Лекция 2. Исторический опыт организации трудотерапии в социальных учреждениях План:

1. Исторический опыт трудовой помощи в социальных учреждениях дореволюционной России

2. Опыт использования трудотерапии в учреждениях общественного призрения и в деятельности благотворительных обществ (на примере Тамбовской губернии)

1. Исторический опыт трудовой помощи в социальных учреждениях дореволюционной России

Богатый национальный опыт трудовой помощи, накопленный в каждом уголке нашей страны, неразрывно связан с историей благотворительности.

В конце XVIII в. при императрице Екатерине Второй появились первые законы о пожертвованиях в пользу бедных. После возникновения благоприятной юридической базы были устроены благотворительные заведения: Московский Воспитательный дом для подкидышей, созданный на средства богача-горнозаводчика П. Демидова (сейчас это здание занимает Военная академия ракетных войск стратегического назначения имени Петра Великого), Странноприимный дом графа Шереметева (сейчас Институт скорой помощи имени Склифосовского), Первая градская больница на пожертвование князей Голицыных.

В последующие 150 лет, до 1917 года, в городе было устроено более 600 заведений, созданных на благотворительные пожертвования: больниц, домов престарелых (богаделен), детских приютов, школ, ночлежных домов, бесплатных столовых, домов бесплатных и дешевых квартир. Из этих заведений 15 возникли в XVIII в., 149 – в 1800-1860 гг., остальные 400 с лишним – в 1861-1900 гг. В период 1901-1914 гг. возникло еще около 60 заведений – большая часть под муниципальной юрисдикцией, поскольку именно городская дума и управа стали органами, пользующимися наибольшим доверием горожан в сфере применения благотворительных капиталов.

Изданный в 1901 г. «Сборник справочных сведений о благотворительности в Москве» включил сведения о 628 благотворительных заведениях, имевшихся в 1900 г. Среди них были такие крупные, как Екатерининский богаделенный дом, известный также под именем Матросской богадельни (на 1000 чел.), Андреевская богадельня (свыше 950 чел.) Покровская мещанская богадельня (свыше 1030 чел.), Измайловская военная богадельня (521 чел.), Странноприимный дом графа Шереметева (156 пациентов в богадельне и 840 в больнице).

Церковно-приходская благотворительность. Эта система взаимопомощи охватывала всё население Москвы. Приходские попечительства бесплатно выдавали одежду, еду, лекарства малоимущим прихожанам, учебники для детей. Все это жертвовалось более зажиточными членами прихода или покупалось на средства кружечного сбора и потом распределялось под контролем настоятеля и церковного старосты. На 1900 г. в городе имелось 150 благотворительных заведений при приходах, в том числе, 101 богадельня (как правило, на 8-15 чел. каждая).

Благотворительность для нерусских этнических общин. Москва, как любой мегаполис, была многонациональным городом. Национальными и конфессиональными общинами создавались благотворительные общества и заведения. Общество германских подданных, Французское общество взаимного вспомоществования и Французское благотворительное общество выдавали пособия нуждающимся немцам, французам и бельгийцам и имели свои благотворительные заведения. Общества взаимопомощи действовали для проживавших в Москве армян, латышей, евреев, швейцарцев, итальянцев, сербов и австро-венгерских подданных. Работали заведения для католиков при храме Святого Людовика на Лубянке и храме Святых Петра и Павла в Милютинском переулке. Активностью в деле благотворительности отличались немцы-лютеране – при храме Святых Петра и Павла близ Маросейки были организованы богадельня, больница с амбулаторией, детский приют, общежитие для девушек, школа для сирот и бедных детей, а также бюро для приискания работы.

С 60-х годов XIX века в России успешно развивалась и применялась в качестве трудовой помощи комплексная система профилактики и преодоления бедности, нищеты, безработицы, детской беспризорности и преступности, вызванных экономическими и социальными причинами. Наряду с прочими формами и методами этой (в наше время чрезвычайно актуальной) работы теоретики и практики социального призрения выделяли «содействие в овладении профессией», то есть профессиональную подготовку, переподготовку и повышение квалификации, трудовое воспитание и обучение ремеслам и «художествам» детей и молодёжи.

