3. Время и пространство как социально-географическая база туризма.

Следует сказать, что до настоящего времени феномен туризма практически не изучен как важнейший вид социально-пространственной организации социокультурной среды. Между тем, существует необходимость анализа феномена туризма на социально-философском уровне, поскольку туризм интегрирует важнейшие процессы трансформации современного общества и культуры на данном этапе. Туризм – одно из приоритетных направлений развития нового типа общества. Феномен туризма вбирает в себя качественные характеристики информационного общества - мобильность, акцентирование потребительских приоритетов, виртуализация, визуализация, информатизация, глобализация. Вместе с тем, туризм как неотъемлемый элемент социальной системы воздействует на бытие отдельного индивида, социальных групп, социума в целом, что позволяет обозначить качественно новые характеристики феномена туризма и осмыслить их в рамках социально-философского анализа.

По меткому выражению Алвина Тоффлера, мы стали свидетелями исторического процесса разрушения значения места в человеческой жизни. Действительно, стремительно возрастает число людей, для которых ежедневные поездки, путешествия и перемена места жительства становятся нормой. Это не может не вызвать поворот исследовательского интереса к проблемам мобильности в современном обществе.

Поведение людей определяется четкими пространственно-временными закономерностями. Человеческая активность, как во времени, так и в пространстве носит закономерный характер. Человек передвигается по определенным траекториям и в соответствии с определенным ритмом. В зависимости от типа культуры, пространственно-временные закономерности поведения людей обретают специфичный характер. Для нас сейчас важно, что они всегда имеют место и их можно достаточно строго описать - дело лишь в овладении соответствующей методологией.

Исследование пространственно-временного поведения людей в процессе деятельности имеет исключительно важное значение для анализа освоения территорий. Туризм и пространство неразрывно связаны друг с другом. Собственно, с точки зрения биомеханики туризм и состоит из перемещений человеческих тел в пространстве. Однако в рамках социологической науки нас будут интересовать совершенно другие вопросы. Каким образом мы понимаем пространство? Как связаны пространство и общественное устройство? Как меняется время с изменением общественного бытия? Каким образом организуется и поддерживается мобильность в различных обществах? И наконец, что представляет собой туризм как социальный феномен?

3.1. Субстанционалистская и структуралистская традиции в толковании пространства

Человека издавна связывают непростые отношения с пространством. Кто-то любит простор, а кто-то хорошо себя чувствует лишь в небольших помещениях, кого-то тянет в горы, а кто-то спускается в пещеры или погружается на дно океана. Во все времена люди преобразовывали и завоевывали природу, приспосабливая пространство к нуждам общественной жизни. Возможно, поэтому исторически первичным и стало толкование пространства как некоего вместилища тел, объектов, поселений. Такое понимание основывалось на повседневном опыте восприятия, по преимуществу зрительного, и здравом смысле, подсказывающем, что пространство представляет собой постоянную и существующую изначально реальность, абсолютное вместилище дискретных и взаимно исключающих местоположений. В.И. Ильин обозначает эту традицию как субстанционалистскую. Она находит отражение в классических подходах физики, географии, геометрии. Во-первых, эти науки предполагают, что объективная реальность (природа) существует независимо от того, что мы о ней знаем и как ее объясняем, что универсальное или общее всегда предпочтительнее частного или особенного, что теоретические построения и объективное знание доминируют над жиз ненным опытом. Во-вторых, природа понимается как нравственно нейтральная, человеческие действия же в отношении природы всегда оцениваются с позиций абсолютного блага или абсолютного вреда. В-третьих, индивидуальные истории и частные случаи рассматриваются как второстепенные в угоду универсальному нарративу. В-четвертых, познание здесь существенно зависит (а иногда и сводится) от точности измерения объективных (или понимаемых как объективные) свойств — длины, ширины, высоты, площади, объема, количества. В рамках этой традиции также развивались экономика и классическая психология. Последняя исходила из субъективного восприятия, оценки и репрезентация объективных пространственных свойств.

