заявление к. Радека

Уважаемые товарищи!

Ввиду того что комиссия по делу т. Ганецкого меня до сих пор не допрашивала, считаю своим долгом дать вам следующее заявление:

1) Когда в марте 1917 года после приезда в Стокгольм формировалось Заграничное представительство ЦК, тов. Ганецкий вошел в его состав, хотя и тов. Ленин и Зиновьев знали, что Ганецкий во время войны занимался торговлей. Тов. Орловскому известно было хорошо «дело» копенгагенское. (Я узнал о нем в момент приезда.)

2) Когда началась травля против тов. Ганецкого, он хотел выйти из делегации ЦК. Я и Орловский удерживали его, будучи того мнения, что он не сделал ничего такого, что бы его дискредитировало как представителя партии. Уступить по поводу травли неприятелям означало бы дать им возможность утверждать, что в деле шпионажа Ганецкий и партия не чисты.

3) Ганецкий исполнял обязанности члена Заграничного представительства до последнего момента. Орловский по делу т. Ганецкого делал доклад на Циммервальдской конференции.

4) Перемена отношений к т. Ганецкому была бы возможной, если бы были доказаны какие‑нибудь его нечестные действия. Тогда, как бы тяжело ни было дезавуирование Заграничного представительства ЦК, нельзя было бы ничего против этого сказать. Я уверен, Ганецкий ничего от нас не скрывал такого, что могло бы на него бросить тень, что дело его представляется так, как мы его знали. Ввиду этого прошу Вас сделать такое заявление, которое, отвечая на нападки прессы на тов. Ганецкого, реабилитируя его, одновременно указывало бы, что нет никаких помех для его партийной деятельности на всех постах, на которых он оказался бы нужным.

Особенно обращаю внимание, что, по моему убеждению, невозможно поставить аппарат для сношений между Стокгольмом и Петроградом без Ганецкого, равно как упорядочение дел организующегося там правительственного комиссариата, руководителем которого намечается Орловский.

18.ХI.17 г.

К. Радек