Для решения этой нелёгкой задачи требовались развитие и реформирование технических, ремесленных, рисовальных, училищ, школ, классов, кружков. С несовершеннолетними нарушителями, беспризорными детьми проводили воспитательно-исправительную работу в специализированных детских домах и приютах трудолюбия, а также в исправительных колониях и других учреждениях.

Трудовая помощь включала следующие профилактические и реабилитационные функции и формы работы:

- предупреждение безработицы у взрослых – путем организации служб занятости, создания новых и расширения существующих производственных единиц, профессиональной подготовки, переподготовки и повышения квалификации, кредитования, обеспечения работой на дому и т. п.;

- ликвидация последствий и предупреждение голода, недорода, стихийных бедствий посредством общественных работ;

- предупреждение безработицы у детей – путем трудового воспитания и профессионального образования в семье, школе, учреждениях «закрытого типа» (приютах, воспитательных домах, специализированных учебно-воспитательных заведениях);

- «трудовая терапия» – в работных домах и домах трудолюбия для взрослых и для детей, в артелях для «босяков»; «трудовая реабилитация» – в воспитательно-принудительных колониях для взрослых и детей, воспитательно-трудовых учебных заведениях и др.

Осуществлением трудовой помощи как альтернативы милостыне, призрению в различного рода богадельнях, содержанию асоциальных групп населения в тюремных учреждениях и др. занимались государственные органы, земские и городские самоуправления, отчасти религиозные организации, частные лица, но более всего – общественные объединения благотворительного характера.

Один из дореволюционных специалистов в области трудовой помощи, автор двухтомного исследования, Г.Г. Швиттау справедливо утверждал, что многочисленные попытки власти включить «трудовое начало в систему государственного призрения ... не увенчались успехом, и потому трудовая помощь в России является почти исключительно как форма общественного призрения, почти не затрагивая собою вовсе области государственного управления».

Г.Г. Швиттау объяснял это следующим образом: «Все то, что только впервые зарождается в недрах общественной жизни и что потому является по существу эластичным, не получившим себе еще определенного выражения в общественном сознании – раньше, чем перейти в фазу государственных функций, необходимо должно пройти предварительную стадию в деятельности общественных организаций и частных сил, стимулируемых личной инициативой и волей отдельных, более чутких и более энергичных элементов общественной среды».

Исследование истории обществ и учреждений, оказывавших населению трудовую помощь, подтверждает состоятельность этой оценки. Трудовой помощью уязвимым группам населения в пореформенные десятилетия в той или иной степени занимались почти все благотворительные организации (к 1902 году их было более 4700).

В соответствии с удельным весом трудовой помощи в деятельности обществ их можно условно разделить на три группы.

К первой группе принадлежали общества, союзы, попечительства и другие благотворительные организации, чьей главной задачей была непосредственная трудовая помощь нуждавшимся. Среди них превалировали городские, поселковые и сельские общества «поощрения трудолюбия», «помощи ручному труду», «трудовспоможения», «развития кустарного труда», «Муравейник», «Муравей» и др.

Самыми известными были созданное в 1863 году Московское общество поощрения трудолюбия и учрежденное в 1881 году Общество улучшения народного труда в память царя-освободителя Александра II». Первое из них возникло благодаря инициативе известной московской деятельницы и благотворительницы А.Н. Стрекаловой. Она была убеждена, что «… помогая – поднять нравственно нуждающегося еще более важно, нежели поддержать материально, необходимо вернуть ему доверие к себе, к своим силам, развить самоуважение», для этого существует «… один путь – труд».

Первоначально Общество поощрения трудолюбия ограничивалось организацией женского надомного труда и реализацией готовой продукции через магазин общества. Постепенно появились швейные мастерские со школами кройки и шитья, которые привлекали сотни несостоятельных москвичек от мала до велика. Они получали в трех стрекаловских школах квалификацию мастериц по белошвейному делу, шитью модного платья, детского белья и т.п. Самые способные из выпускниц становились инструкторами в подобных заведениях, другие работали в мастерских или на дому.

В течение почти сорока лет общество «достигло весьма значительного развития, имея в своем ведении сорок разного рода благотворительных заведений, как-то: воспитательных, богаделенных и других для оказания временной помощи бедным».