Другая традиция — структуралистская — связана с пониманием пространства как порядка сосуществования. И здесь абсолютное пространство уступает место пространству относительному. Относительное пространство конституируется не набором вещей, не совокупностью сенсорных данных и не пустотой, наполняемой, подобно дамской сумочке, различным содержанием. Относительное пространство скорее предстает как набор отношений между вещами. Относительное пространство — матрица и продукт социальных практик. В рамках этой традиции пространство анализируется в терминах символов, значений и смыслов; носителем такой исследовательской парадигмы являются социальные науки, ставящие перед собой задачу выявления механизмов и закономерностей организации социального пространства.

Для социологии не существует несоциального пространства. Основатель социологии Огюст Конт использовал понятие социального расстояния в рамках трехмерного пространства, образуемого осями X — величина экономического фактора, У — духовного, Z — морального'. Примером натуралистского объяснения социального пространства может служить концепция Питирима Сорокина, русского и американского социолога. Разделяя пространства на геометрическое и социальное и указывая на их принципиальное различие, П. Сорокин в то же время предлагает единый способ описания.

Анализ социального пространства ведется П. Сорокиным в терминах социальной стратификации и мобильности, что в большей степени ориентировано на изучение структурных и динамических аспектов пространства.

Георг Зиммель — немецкий социолог, работы которого охватывали обширные области социального бытия. Не обошел он вниманием и вопросы социального пространства. Обсуждая идею бесконечности пространства, Зиммель утверждал, что это не бесконечность вместилища, а бесконечность функции созерцания. Можно ли созерцать бесконечность пространства? Ответ однозначен — нет. Мы можем созерцать (зрительно воспринимать и представлять) лишь отдельные конечные вещи'. Может ли пространство стать причиной действия? Снова нет. Пространство само по себе не вызывает действия, но определяет форму его осуществления. Форма действия в пространстве зависит от деятельности души, разделяющей пространство на части, при этом направление взгляда и способ рассматривания^ взаимодействия позволяют увидеть особенности и оценить важность пространства. Зиммель устанавливает принципиальную связь между пространством, временем, движением и социальным смыслом. Концепция социального пространства Г. Зиммеля предлагает рассматривать его как форму совершения событий в мире. Пространство у Г. Зиммеля определяется психологическими характеристиками, «душой». Подход Г. Зиммеля позволяет различать пространство физической географии и пространство социологическое. Другими словами, пространство может рассматриваться как пространство: 1) группы или общности; 2) взаимодействия и взаимовлияния; 3) не только размещения, но и перемещения; 4) сосуществования социальных групп. Зиммель определяет четыре пространственные формы:

• структурирование пространства в соответствии с принципами политической и экономической организации;

• локальную структуру, возникающую из отношений доминирования;

• фиксированные локальности как выражения социальных связей (семья, воинское подразделение — каждое имеет свой «дом»);

• пустое пространство как выраж:ение нейтральности, «ничейная земля» государственных или метрополисных территорий.

Большое внимание в работах Зиммеля отводится анализу пространственных измерений социального взаимодействия, форм социальной дистанции, социальной, физической и психологической дифференциации. Им выделяются пять основных характеристик пространственных форм:

• исключительность, или уникальность, пространства (каждое социально обозначенное пространство — государства, города, района, улицы — обладает особенностью, отражаемой в специфике взаимодействий);

• движение пространства (социальные группы, или отдельные индивиды — например, туристы, имеют возможность менять свое местоположение, меняя тем самым и общую конфигурацию пространства);

• границы пространства (любая пространственная форма отделяется от других границами. Границы могут быть обозначены физическими маркерами — как, например, государственные границы или указатели на дорогах, но прежде всего границы оформляются существующим социальным порядком);

• фиксирование социальных форм в пространстве (пространственная локализация интеракций, например в условиях дома, работы или отдыха);

• пространственная близость и дистанция (все социальные интеракции можно оценить по критерию близости — удаленности. Причем пространственные и социальные дистанции не тождественны — в современном городе многие не знают своих соседей, но поддерживают отношения с теми, кто живет на дальних расстояниях).

Использование понятия социальной дистанции, как считает Зиммель, делает возможным понимание и объяснение многих социальных процессов и социальных типов. Другими словами, дистанция понимается автором как способ дифференциации — и здесь фокус исследования перемещается на различие