Широкое распространение получила деятельность Общества улучшения народного труда, которое стремилось «доставить русскому простолюдин, возможность правильно научиться производительной работе и приложению ее ко всем доступным ему отраслям промыслов, а вместе с тем, по мере возможности, способствовать нравственно-религиозному его развитию на началах разумного, честного труда, бережливости и взаимной помощи».

Для решения этих задач общество открывало в городах и селах ремесленные, технические и промысловые школы, учебные и рукодельные мастерские, торговые курсы, устраивало показательные выставки и др. Общество самостоятельно готовило преподавательский состав и мастеров для своих учреждений.

В работе этого общества проявилась характерная для большинства пореформенных благотворительных объединений, занимающихся трудовой помощью, тесная взаимосвязь с другими направлениями социальной защиты населения – социокультурной, социально-педагогической и т. п.

В полной мере это относится и к самому крупному и успешному в сфере трудовой помощи благотворительному обществу, учрежденному в 1895 году – Попечительству о домах трудолюбия и работных домах (с 1906 года – Попечительство о трудовой помощи), почетной председательницей которого была императрица Александра Федоровна.

Попечительство сосредоточило в своих руках все направления трудовой помощи, осуществляя ее через систему местных организаций и сеть своих учреждений. Назначением домов трудолюбия (в 1895 году их было 42, к началу 1900-х годов – 140) стало «приходить на помощь бездомным, выпущенным из больниц и не имеющим еще заработка, освобождаемым из мест заключения по отбытии наказания и всем вообще впавшим в крайнюю бедность – предоставлением им честного труда и приюта».

При домах трудолюбия, комплектовавшихся из добровольцев, и работных домах, где труд был принудительным, в качестве вспомогательных учреждений действовали ночлежные дома, столовые, ясли для детей работниц, трудовые убежища для подростков, мастерские, конторы для регистрации безработных и бюро «для посредничества к доставлению им работы», Ольгинские детские приюты трудолюбия.

Отличительной особенностью попечительства был научно обоснованный подход к решению вопросов трудовой помощи: его руководство, в которое входил известный исследователь социальных проблем Е.Д. Максимов, опиралось на разработки отечественных и зарубежных теоретиков и практиков.

Попечительство на свои средства издавало литературу, имело свой печатный орган – журнал «Трудовая помощь» (1897-1917 годы). Известна солидная справочно-библиографическая работа библиотеки попечительства. Оно ежегодно устраивало конкурсы на лучшее исследование ученых и студентов о трудовой помощи в соответствующих учреждениях и заведениях России. Лауреатами конкурсов становились А.М. Горовцев, Р.А. Иоаннисиани, Е.С. Шумигорский и многие другие.

Известный вклад попечительство внесло в организацию и проведение общественных работ, направленных на профилактику неурожаев и ликвидацию их последствий. Впервые оно проявило себя в 1898-1899 годах, организовав экспедицию в пять губерний Волжско-Камского района, где из-за засухи начался страшный голод.

Успешно участвовало попечительство в борьбе с последствиями неурожая в 1900, 1901, 1902, 1905-1906, 1908-1909, 1911 годов. Здесь вновь был применён комплексный подход к решению сложных проблем социального характера. Кроме естественной для трудовой помощи организации фронта работ (рытье канав, озеленение берегов рек и озер, прокладывание и ремонт дорог), деятели попечительства заботились об обучении взрослых и детей гранте и счету и обязательно мастерству и ремеслам, устраивали общественные бесплатные столовые и ясли для детей, чтобы освободить для работы деревенских женщин. Большое внимание уделяли медицинскому обслуживанию населения. Использовалась и такая помощь, как открытие ссудных касс. В ряде случаев удавалось вовлечь крестьян и местную интеллигенцию в трезвенное движение.

На рубеже веков попечительство многого добилось в реализации межведомственного подхода к оказанию трудовой помощи в регионах, где оно имело свои низовые организации и учреждения.

Наряду с крупными общероссийскими объединениями существовало множество региональных благотворительных обществ, целью которых была трудовая помощь по месту жительства, по сословной и профессиональной принадлежности, по половому и возрастному признакам и т.д.

В 1900 году, например, появилось петербургское Попечительство о существующих личным трудом детях и подростках, обучающихся различного рода ремеслам у цеховых мастеров (с 1909 года – Попечительство о малолетних, живущих личным трудом); в Тамбове успешно действовало Общество развития женского кустарного труда.

Нуждавшимся в работе помогали также православные и католические трудовые братства, опыт которых почти не изучен.

Ко второй группе можно отнести как универсальные, так и специализировавшиеся на определенных видах социальной помощи благотворительные организации. Они регулярно оказывали тот или иной вид трудовой помощи наряду с исполнением своих основных задач.

И их было достаточно много. Это, в первую очередь, созданные еще в конце XVIII – начале XIX вв. Вольное экономическое общество (ВЭО), Ведомство учреждений императрицы Марии, Императорское Человеколюбивое общество (ИЧО), Дамское патриотическое общество. Они работали с различными категориями населения, по-разному финансировались (в том числе из государственной каз­ны), имели разнообразные направления деятельности, но обязательно занимались трудовым воспитанием, профессиональным обучением, трудоустройством подопечных. ВЭО, как позднее и Российское общество Красного Креста, участвовало в организации общественных работ в голодающих губерниях.

Ведомство учреждений императрицы Марии ведет начало от Воспитательного общества благородных девиц, созданного еще в 1764 году и перешедшего в 1797 году под начало Марии Федоровны. За 120 лет существования эта квазигосударственная организация превратилась в мощный организм с разветвленной сетью благотворительных обществ, попечительств, учреждений и заведений. Большинство из них занималось разными видами трудового воспитания, профессиональной подготовкой, трудоустройством подопечных (женщин, детей, глухих, слепых, калек, пожилых). Так, с 1854 года получили распространение повивальные институты, в которых учились девочки – будущие акушерки.

В 1862 году повсеместно открывались Мариинские училища для девочек, которые, получив начальное образование, «желают посвятить себя изучению ремесел в профессиональных школах». В училищах значительное внимание обращали на обучение учащихся рукоделию, ведению домашнего хозяйства.

Множество детских приютов и убежищ, воспитательные дома Мариинского ведомства имели в своей структуре ремесленные мастерские и училища, рукодельные школы, сельскохозяйственные подразделения для того, чтобы подготовить питомцев к самостоятельной трудовой жизни. Одним из условий сиротского патроната (передача детей на воспитание крестьянам) было приучение их к труду на земле.

Императорское Человеколюбивое общество (в 1802-1815 годах – Благодетельное или Филантропическое) с самого начала определило одной из своих многочисленных обязанностей «приискание работы ищущим ее», независимо от их пола, возраста, звания и вероисповедания. Первым учреждением ИЧО, отвечающим задачам трудовой помощи, стал основанный госпожой Гавриловой и переданный ею обществу в 1806 году Дом трудолюбия для девиц благородного звания.

Привилегированное ИЧО, располагая значительными средствами, большим числом сотрудников (многим было даровано право государственной службы, они носили мундиры, знаки отличия), авторитетом, не только развивало свою собственную структуру на всей территории страны, но и поглощало возникавшие вне его общественные благотворительные объединения, лишало их самостоятельности.

Так вышло с Обществом посещения бедных в столице, созданном известными филантропами князем В.Ф. Одоевским и графом В.Ф. Соллогубом в 1846 году общество заложило по существу основы комплексной адресной социальной помощи бедному населению в России – после реформ Александра II именно по этому пути пошла отечественная социальная защита.

Успешная деятельность общества по выявлению, регистрации и определению причин и характера «нужды» привела его руководителей к идее: общество должно лишь дополнить то, что «бедный может приобрести сам, облегчить ему средства к работе, и вообще иметь в виду, что помогать следует не одними деньгами»

Среди учреждений трудовой помощи общества действовали «общая квартира» для старух и «семейные квартиры» для малоимущих. Обитатели их «вырабатывали себе одежду и пищу» (старухи – на дому, остальные в 3 специальных рукодельнях). В 1850 году общество открыло магазин, в котором, помимо вещей, изготовленных его подопечными, реализовывали свои изделия бедные ремесленники.

В четырехклассном Кузнецовском училище для девочек-сирот главное внимание обращали на рукоделие, ученицы также приучались к хозяйству, принимали провизию, чинили белье, сами убирали комнаты и т. п. Самые способные получали профессии гувернанток и надзирательниц. Много новшеств в работе общества (способы финансирования, дифференцированной оплаты труда, обучения работниц и их детей и др.) стали достоянием российской благотворительности. Но через 9 лет все его учреждения были переданы в ИЧО, реорганизованы в привычные для него заведения, хотя отдельные начинания имели продолжение.

В центре и глубинке в сфере занятости действовали общества, комитеты, попечительства о бедных, о ремесленниках, о детях, комитеты помощи беженцам и др., которые открывали учреждения трудовой помощи, в том числе для обучения профессиям. Особенно они заботились о предупреждении бедности и обнищания населения.

Ряд обществ помогал в этом плане лицам, освободившимся из заключения, способствуя их трудовой реабилитации.

Ставропольский «Патронат» (Общество покровительства лицам, освобожденным из мест заключения), организованный в 1909 году, имел в уставе среди прочих задач «заботы о приискании для означенных лиц занятий и о предоставлении им мест ... содействие помещению в ... дома трудолюбия».

Построенный в 1910 году Дом трудолюбия предоставлял возможность заработка бывшим заключенным и «вообще всем беднейшим труженикам, искавшим честного труда». Взрослые и подростки работали в плотницкой, столярной, сапожной, чулочно-вязальной, белошвейной мастерских и могли получить рабочую квалификацию. За неполные два года существования дома в нем отработали более 300 женщин и 150 мужчин.

Общества земледельческих колоний и ремесленных приютов, защиты арестантских детей и др. занимались в исправительных учреждениях трудовым воспитанием, обучением малолетних правонарушителей общеобразовательным предметам и ремеслу.

Трудовую помощь в разных ее проявлениях оказывали сословные и корпоративные общества (купеческие, мещанские, ремесленные), профессиональные союзы (образованных женщин и мужчин, приказчиков, учителей и др.).

Третью группу составляют общества, которые осуществляли «разовую» трудовую помощь, связанную, как правило, с какими-либо чрезвычайными обстоятельствами: пожарами, стихийными бедствиями, военными действиями и т. п. Среди них на рубеже XIX-XX веков выделяются общества самопомощи и взаимопомощи, страховые, кредитные, медицинские и другие организации.

Петербургский и Московский комитеты грамотности, например, активно участвовали в помощи голодающему населению в 1891, 1898, 1906-1907 годах не только финансами, но и организацией мелких общественных работ, открытием небольших мастерских и кратковременных профессиональных курсов и классов для взрослых и подростков.

В дореволюционной и современной отечественной и зарубежной литературе существуют полярные оценки российской благотворительности, в том числе в сфере занятости.

Часть авторов считают достижения общественной и частной благотворительности «каплей в море бедствий человеческих», указывают на отсутствие системы и координации трудовой помощи в общегосударственных масштбах, на недостаточное финансирование и лихоимство в учреждениях трудо­вой помощи и т. п.

Другие нередко преувеличивают масштабы и значение трудовой помощи в процессе социальной реабилитации и адаптации «недостаточных» слоев населения. Затруднена типология благотворительных обществ по отношению к трудовой помощи (как и к любой другой сфере), так как недостает статистических и аналитических обобщающих материалов.

В интересах развития современной благотворительности в этой области требуется объективная оценка позитивных результатов и неудач в работе обществ, инновационных технологий, рожденных в процессе организации и проведения общественных работ, деятельности домов трудолюбия, исправительно-трудовых и других учреждений.

Необходима консолидация сил исследователей российской благотворительности, особенно на региональном и межрегиональном уровне (тема достаточно хорошо фундирована программными документами, отчетами, публицистикой, архивными и музейными материалами) в целях фронтального изучения проблемы.

Стоит возродить практику Попечительства о трудовой помощи по организации тематических конкурсов научных работ студентов и молодых ученых (историков, юристов, экономистов и др.) с последующей публикацией лучших из них.